Амазония
Шрифт:
— Я пару раз видел, чтобы река вот так пенилась, но не настолько.
— Из-за чего это? — спросила Келли.
Нат поднес прибор к глазам.
— Пираньи. Адски голодные.
Сквозь линзы ночного видения все вокруг вспыхнуло однотонно-зеленым. Очень скоро Нат направил окуляры туда, где река пенилась, и навел их на резкость. В бурлящей воде он заметил мерцающие плавники дельфинов, загнанных острозубыми убийцами, и серебристый блеск чешуи самих хищников, дерущихся за кусок мяса.
— Нам-то что за беда? — спросил Костос с нескрываемым
Так-то оно так, но Нату вдруг вспомнились изувеченные тела индейцев и их водобоязнь. Не этого ли они страшились? Неужели здешние воды так кишели пираньями, что даже индейцы побоялись путешествовать по реке? Не это ли погнало их пешком среди ночи? А повадки пираний, нападающих на дельфинов... было в них что-то неестественное. Нат никогда прежде не слышал о таких бойнях.
Его внимание привлекла какая-то возня. Он отвел прибор от бурлящей воды и увидел чей-то остов, лежащий на берегу. Тот, по-видимому, принадлежал дикой свинье — пекари. Была ли это та самая свинья, чей визг они слышали еще секунду назад? Вокруг остова прыгали твари помельче — несколько существ, которых можно было бы принять за лягушек-быков, если бы они не вгрызались в останки свиньи, волоча их к реке.
— Что за черт... — пробормотал Нат.
— Что там? — спросила Келли. — Что вы видите?
Нат пощелкал регулятором расстояния, настраивая окуляры на передний план. Он увидел, как все больше и больше «лягушек» выпрыгивали из воды и набрасывались на свиной остов. К ним присоединялись все новые и новые, вылетая высоко на берег, скрываясь в прибрежной листве. У него на глазах из леса выскочила крупная капибара, припуская вдоль скользкого берега. Казалось, огромная морская свинка несется вскачь у реки. Внезапно она рухнула на землю, словно запутавшись в собственных ногах. Тело животного забилось в судорогах. Из воды взмывали и падали странные твари, набрасываясь на новую жертву.
Нат осознал, что перед ним. Должно быть, то самое, что видели деревенские жители. Ему вспомнились шамановы слова: джунгли поднялись из реки и напали на них. Капибара больше не трепыхалась. Разве Келли не упоминала о признаках судорог у исследованного ей тела?
Он сорвал с себя окуляры. Линия вспененной воды оказалась всего в тридцати ярдах от них.
— Скорей! Надо перебираться подальше от реки! От любых водоемов!
Сержант Костос хмыкнул.
— О чем, черт побери, вы толкуете?
Капрал Конжер забрал свой прибор.
— Может, нам стоит прислушаться к доктору...
Что-то вдруг сбило каску капрала набок, влажно плюхнувшись наземь.
— Господи Иисусе...
Натан опустил горящий фонарь. В грязи перед ним сидело странное существо, немного оглушенное от удара. Выглядело оно как уродливый головастик, но уже с развитыми задними ногами. Не успел никто пальцем пошевелить, как оно подпрыгнуло снова, вцепляясь в бедро Конжера зубастыми челюстями. Капрал охнул и сшиб тварь прикладом,
— Эта дрянь еще и кусается!
Костос занес ногу в сапоге и припечатал тварь пяткой, раздавив ее и разбрызгав по берегу потроха.
— Уже нет.
Плотной группой они поспешили прочь от реки. Конжер прихрамывал рядом, ощупывая ногу в спецовке. В плотной ткани зияла дыра, а когда солдат поднял руку, Нат заметил у него на пальцах кровь.
— Прямо кусок отхватила, — нервно усмехнулся Конжер.
Не прошло и минуты, как они уже стояли у входа в шабано.
— Что случилось? — спросила рядовая Каррера.
Нат показал на реку.
— То, что сгубило индейцев, движется прямо на нас. Надо убираться отсюда.
— Пока охраняйте свой пост, — приказал Костос Каррере. — Конжер, срочно показаться врачу, я на доклад к капитану.
— Моя аптечка внутри, — сказала Келли.
Конжер прислонился к бамбуковой свае.
— Сержант, мне что-то нехорошо.
Все взгляды устремились в его сторону.
— Перед глазами плывет.
Келли бросилась помогать.
Нат увидел, как из его рта потянулись нити слюны, затем голова запрокинулась, а за ней изогнулось все тело, сотрясаясь в конвульсиях.
Сержант Костос успел подхватить падающего.
— Конжер!
— Внутрь его! — бросила Келли, ныряя под перекладину входа.
Рейнджер взвалил на себя тело напарника и потащил к двери. Ему это с трудом удавалось — того сильно трясло. Рядовая Каррера закинула винтовку за спину и наклонилась, чтобы помочь.
— Пост не бросать, рядовая! — рявкнул сержант и повернулся к Нату. — Да подержите же, черт возьми, ноги!
Нат кинулся вперед и зажал ступни Конжера под мышкой. Казалось, в руках у них был вырванный высоковольтный кабель — тело извивалось и корчилось.
— Пошел!
Они вдвоем протащили солдата сквозь узкие двери. Остальные повскакали с постелей, разбуженные переполохом.
— Что случилось? — спросил Зейн.
— С дороги! — взревел Костос, сбив его с ног.
— Сюда! — крикнула им Келли. Она уже открыла набор первой помощи и стояла со шприцем в руке. — Кладите его и держите ровно.
Костос навалился на плечи капрала, прижав его к полу, но голова так и продолжала колотиться вверх-вниз, словно рейнджер пытался отключить сам себя. На губах показалась пена, а там, где он прикусил их зубами, — с кровью.
— Господи, Конжер!
Келли распорола скальпелем его правый рукав и быстро вонзила иглу. Впрыснув содержимое шприца, она села на пятки, чтобы следить за изменениями, по-прежнему держа солдата за запястье.
— Ну же, ну...
Неожиданно сведенное судорогой тело расслабилось.
— Слава богу, — выдохнул Костос.
Келли, однако, не выглядела облегченной.
— Проклятье! — Она бросилась к телу, проверила на шее пульс, затем растолкала других и начала массаж сердца. — Кто-нибудь, делайте искусственное дыхание!