Амена

Вайс Лора

– Увы, но я не помню по именам каждого из солдат, – тогда Эфин посмотрел на нее. – Тебе лучше?

– Да, немного.

– В таком случае ступай, я не буду наказывать тебя во имя памяти о твоем муже.

Сафира встала и собралась уходить, как обернулась и спросила:

– Вы не будете против, если я выпью немного воды.

– Нет, можешь пить, - и он указал на ту чашу. – Вон, там вода.

Номарка подошла к чаше и пока наливала себе воды в стакан, высыпала все содержимое свертка в оставшуюся воду, затем поблагодарила Эфина и вышла из покоев. Но

она не торопилась уходить, ведь охранники уже спали, опустошив принесенный ею кувшин, поэтому Сафира затаилась и ждала, когда Правитель пожелает испить.

Эфин еще какое-то время сидел и обдумывал всевозможные варианты защиты от тумо, но как только на небе появились первые звезды, подошел к чаше и выпил из нее. Его голова закружилась через пару минут, перед глазами все поплыло, он, качаясь из стороны в сторону, добрел до кровати и упал в нее.

Снадобье не просто вскружило голову, оно вызвало галлюцинации, оставив в сознании. Тогда Сафира снова зашла в комнату и проследовала до спальни, медленно подошла к Эфину и тихо прошептала ему на ухо:

– Я могла бы сейчас достать кинжал и заколоть тебя, но у кое-кого на тебя большие планы, поэтому мы сегодня развлечемся, устроим небольшое зрелище. К утру ты уже ничего и не вспомнишь, но последствия сегодняшней ночи буду ошеломляющими.

После этих слов номарка сняла с Правителя всю одежду и разделась сама, она легла рядом с ним и начала его ласкать, Эфин чувствовал прикосновения, но имя произносил только одно: «Амена».

Глава XII

Большое разочарование и маленькая надежда.

Фарон явился за мной, когда на небе уже показалась первая луна. Мы вышли за ворота, оседлали лошадей и поехали вглубь леса, вокруг стояла тишина, лишь изредка раздавалось хлопанье крыльев ночных созданий, деревья казались огромными монстрами, спящими в лиловом свете, а их ветви касались лица, оставляя на одежде опавшие лепестки. Я очень боялась того, что должна была увидеть, и, несмотря на то, что больше не хотела жить в деревне, вдруг ощутила страх перед таинственным городом. Фарон был очень спокоен, его лицо выражало удовлетворение, я же хотела пришпорить лошадь и умчаться как можно дальше, ведь если он прав и Эфин обручен с другой женщиной, то моя жизнь превратится в кошмар, я не прощу себя за то, что впустила его в свое сердце.

Пока мы ехали, на небе показалась вторая луна, она озарила лес еще большим светом, теперь все вокруг выглядело не так мрачно, а спустя полчаса мы вышли на дорогу, которая вела к Тарону. Когда я увидела темные очертания города, то набрала побольше воздуха, чтобы скрыть волнение, и чем ближе мы подъезжали, тем сильнее колотилось сердце, а руки начинали трястись. За километр мы остановились, и Фарон протянул мне плащ:

– Надень, в городе не должны тебя видеть, иначе у меня будут проблемы.

Я укрыла свое тело плащом, набросила

капюшон, чтобы никто не видел моего лица. Добравшись до ворот, мы встали в ожидании ночных сторожил. Когда же створы раскрылись, то передо мной развернулся город, в котором все улицы были вымощены камнем, дома возвышались в три этажа, располагаясь друг напротив друга, везде стояли клумбы с цветами, где-то кучковались деревья, а вдоль улиц стояли фонари, я никогда таких не видела, они были сделаны из железа, внутри которых горели факелы. Удивительно, но этот город был прекрасен, однако на восхищение не оставалось времени, ведь я пришла сюда, чтобы подтвердить свои самые страшные опасения, либо опровергнуть, но почему-то сердце готовилось к худшему.

Фарон свернул с главной улицы и поехал по тропе, что вилась между линиями домов, я следовала за ним, а через несколько минут впереди показалась небольшая площадь, в конце которой стоял дом в четыре этажа, он был выше всех остальных, а значит, принадлежал Правителю. В окнах все еще горел свет, хотя время шло к полуночи, мы остановились у двери и слезли с лошадей. Фарон зашел первым, после чего пригласил меня. Поднимаясь по ступеням на четвертый этаж, надеялась увидеть Эфина одного, но как только мы поравнялись с входом в его покои, Фарон повернулся ко мне и тихо сказал:

– Иди, я буду ждать тебя здесь.

Я прошла в комнату и сняла капюшон, кровать находилась в углу за ширмой, поэтому тихо обогнув ее, остановилась прямо напротив. В кровати лежал Эфин, а на нем сидела обнаженная номарка, они занимались любовью, не обращая на меня ни малейшего внимания. Не знаю почему, но какая-то странная улыбка появилась на лице, будто бы я получила то, зачем пришла и теперь моя душа спокойна, не было желания плакать или кричать, хотелось только одного, развернуться и уйти отсюда навсегда. Так я и поступила! Выйдя из покоев, посмотрела на Фарона и нежно пожала ему руку, а затем произнесла:

– Я благодарна тебе за то, что не дал ошибиться в вас.

– В нас? Это Эфин сейчас забавляется с той номаркой, не я.

– Это так, но ты не многим отличаешься от брата, твое желание уничтожить его величие настолько сильно, что ты ни перед чем не остановишься и это лишь малая часть твоей большой игры.

– Что ты такое говоришь?

– Давай прогуляемся по этому чудесному городу, - я тихо засмеялась и побежала по ступеням вниз, Фарон последовал за мной, его лицо в этот момент выражало недоумение. Он, скорее всего, ожидал много слез, слов разочарования, но никак не смеха.

– Да, что с тобой происходит? Ты будто бы рада, что уличила Эфина в измене.

– Нет, я вовсе не радуюсь. Просто на меня снизошло прозрение о том, какие вы. Неважно, смешанные или чистокровные, но вы номары, одинаковы. Лживы, изворотливы и невероятно эгоистичны. Вот ты. Скажи, – я положила руку ему на сердце и пристально посмотрела в глаза. – Зачем тебе все это нужно?

Тогда Фарон взял мою руку и слегка сжал:

– Я уже говорил, что влюблен. Что хочу тебя и не желаю отдавать брату для его грязных целей.