Алисанда
Шрифт:
Я удивлённо взвизгнула и на секунду упустила из внимания дорогу. А зря. Очередной ствол, на этот раз ясеневый, пополнил коллекцию познакомившихся с моим лбом. Меня закружило, Айсариэль тоненько завизжала.
— Лисичка, осторожнее! — этот вопль пришёлся как нельзя кстати. Так невовремя попавшиеся конские ноги были обогнуты. Над головой послышалось испуганное фырканье и недовольные голоса. Что они там бормочут, я разбирать не стала, полностью сосредоточившись на дороге, чему немало мешала усилившаяся головная боль. Как минимум сотрясение
Впереди что-то блеснуло. Река? Море? Озеро? В следующее мгновение деревья расступились, и я вылетела из леса на широкий песчаный берег и едва успела затормозить, проехав на хвосте до самой воды. Всё-таки озеро. Окружённое лесом. Красиво и что-то напоминает. Точно, похожее озеро было в Небесной Цитадели.
Из лесу не доносилось ни звука, однако Айсариэль предпочла остаться на моей спине. И ладно, мне от её пребывания там ни холодно ни жарко.
— Слушай, Айсариэль, или как тебя там…
— Айсариэль.
— Ну в общем, ты, как я поняла, хочешь сбежать из дома?
— Уже сбежала, — эльфиечка потянулась и обняла меня за шею. Ну вот, опять.
— А зачем?
— К людям хочу.
— А ты знаешь, какие они, эти люди?
Айсариэль ответила не сразу.
— Однажды к нам приезжали послы из Энтары. Это были люди. Трое. Они были такие добрые, много рассказывали нам, детям, о путешествиях, об Энтаре, о людях, которые там живут, о короле. Мне тогда было по человеческим меркам лет пять. И эти рассказы меня очень впечатлили. Захотелось посмотреть самой, пообщаться с людьми. Много раз я просила отца съездить в Энтару или хотя бы к границе, где есть людские деревни, но он отказался, — девочка всхлипнула.
— А ты что же, принцесса, что ли? — от удивления я села на хвост.
Айсариэль скатилась на песок.
— Нет, мой папа лишь кузен верховного правителя Озёрного края, Пресветлого эльфийского князя…
— Не надо дальше, — взмолилась я, чувствуя, что третьего километрового имени за день не выдержу.
— Хорошо, — пожала плечами эльфийка. — Так ты увезёшь меня отсюда?
— Стоп-стоп-стоп. Мы с тобой на такое не договаривались. Я, кстати, не знаю даже, где нахожусь. Так что о том, чтобы везти тебя куда-то, не может быть и речи, — я выпустила когти на правой лапе и начертила на песке чёткое и ясное "нет". — И вообще, тебя не учили опасаться диких зверей? Особенно говорящих?
— Даже чёрная говорящая лиса, у которой чистая, светлая аура не может быть злым созданием, — с умным видом констатировала Айсариэль.
Я ошарашено уставилась на эльфийку. Ничего ж себе у ребёнка познания! Хотя, может у эльфов это заложено генетически, всё-таки волшебные существа. Мда, вляпалась я в историю. Засунуть бы мне этот авантюризм подальше, ан нет, пошла. Впрочем, сама виновата. И пора бы перестать сожалеть о содеянном.
Выглянуло солнце, коснулось лучами неподвижной поверхности озера, затем моей шерсти и волос Айсариэль, вызолотив их. Девочка сняла
— Ой, что это у тебя на шее? — воскликнула внезапно Айсариэль, указывая пальчиком на шерсть у меня под мордой.
Я подняла лапу к указанному месту и осторожно прощупала глотку. Ремешок. На ремешке что-то плотное, вроде минерал. Камушек блеснул на солнце. Белый кварц. Амулет Мира! Айзен повесил мне его на шею перед тем, как столкнуть с обрыва.
Из лесу раздался протяжный свист. Айсариэль вздрогнула.
— Папа идёт! Ой, лисичка…
— Алисанда меня зовут.
— Ой, Алисанда! Они же любого за меня казнят!
Потрясающе. Мне перспектива мордобития с эльфами совсем не понравилась. Айзен, чтоб тебя! И этот, как тебя там…Энай, в общем! Спасите, что ли. Ибо по канону я должна выжить, как избранная.
Айсариэль, недолго думая, запрыгнула мне на спину. На берег озера одна за другой выскакивали лошади с эльфами на спинах и останавливались. Эльфы спешивались и, на ходу накладывая стрелы на тетивы луков, окружали нас, стараясь прижать к воде. Нет, ребята, мы так не договаривались.
Я выпустила когти и оскалилась, шерсть на загривке стала дыбом.
Золотоволосый эльф на прекрасном белоснежном жеребце, выехавший из леса одним из первых, поднял руку, приказывая лучникам прекратить раззадоривать меня. Те послушно опустили оружие. Правильно. За такие действия уважаю.
— Дочь моя… — начал он, сохраняя пафосно-деревянное выражение лица. В глазах его я не заметила ни капли отцовской любви. И прониклась к Айсариэль ещё большим пониманием.
— Не хочу! — с ходу возопила эльфиечка, вжимаясь в мою спину и стараясь зарыться лицом как можно глубже в шерсть. — Не хочу домой! Хочу к людям!
Эльф тяжело вздохнул и закатил глаза.
— О, Князь! За что мне такое непослушное дитя? — и всё это было произнесено с поразительным хладнокровием в голосе.
— А ты бы хоть раз к своему ребёнку проявил внимание, свозил бы за границу, — вклинилась я.
На меня посмотрели с нескрываемым презрением. Я нагло уставилась в ответ.
— Чёрная говорящая лиса — плохой знак, — констатировал один из лучников, как раз тот, которого мы встретили в лесу.
Эльф на коне задумался.
— Значит убейте лису. Не хватало накликать беду на наш край. Только не заденьте мою дочь! А не то, — эльф многозначительно провёл ребром ладони по горлу.
Лучники плотоядно оскалились и натянули тетивы. Убить? Мы о таком не договаривались. Я отступила на несколько шагов назад. Задняя лапа ступила во что-то мокрое. Вода. Дальше уходить некуда. Жаль. Придётся прорываться.
— Я думала, убежим, ты же лисичка, — захныкала Айсариэль.
И что, что лисичка? Да хоть крокодил!
"Обижают?" — насмешливо поинтересовался ставший уже до боли знакомым голос.