Аметист
Шрифт:
Катриона пересекла зал верхнего этажа с экзотически инкрустированными полами, прошла в открытую дверь и очутилась в прелестной комнатке отдыха, отделанной в золотых и небесно-голубых тонах, с выходом на небольшой каменный балкон, с которого открывался вид на Парк-лейн.
Катриона вышла на балкон и посмотрела через широкую улицу на прохладные зеленые аллеи Гайд-парка.
Она решила остаться в этой комнате до конца приема.
Никто ее здесь не найдет, никто о ней даже и не вспомнит. А здесь было так покойно. Катриона вдруг почувствовала страшную усталость и
И вдруг за спиной Катрионы раздался голос:
— Я искал вас повсюду. Вы совершенно неуловимы.
Слегка раздосадованная, Катриона удивилась и обернулась. В дверях стоял золотоволосый шафер. Его серые глаза смеялись. Он тепло улыбнулся Катрионе.
— Здравствуйте. Меня зовут Ши Маккормак.
Если бы внешний вид Катрионы отличался присущей ей безупречностью, Ши ни за что бы ее не заметил. Она для него была бы еще одной из «лисичек-сестричек» — такое прозвище Ши придумал для бесчисленного множества правильно воспитанных, богатых дамочек среднего возраста, принимающих активное участие в общественной жизни Лондона и обладающих одинаковыми голосами, нарядами и прическами, — в общем, похожих друг на друга как две капли воды.
Маккормак только что развелся с одной из таких «сестричек» и не горел желанием связываться с очередной «дамой из высшего света». Но Катриона, ворвавшаяся в собор после начала свадебной церемонии, пленила Ши с первого же взгляда: у нее была растрепанная прическа, и она одной рукой безуспешно пыталась прикрыть большое масляное пятно на своей шикарной блузке.
— А вы кто? — поинтересовался Маккормак. — Я никогда прежде вас не встречал.
Сказано это было с такой подкупающей симпатией, что Катриона не могла не улыбнуться в ответ.
— Я — Катриона Вайндхем.
Она протянула руку, и Ши пожал ее.
— Почему вы здесь прячетесь?
— Я не прячусь. Собственно говоря, я подумывала, как бы здесь немного вздремнуть.
— А я, отчаявшись найти вас, собирался уходить, — сообщил Маккормак. — Так что если вам здесь настолько скучно, что тянет в сон, мы можем сбежать вместе.
— Как же вы можете уйти? Вы же шафер.
— Но мои обязанности закончились.
Катриона вдруг засмеялась заговорщическим смешком.
— И куда же мы «сбежим»?
— Не знаю. Сообразим по ходу дела.
Не выпуская руки Катрионы, Маккормак повел ее вниз по лестнице через главный зал, и тут их перехватил жених, сердито потребовавший ответа:
— Куда, черт побери, собралась эта парочка?
— Мы отправляемся на пикник, на речку, — не задумываясь сообщил Маккормак.
— Пикник? — Лицо Арчи вмиг опечалилось. Он явно предпочел бы пикник приему в честь собственного бракосочетания. — Какая чудесная мысль! — И тут же решительно добавил:
— Вам надо захватить с собой кое-какой провиант. Сейчас я распоряжусь приготовить вам что-нибудь со стола. — Арчи махнул рукой крепкому старому слуге в ярко-алой ливрее дома Малмсбери:
— Вортингтон! Нам срочно нужна большая корзина с крышкой. Сходите на кухню и принесите. И еще салфетки и два бокала, —
Вортингтон немедленно отправился исполнять поручение. Герцог испытующе посмотрел на Катриону.
— Старина Ши — один из моих лучших друзей, — медленно произнес Арчи. — Старый школьный приятель. Позаботься о нем. Вы стоите друг друга, — загадочно шепнул в заключение Арчи.
Вскоре Вортингтон вернулся с корзиной, посудой и салфетками с монограммой.
— Вы не уточнили, ваше сиятельство, какие именно бокалы, и потому я принес ватерфордские полубокалы.
— Прекрасно, — одобрил герцог. — Просто прекрасно.
Арчи открыл корзину и повернулся к молодому поваренку, принесшему огромный серебряный поднос с копченой лососиной, разложенной на маленьких треугольничках черного хлеба.
— Уложите все в корзину.
Затем в корзину были уложены свитки спаржи, гусиный паштет, сандвичи и две бутылки шампанского.
— Боже мой, Арчи, — раздался требовательный голос герцогини. — Скажи, ради всего святого, чем это ты занят?
— Они собираются на пикник.
— Но они не могут забрать все это!
Ноздри герцога расширились и побелели.
— Дорогая, — с напускным спокойствием ответил Арчибальд, — это все еще мой дом. — Потом, обратившись к Катрионе и Ши, благословил их:
— Идите, дети мои. Хорошенько повеселитесь.
Они оставили «ягуар» в боковой улочке недалеко от моста Пьютни и отправились в расположенный на берегу реки Бишоп-парк.
Стоял великолепный летний полдень. Молоденькие домохозяйки все еще загорали, нежась на нагретой травке, старики сидели на скамейках и играли в карты или пили чай из термосов. Ши свернул в рулон свое тяжелое саржевое пальто и снял галстук, сунув его в карман.
Они снова шли под руку.
Катриона в обществе этого красивого незнакомца чувствовала себя молодой, легкомысленной и свободной.
Затем Ши развернул пальто и расстелил его под липой.
Они открыли корзину, откупорили бутылку и наполнили бокалы шампанским. Чокнувшись с Катрионой, Ши сказал:
— Будем здоровы! По-моему, здесь гораздо лучше, чем на свадебном приеме, не так ли?
В ответ Катриона усмехнулась. Все происходящее было похоже на чудесную сказку. Возможно, она никогда больше не увидит этого человека. Она ничего не знает о своем новом знакомом, ничего, кроме того, что было у нее перед глазами: мужчина чуть за тридцать, поджарый, атлетического телосложения, с ясными глазами и прекрасной улыбкой. Мужчина, каким-то непостижимым образом заставивший Катриону почувствовать себя счастливой.
— Вы, разумеется, замужем, — небрежно бросил Ши, глядя на обручальное кольцо Катрионы.
— Да.
— Счастливо?
Катриона промолчала.
— Думаю, что нет.
— Я не хотела бы говорить на эту тему.
— Ладно, — согласился Ши. — Не будем.
После минутной паузы Катриона не смогла удержаться от вопроса:
— А вы?
— Больше нет. Поговорим лучше о вас. Что вы едите по утрам на завтрак? Вы любите кислую капусту? Что может вас рассмешить? Где вы родились?.. Важные сведения.