Алтарь Василиска

Арчер Вадим

– Это необходимо сделать, и как можно быстрее, – убежденно ответил Ромбар.

– У нас есть возможность послать войско на Белый алтарь?

– Я поведу туда свою конницу. В осаде от нее мало пользы и много неудобств. Оборона города не ослабеет без конников.

– Ты покидаешь армию, когда дела в таком положении? – Правитель Цитиона не скрыл своего беспокойства. – Ты нужен мне здесь, Ромбар.

– Видимость не всегда совпадает с подлинным положением дел, – возразил тот. – Есть у меня предчувствие, что главное совершается не здесь, а там.

– С вами можно иметь

дело, Магистр, – одобрил Равенор. – Когда мы выезжаем?

– Завтра утром, – ответил ему Ромбар. – Сегодняшняя битва была трудной, воинам нужен отдых.

– В нашем распоряжении пять дней, не больше, – напомнил маг. – Они говорили о неделе срока, а это было три дня назад.

– За неделю нельзя доехать до Белого алтаря, – заметил Норрен, не слишком-то желавший отпускать и войско, и военачальника. – Ваша поездка будет напрасной.

– Должен быть короткий путь, прямо через Ционские скалы, – сказал ему Равенор. – Я с самого начала предполагал, что войско пойдет именно этим путем. Конечно, нужно взять проводника, кого-нибудь из местных.

– Что ж, отправляйтесь, – дал согласие Норрен. – Советовать не буду, Ромбар, я уверен, что ты лучше меня распорядишься и сборами, и отъездом.

Приказывай моим именем, если потребуется. Я с надеждой буду ждать твоего возвращения.

– Я немедленно займусь сборами. – Сосредоточенный вид Ромбара говорил, что в его голове уже складывается план действий, оформляясь в приказы.

– Равенор, вы пойдете со мной.

– А я?! – подала голос притихшая было Фирелла.

– Ума не приложу, что с ней делать, Ромбар, – озабоченно сказал Норрен. – Ты ведь тоже понимаешь, как мало у нас шансов удержать город, а я не хочу, чтобы моя дочь разделила нашу участь.

– Отправь ее назад, в Цитион, – посоветовал тот.

– Но с кем? Я не могу отправить Фиреллу со слугами – дорога стала слишком опасной. Единственно, кому я мог бы ее доверить, – это тебе.

Внезапная догадка мелькнула во взгляде Ромбара.

– Я, кажется, знаю человека, который справится с таким поручением.

– Он подозвал стражника, стоящего у выхода на лестницу. – Пригласи сюда Скампаду, – потребовал он.

XVI

В Оккаде никогда не бывало плохих урожаев. Даже в нынешнее засушливое лето хлеб уродился и вызрел, ветви яблонь ломились от плодов, а на грядках красовались толстые, как бочонки, тыквы и отборные корнеплоды. Сейчас, ранней осенью, зерно кое-где еще стояло в скирдах, а о заготовке овощей на зиму можно было и не вспоминать. Несмотря на это, Суарен созвал жителей села и предложил немедленно начать сбор урожая.

За каких-нибудь три дня большая часть урожая была снята, но не убрана в погреба и амбары, а сложена в мешки и подготовлена для перевозки. Едва уборка закончилась, как из Келанги, подтверждая опасения магистра, появились первые беженцы. Они приходили в течение нескольких дней, создав массу хлопот местным жителям. Известие о гибели правителя Келанги не нашло сочувствующих, зато несчастье, постигшее крупнейший город на острове, никого не оставило равнодушным. Беженцев приютили и накормили,

но всем было ясно, что недалек день, когда и в Оккаде появятся безжалостные толпы дикарей.

Магистр пригласил на совет своих помощников, сельского старосту, а также Вальборна и Лаункара. Посовещавшись, они составили план как обороны, так и отступления, а наутро каждый занялся порученным Делом. В горы потянулись вереницы жителей, ведущих в поводу лошадей, нагруженных вещами и провизией.

Маги, разделившись по двое, уносили в огромных, подвешенных на палки корзинах содержимое хранилища магических книг. Вальборн выслал группу воинов в дальнюю разведку по направлению к Келанге, чтобы заранее узнать о приближении врага, и начал формирование военных отрядов из местных жителей и беженцев.

Вечером он пришел к магистру обсудить итоги истекшего дня. Суарен указал ему на высокое кресло, стоявшее у окна, распорядился принести ужин и переставил на стол подставку со светлячком Феникса. Спокойное, доброжелательное лицо магистра, его плавная, экономная манера двигаться, да и обстановка – мягкие кресла, шкаф из светлого дерева, отделанный неброской резьбой, многоцветная циновка из крашеного исселя, устилающая пол, – все это расположило Вальборна к долгой, неторопливой беседе, отодвигая за стены комнаты дневную суету. Суарен опустился в кресло, прикрыл глаза и выжидательно взглянул на гостя.

– Местные жители порадовали меня, – сообщил ему Вальборн. – У каждого есть лук, и каждый владеет им не хуже моих воинов.

– Ваших лучших воинов, – уточнил Суарен. – Изготовление луков – традиционный оккадский промысел, а стрельба из лука – традиционное местное развлечение.

– Значит, к моим трем сотням добавляется еще полторы сотни отличных лучников. Среди беженцев наберется еще сотня боеспособных людей, но я не представляю, чем их вооружить, кроме дубинок.

– Я посоветовал бы переделать топоры в секиры, насадив их на длинные топорища, – заметил Суарен. – Завтра я предложу это старосте.

– Замечательно, магистр, – обрадовался Вальборн. – Конечно, такие секиры лучше, чем дубинки. Я сомневаюсь, что сюда придет большое войско, – вряд ли Каморра считает, что у нас есть силы для сопротивления.

– Вы хотите принять бой? – По лицу магистра было невозможно установить, одобряет ли он это намерение.

– Знаете, о чем я думаю, Суарен? – Вальборн сел на краешек кресла, подвинувшись поближе к магистру. – Если мы разобьем войско, присланное Каморрой в Оккаду, путь на Келангу будет свободен. Я убежден, что основные силы врага уйдут в Босхан, оставив город незащищенным.

– Смелый план. – Во взгляде Суарена засветился интерес. – А если враг добьется победы под Босханом?

– Не вижу, чем такое положение хуже того, в котором мы окажемся, отступив сразу.

– Мне нравится ваш план, – сказал магистр после некоторого раздумья. – Я призову людей к сопротивлению, а не к бегству. Уттаки, полагаю, не застанут нас врасплох?

– Разведка сообщит нам о приближении уттаков за два дня до их появления. Тогда, узнав численность врага, мы примем окончательное решение.