Алисанда

Альмор

Юка вспрыгнул мне на колени и удивлённо замурлыкал.

— Ну что? Что ты удивляешься? Это всё этот…полуэльф.

Удивлённое мурчание сменилось недовольным фырканьем. Я пожала плечами и почесала кота за ушком, успокаивая. А что я ещё могу? Выдать этим бандитам принца? Жалко.

Послышался стук копыт о дерево. Вермерх! Я оглянулась. Жеребец забрался на крыльцо и принялся топтаться там, что-то усиленно вынюхивая. С таким зверем и поисковой собаки не надо: и найдёт, и довезёт. Надеюсь, что у Алексовых лошадок такие способности отсутствуют. Перед тем, как убежать из кабака, я всё же осмелилась выглянуть из-за угла. Возле входа в "ТрактирЪ" стояли, привязанные

в один рядок, семь тёмных лошадей, навьюченных как для длительного похода. И мелькнула у меня в голове светлая мысль — отвязать и разогнать коней. Было бы время…

Мои размышления нагло прервал Вермерх. Торжествующе фыркнув, жеребец кинул мне на колени ключ, который я тщетно пыталась отыскать в течение часа.

— Умница, — я ласково потрепала вороную чёлку и почесала бархатный нос мутанта. Жеребец прикрыл глаза от удовольствия. Любит он ласку. Исключительно хозяйскую, но любит.

Юка с коленей пришлось согнать. Да кот и не сопротивлялся, предвкушая, видимо, скорую помывку. В отличие от всех мало-мальски нормальных котов, он просто обожал воду. Бывали случаи, когда его невозможно было вытащить из таза с водой для мытья посуды. Пушистик с упоением барахтался в нём, пропитываясь хозяйственным мылом, но только замечал тянущуюся к его шкирке руку, как в край таза впивались двадцать острых коготков и дом сотрясался от дикого вопля, означавшего примерно "Не хочу! Не вытащите!".

В доме оказалось на редкость тихо. Только спящий полуэльф едва слышно посапывал. Недовольный Юка вскочил на лавку и ухватил гостя за ухо, опрометчиво выглянувшее из-под повязки.

— Ааа, убивают! — воскликнул Теллуриэль, столь резко подскакивая, что я испугалась за сохранность укушенного Юком уха. Кот отскочил в сторону, испуганно визжа.

— Успокойся, никто тебя не убивает, — усмехнулась я, наливая в таз воду. Юка с радостным мурчанием кинулся мыться. Мне не было необходимости его контролировать — кот сам прекрасно справлялся с наведением чистоты. Так что пока пушистик плескался в тёплой воде, я занялась самым неприятным для меня делом — сборами. Старая кожаная сумка-мешок отыскалась довольно скоро и быстро начала заполняться. Теллуриэль наблюдал за всем этим, сонно хлопая глазами и бурча себе под нос что-то невразумительное.

— А мы куда-то уходим? — догадался наконец он, видимо окончательно проснувшись.

Я не удостоила принца ответом. Как будто и так не видно.

— Да нет, видно. Просто… Ты, оседлая сельская ведьма, покидаешь родной дом? — удивлению Теллуриэля не было предела. Действительно, как же это? А вот так.

И всё-таки объяснить причину надо было бы.

— Понимаешь, я тут, пока ты спал, в кабак наш заглянула, — не переставая метаться по комнате в поисках фляги, начала я. — Так туда пожаловали господа бандитского вида, с мечами, да на конях. Тебя спрашивали. Злые они, на хуторян кинулись, мечи пообнажали, — о том, что хуторяне сами спровоцировали Алекса, я благоразумно умолчала. — Я их, гостей этих, оглушила, и дёру! И решила, что лучше уйти в лес, от этих ребят подальше.

— Смелое решение, — одобрил Теллуриэль, подключаясь к поискам. Вскоре фляга совместными усилиями была найдена, наполнена водой и кинута в сумку. Главное, чтобы не протекла, вон сколько лет ей не пользовались.

— Ничего смелого не вижу, — произнесла наконец я. И правда, что тут такого?

— Ты уходишь из родного дома, в лес, с практически неизвестным тебе попутчиком. За вами гонятся ребята с мечами наголо. Это уже само по себе неслабо.

— Да, но это не смелость. Это называется

глупость и авантюризм, — самокритична я, не спорю. Но кто ж мне правду-матку-то скажет, как не я сама?

— Причём здесь авантюризм? — удивился Теллуриэль.

— Да так, не обращай внимания, — махнула рукой я. И сама-то не знаю. Но не признаваться же в этом полуэльфу.

С огромным трудом я вытащила из воды Юка и завернула в полотенце. Придётся подождать, пока высохнет, иначе простужу кота.

Ждать пришлось до утра. За это время я успела высушить плащ Теллуриэля, едва не спалив его при этом, несколько раз споткнуться о так и не убранный таз с водой, и три раза потерять сумку. Только я способна притягивать к себе такое невезение.

Теллуриэль довольно быстро это смекнул и, отобрав у меня ещё дымящийся плащ, выскочил во двор, якобы "коняшку поседлать". Что он и собирался сделать, даже седло нашёл. Вот только с лошадкой вышла неувязочка. Чёрный, как смоль, Вермерх спрятался в самый тёмный угол двора и активно щёлкал оттуда зубами, умудрившись отхватить клок волос полуэльфа. Последний, опешив от такой наглости, мгновенно прекратил все попытки оседлать непокорную скотину, предоставив это некоролевское дело мне.

Я же не стала гоняться за Вермерхом по ночному двору, а дождалась предрассветной серости и спокойно оседлала жеребца при относительно приличном освещении. К тому времени Юка успел высохнуть окончательно, и шерсть его встала дыбом, отчего кот стал казаться раза в два больше, чем был. И дабы не пугать хуторян эдаким чудом, решено было кота запихнуть в седельную сумку.

Выехали мы, едва солнце показалось над горизонтом. Кто выехал, а кто пошёл пешком. Теллуриэля в седло я не пустила, на что он, как это ни странно, не обиделся. Просто взвалил на плечо сумку и молча зашагал рядом, надвинув капюшон, тень от которого успешно скрывала лицо полуэльфа.

Проехав немного по широкому просёлку, я резко свернула на едва различимую в густой зелени кустарника тропку и углубилась в придорожный лесок, твёрдо зная, что Теллуриэль последует за мной. И точно: не прошло и минуты, как сзади раздался сочный плюх и брань на каком-то красивом, певучем, но неизвестном мне языке. Пришлось придержать разогнавшегося Вермерха. Жеребец закружился на месте, недовольно фыркая, натягивая повод и щёлкая зубами. Были бы удила, от них осталась бы только металлическая стружка.

Я осторожно оглянулась. Теллуриэль уже стоял на ногах, отряхиваясь и обиженно поглядывая в мою сторону. Его многострадальный плащ вновь вымок и пропитался грязью настолько, что впору пустить на тряпки.

— Высушить? — сочувственно поинтересовалась я и щёлкнула пальцами, отчаянно надеясь, что заклинание сработает как надо, а не как ему хочется. По руке зазмеились три огненных линии и соскользнули с кончиков пальцев.

— Нет! — воскликнул Теллуриэль, отскакивая в сторону. Огоньки пролетели мимо. — Само высохнет.

— Но ты же не хочешь заработать себе пневмонию?

И плохое отношение одной злобной ведьмы.

— Не хочу, но что поделаешь? Сгореть я не хочу ещё больше.

Всё, я обиделась. И плевать, что он принц.

Предварительно защитившись от телепатии, я соскочила на землю и угрожающе двинулась на Теллуриэля, поигрывая возникшим в руках раскалённым светлячком. Полуэльф отступал неохотно, при этом испуганно косясь на оскалившегося Вермерха. Я шикнула через плечо, и жеребец спрятал клыки. Теллуриэль заметно успокоился. Так что же, он считает, что я ему ничего не сделаю? Наивный.