Альмарик
Шрифт:
Пробежав глазами по рядам девушек, королева остановила взгляд на мне, висящем в сети, удерживаемой двумя воинами. Я увидел некоторый интерес в черных немигающих глазах.
– Кто этот варвар, чья кожа бела и почти так же безволоса, как наша, и который, будучи одет как Гура, не похож на них?
– Мы обнаружили его в темнице у Тхугров, Повелительница Ночи, – ответил предводитель стаи. – Ваше Величество может сама допросить его. А сейчас не изволит ли Великая Королева отобрать себе нужных ей пленниц, с тем, чтобы остальные были распределены между воинами, участвовавшими в набеге.
Ясмина, все еще не сводя с меня глаз, кивнула,
Ясмина вновь молча оглядела меня, а затем обратилась к одному из придворных:
– Готрах, этот человек изможден перелетом и истерзан веревками. На его ноге – незажившая рана. В таком виде мне неприятно видет его. Увести его, вымыть, накормить, напоить и перевязать рану. Когда очухается – првести его ко мне.
Тяжело вздохнув, мои похитители и носильщики вновь потащили меня по бесконечным коридорам и лестницам. Наконец мы оказались в комнате с фонтаном. На моих запястьях и лодыжках защелкнулись замки золоченых цепей, и лишь после этого с меня сняли веревки. Мучимый болью восстанавливающегося кровообращения, я едва помню, как меня опустили в фонтан, смыли пот, грязь и запекшуюся кровь, а затем нарядили в какую-то шелковую хламиду алого цвета. Рану на ноге перевязали, а потом в комнату вошла меднокожая рабыня с золотым подносом, на котором стояли тарелки и кувшины. Что касается еды, к мясу я не притронулся, испытывая самые мрачные подозрения, зато с жадностью накинулся на фрукты и орехи. Поданное в кувшине зеленоватое вино было вкусно и прекрасно освежало горло.
После еды я почувствовал себя таким усталым, что, не дожидаясь решения своей судьбы, повалился на лежащую на полу бархатную перину и заснул мертвым сном. Проснулся я от того, что кто-то потряс меня за плечо. Открыв глаза, я увидел Готраха, наклонившегося надо мной с коротким ножом в руке. Инстинкт самосохранения сработал во мне – и я изо всех сил замахнулся рукой, чтобы одним ударом выбить дух из этой твари. Готраха спасло то, что мою руку остановила прочная цепь. Отпрянув, придворный выругался и сказал:
– Я пришел не для того, чтобы пререзать тебе глотку, варвар, как бы мне того ни хотелось. Девчонка из Котха рассказала Ясмине, что ты обычно соскребаешь волосы с лица. Королева желает видеть тебя таким. Вот, держи нож и займись этим делом. Учти, он тупой на конце – так что нет смысла метать его. А я постараюсь не приближаться к тебе на опасное расстояние. Вот тебе зеркало.
Все еще полусонный – несомненно, из-за зеленого вина или какого-нибудь порошка, подмешанного в него, – я прислонил серебряное зеркало к стене и занялся бородой, изрядно выросшей за время моего пребывания в плену. Бритье всухую не доставляло мне неприятных ощущений: во-первых, из-за грубости и жесткости моей кожи, а во-вторых – нож, выданный мне, был острее любой земной бритвы. Хмыкнув при виде моей изменившейся физиономии, Готрах потребовал вернуть нож. Тупоносый клинок был почти бесполезен в качестве оружия, поэтому не было смысли пытаться оставить его себе. Швырнув нож на пол, к ногам Готраха, я снова уснул.
В следующий раз я проснулся уже сам и, сев на перине, повнимательнее оглядел помещение, в котором находился. Из обстановки – лишь моя перина, маленький столик из черного дерева, да покрытая шкурой скамья. Единственная дверь была закрыта и уж, несомненно, заперта на хороший засов снаружи. Окно было
Пока что Яга обходились со мной неплохо. Я больше волновался за Альтху, не зная, обеспечивает ли ее нахождение среди личных рабынь королевы хоть какую-то безопасность.
Вскоре раздались шаги за дверью, и в комнату вошел Готрах в сопровождении шсти воинов. С меня сняли кандалы и повели по коридорам, окружив плотным кольцом охраны. На этот раз меня привели не в огромный тронный зал, а в меньшее помещение, находившееся высоко в башне. Комната была вся устелена и завешена меховыми покрывалами. Мне показалось, что она напоминает гнездо паука. Сравнение было довольно точным, потому что в центре комнаты находился и сам паук. На бархатных подушках возлежала Ясмина, оглядывавшая меня с нескрываемым любопытством. На этот раз рабыни не сопровождали ее. Охранники приковали меня к золотому кольцу в стене – в этом проклятом городе, наверное, в каждой стене было вделано по кольцу для приковывания пленников, – и вышли за дверь.
Я оперся спиной о занавешенную меховыми покрывалами стену. С непривычки касание мягкого меха неприятно раздражало кожу. Некоторое время королева Югги молча осматривала меня. Ее глаза, несомненно, обладали каким-то гипнотическим действием. Но в моем положении я был слишком похож на дикого зверя в клетке, на которого любое воздействие такого рода производит лишь обратный, бесящий эффект. Мне пришлось заставить себя отбросить внезапно пришедшую в голову мысль – одним яростным рывком порвать золотую цепь и освободить мир от Ясмины. Но в таком случае ни мне, ни Альтхе никогда не суждено будет покинуть живыми этот страшный город, из которого выбраться можно, как утверждают лгенды, только по воздуху.
– Кто ты? – неожиданно спросила Ясмина требовательным голосом. – Я видела мужчин с кожей даже нежнее твоей, но никогда – таких безволосых, как ты.
Прежде чем я успел переспросить, где еще она видела безволосых мужчин, кроме как среди ее собственного народа, она продолжила:
– Не видела я раньше и таких синих глаз, как у тебя. Они – словно два глубоких озера, и при этом горят холодным пламенем, словно вечный факел на вершине Ксатхара. Как тебя зовут? Откуда ты? Девушка по имени Альтха рассказала, что ты пришел в ее город с необитаемых холмов, где живут лишь дикие звери, а затем победил в схватке с сильнейшим воином ее племени. Но она не знает, из какой страны ты родом. Скажи мне, и не вздумай лгать.
– Я скажу, но ты решишь, что я лгу, – пожал я плечами. – Мое имя – Исау Каирн; в племени Котхов меня прозвали Железная Рука. Я прибыл из другого мира, с другой планеты, вращающейся вокруг другого солнца. Случай свел меня с ученым, которого здесь бы назвали колдуном. Случай забросил меня на эту планету, привел к Котхам. Опять же случай забросил меня сюда, в твой город. Я все сказал. Можешь мне верить или не верить – это твое дело.
– Я тебе верь, – последовал ответ. – В древности люди умели перелетать со звезды на звезду. Да и сейчас есть существа, способные проноситься сквозь космос. Я сохраню тебе жизнь – пока. Но ты должен будешь все время быть в кандалах и прикованным к стене. Слишком много ярости в твоих глазах. Будь твоя воля, ты тотчас же расправился бы со мной.