Амазония
Шрифт:
Ответил Коуве.
— Из дерева Ягги.
Он все больше нервничал по ходу рассказа.
Нат удивился его находчивости.
— Да, их получают из коры и масел листа Ягги. Но как вы узнали?
— Здесь все завязано на этом допотопном дереве. Думаю, Манни был прав насчет того, что вид ведет себя подобно муравьиному дереву. Он ошибся в другом — кого считать муравьями.
— Что значит — «кого»?
— Все эти химеры нужны дереву лишь в качестве подспорья своим настоящим сожителям. — Коуве огляделся. — Бан-али.
Все ошарашенно смолкли.
Профессор же продолжал:
— В этом симбиозе
Нату сделалось тошно от такого сравнения. Человек в роли муравья...
Роща эта доисторическая, — подытожил профессор. — Должно быть, ее происхождение восходит к эпохе Пангеи, когда Южная Америка и Африка были одним целым. Такие леса могли окружать первых людей, едва освоивших прямохождение. Во все времена существовали сотни легенд и мифов о подобных деревьях с разных уголков мира. Легенд о матери-хранительнице. Возможно, случай с бан-али был далеко не первым.
Рассказ Коуве всех поразил. В душе Нат признал, что даже его отец не смог бы так далеко проследить историю Ягги, и чувствовал себя уязвленным.
Сержант Костос вскинул винтовку на плечо.
— Хватит с нас лекций. Я-то думал, мы собирались разрабатывать план. Как нам сбежать, если удастся вызвать кого-нибудь по радио?
— Сержант прав, — согласился профессор. — Ты так и не рассказал, Нат, что случилось с твоим отцом и прочими? Как удалось сбежать Кларку?
Нат тяжело вздохнул и вернулся к компьютеру. Он пролистал дневник до последней записи и зачитал ее вслух.
— "Восемнадцатое апреля. Мы собрали достаточно порошка, так что этой ночью попробуем вырваться. После всего увиденного мы просто обязаны как-то добраться до цивилизации. Откладывать некуда. Мы вымажемся дочерна и сбежим при заходящей луне. Илия знает тропы, которые смогут быстро провести нас мимо разведчиков и за пределы их земель, однако остальная часть пути обещает быть нелегкой и небезопасной. Впрочем, выбора нет... особенно теперь. Сегодня ночью рискнем попробовать. И да поможет нам Бог..."
Нат встал и обернулся к остальным.
— Они все попытались сбежать, не один Джеральд Кларк.
Лица товарищей выражали одну мысль. Только Джеральду Кларку удалось выбраться к цивилизации.
— Значит, ушли все, — пробормотала Келли.
Нат кивнул.
— Включая одну индианку — опытную разведчицу, которую звали Илия. Она полюбила Джеральда Кларка и стала его женой. Они бежали вместе.
— И что же случилось?
Нат покачал головой.
— Эта запись была последней. Здесь дневник обрывается.
Келли погрустнела.
— Выходит, бежать им не удалось... Ушел только Джеральд Кларк.
— Я мог бы порасспросить Дакии, — сказал Коуве.
— Дакии?
Профессор указал вниз.
— Индейца, который привел нас сюда. С моими познаниями в языке бан-али и с его крохами английского, может, я и смогу выяснить, что произошло с остальными, как они умерли.
Нат согласился, хотя вовсе не был уверен в том, что хочет подробностей.
Тут
— Почему им понадобилось бежать именно той ночью? Что срочного имел в виду твой отец?
Нат набрал воздуха в грудь.
— То, ради чего я попросил вас собраться. У моего отца возникли некоторые мрачные догадки насчет бан-али. О них он и собирался оповестить внешний мир.
— Какие же? — спросил Коуве.
Нат даже не знал, с чего начать.
— Отец не сразу начал сопоставлять факты — на это понадобились годы жизни среди бан-али. В частности, он заметил, что это обособленное племя обнаружило признаки значительного культурного сдвига по сравнению с племенами-соседями в низовьях Амазонии. Бан-али додумались до подъемного блока и колеса. Некоторые из жилищ даже оснащены примитивными лифтами, использующими булыжник как противовес. Остальные изобретения тоже кажутся странными с учетом изолированного характера племени. Отец потратил много времени на то, чтобы разобраться в том, как они думали, как учили своих детей. Это очень увлекло его.
— Тогда что же случилось? — удивилась Келли.
— Джеральд Кларк полюбил Илию. На втором году заточения здесь они поженились. На третьем — зачали ребенка. На четвертом году Илия родила, — Нат сурово оглядел собравшихся, — но ребенок появился на свет мертвым, с многочисленными отклонениями. Генетический монстр, так написал отец.
Келли поежилась.
Нат показал на экран.
— Здесь, в файлах, много подробностей на эту тему. Мой отец с экспедиционным медиком мало-помалу пришли к пугающему заключению. Дерево подвергло мутации не только низшие виды. Точно так же оно веками изменяло самих бан-али, незаметно улучшая их умственные способности, рефлексы, даже остроту зрения. Отец заподозрил, что бан-али в генетическом плане ушли далеко от обычных людей. Одним из критериев, по которым проводят разделение различных биологических видов, является неспособность давать полноценное потомство при скрещивании.
— Мертворожденный ребенок... — обомлел Манни.
Нат кивнул.
— Так отец пришел к убеждению, что бан-али близки к тому, чтобы отмежеваться от Homo sapiens и образовать свой собственный вид.
— Боже правый! — ахнула Келли.
— Вот почему им нужно было бежать как можно раньше. Вырождение человека в этой долине нужно было прекратить.
Целую минуту никто не проронил ни слова.
Затем Анна проговорила севшим от ужаса голосом:
— Что же нам делать?
— Налаживать чертову навигацию, — бросил Костос. — А потом убираться отсюда.
— Апока, — вставила Каррера, — нужно собрать как можно больше этого средства от кошек. Так, на всякий случай.
Келли прокашлялась и встала.
— Мы забываем об одном жизненно важном деле. Обе Америки охвачены новой чумой. Чем мы будем лечить ее? Что Джеральд Кларк вынес с собой из долины? — Она повернулась к Нату. — В заметках вашего отца упомянута какая-нибудь заразная болезнь?
— Нет, здесь все остаются поразительно здоровыми благодаря целительным свойствам Ягги. Единственное подозрение вызывает табу, запрещающее избранным, то есть бан-али, покидать племя. Проклятие призраков падет на беглеца и всех, кого он повстречает. Отец считал его мифом для запугивания отступников и потому не принимал в расчет.