Аманда
Шрифт:
— Ну… когда вы встретились с этим… Уокером, кажется… мы за версту почувствовали высокое напряжение. Вы же знаете Салли. Разве он мог удержаться от замечаний?
Аманда внимательно взглянула на нее.
— А вы, я вижу, успели неплохо его изучить за такое короткое время.
— Салли? Ну, он не слишком сложная натура.
— Вы так считаете?
— Конечно. Просто он очень боится потерять «Славу».
— Не потеряет. Если это хоть в какой-то степени зависит от меня.
Лесли медленно кивнула:
— Когда мы к вам подошли, мне
— Он произнес мое имя так, будто верит, что я и в самом деле Аманда Далтон.
— Может, он действительно в это верит.
— Может быть.
Аманда посмотрела в сторону конюшен: тело в черном мешке везли на каталке к ожидавшей неподалеку машине «скорой помощи». Это зрелище заставило ее вздрогнуть. В сознании снова всплыл вопрос, который она задавала себе с того момента, когда Салли сообщил ей, что произошло.
А если на самом деле это не несчастный случай?
Лесли словно угадала ее мысли и негромко заговорила своим мягким голосом:
— Я не слышала ни звука. И абсолютно ничего не видела. А ведь моя квартира находится как раз над тем местом, где это произошло.
Аманда снова внимательно взглянула на нее, но не успела ответить: к ним приближалась Хелен Чэнтри.
— Я пойду, — быстро произнесла Лесли. — Доктор Чэнтри, наверное, хочет поговорить с вами. — Она задержалась на секунду. — Будьте осторожны, Аманда.
Лесли ушла.
Аманда почувствовала, что ветер меняет направление.
— Скажите, почему меня пугает запах лошадей?
Хелен, по-видимому, привыкла к неожиданным вопросам.
— Вы говорите, пугает?
— Да. Я их боюсь, только когда чувствую запах. Почему это?
— Возможно, это связано с давней травмой. Вероятно, еще в детстве запах лошадей ассоциировался в вашем сознании с чем-то страшным и болезненным, и теперь он вызывает страх.
— Но я ничего такого не помню.
Хелен задумчиво смотрела на нее.
— Реакция на запах с течением времени усиливается?
— Да, с тех пор как я сюда приехала, страх становится все сильнее. Особенно в последние две недели. Иногда я просыпаюсь по ночам в ужасе: мне повсюду чудится запах лошадей.
— В таком случае вы недалеки от разгадки. Похоже на то, что ваше сознание готовит вас к какому-то шоку… к раскрытию тайны, о которой вы не хотели вспоминать.
— Такое возможно?
— Ну конечно. Наш мозг — очень надежный охранник. Часто он нас защищает — пока возможно — от потрясений, которые мы не в силах перенести. Воспоминания возвращаются, когда мы к ним готовы, когда мы достаточно сильны, чтобы выдержать потрясение. А то, что запах лошадей вызывает у вас страх… Знаете, запахи — это один из сильнейших стимуляторов памяти, которыми обладает человек.
Аманде стало не по себе.
— Что-то мне это не нравится.
Хелен улыбнулась.
— Не думайте об этом. Вы все вспомните, когда будете к этому готовы. Попытки искусственно вызвать воспоминания или, наоборот, их избежать
Аманда кивнула, хотя слова Хелен до конца ее так и не убедили.
— А что с Виктором? Действительно несчастный случай? Глупая неосторожность?
Хелен пожала плечами.
— Похоже, что так. Пока мне ничего другого не удалось обнаружить. Гидравлика вполне могла подвести, и борт мог упасть на Виктора. С другой стороны, — неожиданно добавила она, — кто-то мог умышленно нажать на кнопку экстренного спуска, которая существует на случай, если нужно срочно опустить борт и выпустить коней.
— Но кому это могло понадобиться?
— Я понятия не имею. А вы?
Поколебавшись, Аманда молча покачала головой. В конце концов, снова подумала она, никто же не знает, что Виктор рассказал ей о том, что произошло здесь двадцать лет назад. А если даже кто-то об этом узнал или, может быть, Виктор сам рассказал кому-нибудь, что из этого? Кристин мертва, Мэтта Дарнелла давно нет. Кого может теперь интересовать их роман, если он когда-то и был?
— Он мне показался очень несимпатичным человеком. Но он живет здесь больше двадцати лет, и если кто-то хотел его убить, это давно могли сделать.
— Да, я тоже так думаю, — согласилась Хелен.
Аманда заговорила о другом:
— Как я понимаю, о происшествии на вечеринке пока новостей нет?
— Нет, — вздохнула Хелен. — Эти чертовы лаборатории, похоже, совсем закопались, никакого движения. Но результаты в любом случае придут ко мне, так что я сразу дам вам знать.
— И генетический анализ тоже?
Хелен удивленно взглянула на нее.
— Нет, они поступят прямо к Джессу. Он сам на этом настоял. А поскольку счета оплачивает он, мы обязаны делать, как он хочет.
Теперь пришла очередь Аманды удивиться. Впрочем, она сразу поняла причину: Джесс, даже в случае если анализы не подтвердят ее родство с Далтонами на сто процентов, вполне способен объявить, что результаты неопровержимы. Более того, он способен выдать отрицательные анализы за положительные. Больше всего на свете Джесс не любит оказываться неправым.
— Я этого не знала.
Неожиданно их обдало острым запахом лошадей.
— Что с вами, Аманда?
Аманда с трудом сглотнула слюну, пытаясь преодолеть страх.
— Я… мне… мне надо идти, Хелен. Пожалуйста, передайте Уокеру, что я не смогла его дождаться. Я… мы с вами позже поговорим.
Не думая больше ни о чем, она бросилась к дому.
— По-моему, все ясно, — произнес шериф Гамильтон своим обычным усталым голосом. — Борт неожиданно упал, а Вик, к несчастью, в этот момент оказался прямо под ним.
Уокер кивнул:
— Да, я тоже так думаю. Но, к сожалению, мы с вами совершенно не разбираемся в гидравлике, шериф. А насколько я знаю Джесса, он потребует, чтобы грузовик проверили от и до. Вы организуете его отправку в город на прицепе или мне самому это сделать?