Алые слезы

Каунтер Бен

— Впереди тоннель расширяется, — доложил Корван.

— Воспользуйтесь этим, — приказал Люко. — Трон его знает, что нас ожидает внизу.

Отряд Корвана растянулся вширь, затем так же поступили и десантники Люко. Теперь несколько десантников могли идти вперед плечом к плечу, удерживая болтеры над уровнем воды. Чернота прохода впереди казалась всепоглощающей, а уровень тоннеля все сильнее понижался.

— Контакт! Трон Земли, это…

Эхо принесло звуки пистолетных выстрелов, было слышно, как болтерные заряды рикошетят от камня. Где-то разбилось стекло.

Люко бросился вперед, мимо штурмовых десантников, чтобы увидеть, на что же напоролся Корван, и когти-молнии

сержанта зашипели, соприкасаясь с водой, когда он включил их.

— Стреляйте! — кричал Корван, занося над головой яркий луч энергетического меча. — Стреляйте!

Люко увидел, чт о они нашли. И до него стал медленно доходить смысл происходящего в Грейвенхолде.

Ревущий поток вливался в просторный зал, в бурлящий котел, где вода стояла по плечо десантнику. Помещение оказалось настолько огромным, что его стены терялись во мраке. Под потолком были подвешены ряды стоек, заполненных полупрозрачными цилиндрами, в каждом из которых виднелись размытые, неотчетливые очертания человеческого тела. Десантники Корвана разбили выстрелами один из таких цилиндров, и содержимое вывалилось на стойку, блестя из-за покрывающей его густой прозрачной жижи: бледное, лишенное волос человеческое тело — обнаженное и покрасневшее.

Корван потянул вниз одну руку упавшего тела. На бицепсе обнаружилась татуировка.

— Гвардеец, — сказал сержант штурмовиков. — Семнадцатый йокартийский полк.

— Бессмыслица какая-то, — сказал Люко. — Йокарт расположен в трех системах отсюда. Что он здесь делает?

— Это она, — поправил Корван.

— Варук! — крикнул Люко. Рассекая воду, технодесантник пробился к нему. — Какого фрага тут происходит? Что это такое?

Растолкав штурмовиков, Варук подошел ближе.

— Определенно не криогенетика, — сказал он. Его серворука вытянулась, и на ее конце завращалась крошечная дрель, погрузившаяся в боковину цилиндра. Тонкий как ниточка щуп опустился в прозрачную жижу и убрался обратно. — Какая-то химия. Глушители метаболических процессов, консерванты, электропроводящие наполнители. Это тело, если можно так сказать, было живым, пока мы не пришли сюда.

— Имперские технологии?

— Это не работа Адептус Механикус. Все куда качественнее. К тому же, будь это они, тут все вокруг было бы заставлено молитвенниками и курильницами. Могли бы существовать некие частные производства, способные на такое, но… проще говоря, даже в лучшие времена Грейвенхолд не представлял бы для них интереса. К тому же за этими телами необходим постоянный уход, чтобы поддерживать в них жизнь. Вот только…

— Вот только — что?

Варук обследовал основание ближайшего цилиндра в том месте, от которого отходили связки проводов.

— Должен существовать источник энергии. Здесь все просто обязано сверкать, точно на корабельном мостике. Иначе системы отключатся.

— И что тогда?

— Тела либо разрушатся, либо проснутся.

— Рискнешь предположить, что скорее?

— Пятьдесят на пятьдесят.

— Могли бы и не спорить, — сказал Корван.

Он приподнял руку тела и разглядывал пальцы. Их кончики раздваивались. Корван надавил на один из них, и из пальца, словно у кошки, выдвинулся длинный и тонкий стальной коготь.

— Таким Гвардию не снабжают, — произнес сержант штурмовиков.

— Все это принадлежит Каргедросу, — сказал Люко. — Эльдары всегда были налетчиками. Рабовладельцами. Он мог набить трюмы своих кораблей невольниками, чтобы доставить их сюда и рассадить по цилиндрам. А теперь он собирается разбудить их.

Люко сделал

несколько шагов, чтобы хотя бы приблизительно прикинуть численность тел, находящихся в зале. По его подсчетам, здесь было около дюжины уходящих в темноту стоек, в каждой из которых цилиндры размещались в три ряда.

Примерно три тысячи тел. Тысячи! И это только в одном этом зале. У Каргедроса в распоряжении был целый подземный комплекс, где он мог разместить сколько угодно хранилищ.

— Варук, сколько у нас времени до того, как они начнут просыпаться?

— Похоже, что цилиндры обесточены уже несколько дней. Некоторые уже начали подергиваться. Думаю, счет пошел на часы.

— Теперь я знаю, ради чего нас отправили сражаться, — сказал Люко, — и почему чужаки позволили грейвенхолдцам сдать город. Вот для чего мы были нужны Каргедросу. Дело вовсе не в завоевании, Испивающие Души. Проклятый ксенос вовсе не рассчитывал что-то захватить. Это жертвоприношение.

Двадцать три минуты спустя в Грейвенхолде умолкла вокс-связь.

Имперские коммуникации и в лучшие времена были ненадежны и то включались, то обрывались, но, если не считать неизбежной в сражении неразберихи, информация все равно находила себе путь к «Гибельному клинку» лорд-генерала Ксария за счет цепей передатчиков. И вот теперь связь полностью прервалась.

Вокс-операторы Гвардии лихорадочно бросились проверять оборудование, когда замолчали их переносные комплекты. Разведчики королевской артиллерии Карвельнана без связи не могли давать наведение, и огромные орудия Империума прекратили огонь.

Багровые Кулаки, чья связь и без того давала сбои с момента спуска под землю, неожиданно остались без вокс-сети, необходимой им, чтобы координировать преследование десантников-предателей во мраке бесконечных лабиринтов. Первые проблемы начались, когда, выйдя к дельте подземной реки, оставшиеся без поддержки штурмовые отряды взяли горячий след Испивающих Души. Капеллан Инхаса настаивал на продолжении погони, но командор Рейнц был против, поскольку не желал потерять еще больше людей, отправив их в заведомую ловушку. Было очевидно, что оба командира хотели бы уничтожить врага, но Рейнц и без того уже пережил утрату знамени в сражении за здание биржи и был бы проклят, если бы Испивающие Души вырезали оставшихся Багровых Кулаков.

«Решительный» практически ослеп. Всякая связь с планетой прекратилась. Несколько сторожевиков, зависших над Грейвенхолдом, заметались в смятении. Они пытались менять высоту и положение в надежде найти область, откуда была бы возможна передача. Наиболее сообразительные скоро прекратили эти попытки и возвратились на «Решительный», полагаясь при посадке на летные палубы только на визуальный контакт. Остальные продолжали метаться, пока у них не иссякло топливо и не пришлось приземляться на планете. Одни при этом спланировали к заброшенным полям вне города, а другие упали прямо на истерзанные войной улицы. Капитан «Решительного» Кайсленн-Гар лично распорядился зарядить все орудия и перевел судно в режим боевой тревоги. Сделал он это скорее ради того, чтобы быть уверенным, что экипаж занят хоть чем-то полезным, чем из каких-либо практических соображений. Все, что оставалось кораблю, — это продолжать визуальное наблюдение за городом и стараться вникнуть в происходящее там благодаря пикт-снимкам. Кампания, и без того бесславная для Военного Флота Империума, стремительно оборачивалась полным безумием патовой ситуации. Оборвалась даже орбитальная связь, и все корабли сопровождения и снабжения, окружавшие «Решительный», в той же мере оглохли и онемели.