Аллергия на №1

Мейд Алекс

— Вы серьёзно собираетесь петь и плясать, после трёх часов в участке?

— Эээ… да, — кивнул решительно Нико, подсоединяя микрофоны. — Ну не мы же сели туда, блин! Мама Громовой — та ещё сука, как и Илья, гад пригретый на груди нашего доверия. Узнали? Проучили? Проеха-а-али. Главное, что все живы и здоровы, а наша компания расширилась. Это главный плюс. Лев, мне кажется ты тоже так думаешь.

Я посмотрел на Сашку, севшую в позе лотоса просматривать журналы и понял, что Нико прав. Если бы в тот день я не свалился от передоза

к ногам сводной сестры, то она бы меня не спасла. Девушка бы просто взяла интервью у Макса Акосты и уехала по своим делам. А я же последовал вечером в клуб, где снова напился и развлёкся с какой-нибудь симпатичной мордашкой. Вместо этого я снова научился смотреть на вещи глубже и понял, что мне нужна лишь одна вредная мордашка, что всегда была рядом со мной.

— Да, — улыбнулся я, глядя на сводную сестру. Блондинка вскинула на меня глаза. — Увидели хоть Аверина. А вы знали, что Громова замечательный фотограф?

Саша закатила глаза, вернувшись к просматриванию журналов.

— А Аверин тут при чём? — спросил Нико. — Ладно, пофиг. Что поём, Сань?

Девушка хитро на меня посмотрела и сказала:

— Бритни Спирс — Give Me More.

Нико набрал номер песни, и когда заиграли первые аккорды, он потрясенно повернулся к девушке, спросив:

— Да ты издеваешься?

Встав с дивана, я решителньо взял микрофон с рук друга.

— Это она мне песню заказала. Знает, что Бритни — моя тайная слабость.

Вообще ни хера. Терпеть её не мог, но благодаря Сашке знал большую часть песен наизусть. И, естественно, она была в курсе! Хотя стоит поблагодарить, что это была не одна из песен Тейлор Свифт.

Так как Род отказался пить пиво, то он, сидя на диване и попивая одиноко водку, наблюдал за нашими дурачествами и плясками. Понятия не имею, как нам удалось снова накидаться, ведь большую часть мы пели, но это, блин, снова случилось!

***

Саша

Последнее, что я помнила, так это бутылку рома в руках и как у меня её отнимает Лев, а дальше… А дальше я очнулась забитой в угол купе! Поезд медленно ехал, иногда потряхивая нас. На соседнем диванчике лежал бревном Род и страдальчески смотрел в потолок.

— Господи-и-и, — завыл на полу… Дима!

На друге была золотая спортивка а-ля "привет, 2000-ые", цепи и… алая ленточка с надписью "главная подружка невесты". Вот что за?..

Э, что?.. В смысле?!

— Только не это, — простонала я, стукаясь лбом об стекло. — Этого не могло еще раз произойти!

— Уж поверь, Громова, — недовольно подал голос Род, на котором была точно такая же ленточка, что и на Диме, но вот в придачу у него были разбиты костяшки и синяк на скуле.

Мне так захотелось начать биться головой об стекло, и впадать полностью в панику, но…

— А куда это мы едем? Да еще и втроем?

— В Анапу, блин, — мученически протянул

Род, резко вставая и запуская пятерню в волосы.

Голова страшно раскалывалась, но не так, как в прошлый раз, но все-таки… Стоп. А где вообще Лев и Нико? И как оказался с нами Дима?

— А что мы там забыли-то? — всё ещё пребывала я в офигее.

— Потом расскажу, — устало потер глаза Вьюгин.

— Я больше никогда не буду пить, — промычала я. Затем взгляд упал на мой рюкзак и я быстренько его схватила и прижала к себе, будто он меня сейчас обратно умчит в Москву. За окном уже было светло, а небо окрасилось в нежные пастельные оттенки.

— Согласен. Ты больше никогда не будешь пить. Ну, я-то уж точно не буду больше пить с тобой… да и с Львом и Нико, — прогудел парень, начиная потирать пальцами виски. Похоже, ему действительно было очень херово.

Внезапно нас тряхнуло и поезд остановился на какой-то станции. Бывший одноклассник быстро вскочил и потащил меня за руку из купе. Ойкнув, я только и успела подхватить, чуть не упавший рюкзак на пол.

— А как же Димка? — крикнула я, пытаясь не запутаться в своих ногах, когда мы бежали по узким коридорам поезда.

— Он-то как раз и уезжал ночью в Анапу и по ошибке тебе позвонил сопроводить его, а мы увязались за ним… но прежде споили, — пояснил Родион, сморщиваясь от нового приступа головной боли.

— Это нечестно! — воскликнула я. — Я тоже хочу на море в отпуск с Димкой! Оставь меня…

Правда уже было поздно, так как Вьюгин всё-таки вытащил меня из поезда. Но как только я собралась вознегодовать, то мне прошипели:

— На ленточку свою посмотри.

Посмотрела. Охренела. Снова посмотрела в несчастное бледное лицо Рода.

— А чё это я "муж"? — изумилась я, поддевая указательным пальцем висящую на мне темно-синюю ленточку.

— Я… не помню, — честно признался Род. — Ладно, пойду куплю билеты. К счастью, мы с тобой не успели уехать далеко.

— А где мы?

— В Рязани.

Я забралась на скамейку с ногами, пытаясь максимально зарыться в толстовку (пять утра… но холодно!), пока Вьюгин ушел покупать билеты на обратную дорогу, блин. И как только мне удается влипать в такие истории? Чёрт, просто стоит признать, что пить я не умею, у меня от алкоголя память вообще отшибает! Хотя… а ведь не только у меня.

— Наш поезд через сорок минут прибудет. Через три часа будем снова в Москве. Вот, возьми. — Родион сел рядом и протянул мне пластиковый стаканчик, с дымящимся кофе.

— Спасибо, — благодарно улыбнулась я, прикладывая холодные пальчики к горячим пластиковым бокам стакана. — Можно вопрос?

— Только не тот, как я разбил костяшки и получил синяк на всю морду. Я вообще не помню.

— Да нет, — отмахнулась я. Приятный бархатный напиток устремился в желудок, согревая моё замерзшее и пьяное тельце. — А как нас взяли с тобой в поезд?