Амир
Шрифт:
Интересно, что он хотел устроить для меня?
Впрочем, чем бы это ни было, оно того не стоило, и это факт.
– Какие конкретно Вы ставите условия?– Все остальное потом, позже. Сейчас я должна была понять, чего конкретно хотел этот человек.
– Год работы на меня, если я пойму, что ты этого стоишь. И, разумеется, твой дружок все равно так или иначе будет отдавать мне половину своей зарплаты. Правда в случае, если ты покажешь себя, как добросовестный и хороший работник, я не заставлю проживать его две-три жизни, чтобы выплатить мне всю сумму. И не стану подавать в суд.
–
– График работы будет сложным. Частые и длительные поездки в разные страны. И назвать их заранее я вряд ли смогу.
– Понятно.
– И? – он развел руками в стороны.
– Я сделаю все, как Вы скажете. – Теперь я понимала, как обстоят дела на самом деле. Нет, этому человеку было плевать на меня, он не хотел меня, просто издевался с самого начала, но вопрос стоял остро. Речь шла о любимом мной человеке, о нашем будущем, о нашем браке. Все встало на кону, когда Андрей взял чужой автомобиль стоимостью в несколько квартир и разбил его.
Конечно, я собиралась высказать ему все по полной. Может быть, не разговаривать какое-то время. Мало того, что нашкодил, так еще и врал. Но все это потом. А сначала нужно было выручить его. К тому же, Куижев не требовал ничего ужасного. Никаких непотребностей, я действительно неправильно его поняла, никаких ужасов. Нужно было просто отработать год, набраться сил, терпения, заодно и опыта. Нужно было искать плюсы. Да, вот так вот. Плюсы и никак иначе. А все остальное, злость, обиду, разочарование, все это можно было отложить на потом.
Глава 2
Я подставила лицо сильному порыву прохладного ветра. Предполагалось, что после этого мне полегчает, но этого не произошло. Единственное, чего мне захотелось, так это поплотнее закутаться в тоненькую куртку, с которой я сегодня явно промахнулась.
Информации после разговора с Куижевым оказалось так много, что я до сих пор не могла сосредоточиться ни на чем конкретном, уловить и остановиться на том, что было важнее всего.
Целый год мне предстояло работать с этим неприятным типом, который черт знает что успел подумать обо мне. Если он столь неприязненно разговаривал со мной в первую встречу, то что же меня ожидало в дальнейшем? Смогла бы я выдержать двенадцать месяцев под руководством такого босса?
Впрочем, разве был у меня выбор? Андрей разве дал мне его? Мало того, что он врал, мало того, что впутал в эту идиотскую идею с отработкой, даже не спросив моего мнения, так еще и случившемся умолчал. О серьезной проблеме, которую, пусть и по глупости, создал сам, умолчал. Разве так делали в парах? Разве так было принято в семьях? Если между нами не было доверия, о котором я недавно размышляла, то тогда что мы делали вместе? Как собирались создавать новую ячейку общества?
Я привыкла наблюдать совершенно другие отношения. Мои родители всегда были близки, и трудности, как и радости, делили друг с другом. Я выросла на таком примере и иного не допускала. Правда вот с избранником у нас так, кажется, пока что не получалось.
Почему он скрыл от меня то, что натворил? Конечно, это была глупость, проявление инфантилизма, но мы же были вместе, разве я давала повод думать, что мне нельзя доверять? Может быть,
А то, что он сделал… то, как предложил Куижеву меня в качестве отработки его долга… разве так делали в нормальных парах? Разве Андрей не должен был хотя бы спросить у меня? Это была моя жизнь, мои планы, мое время, моя работа. Мой выбор. Выбор, которого он не предоставил.
Нет, разумеется, я могла отказаться, развернуться и уйти. Но увиденная сумма поражала. Я даже не знала, что машины могут стоить… столько! Как Андрей собирался со всем этим разбираться? У него бы не вышло. Уж точно не в этой ситуации… Наверное, мне стоило ему помочь. Обидеться, разозлиться, но помочь. Потому что в отличие от него, я не собиралась прятаться и убегать от проблем. Если они были, то их следовало решать.
Правда перед этим никто не запрещал мне «вынести мозг» любимому. В конце концов, он заслужил.
Я взяла в ближайшей кофейне чашку горячего кофе с кокосом и решила немного пройтись прежде, чем отправляться домой, на разборки с Васильевым, которому пять минут назад кинула сообщение о том, что нам предстоит очень серьезный разговор. Выбор пал на ближайший от центра парк, в котором я очень давно не была. Университет, в котором я училась, находился в совершенно другом районе, а старая, убитая однушка, которую мы с Андреем снимали, и того дальше. И, раз уж я оказалась здесь в самый расцвет весны, то грех было этим не воспользоваться.
Мой выбор пал на ближайшую незанятую лавочку, возле которой носилось несколько белок в поисках вкусностей, которыми люди их часто угощали. Нужно было все хорошенько обдумать, мысленно расставить все по полочкам. Для этого нужны были тишина и уединение, и я выбрала для этого отличное место.
Посидеть здесь, в парке, в полном одиночестве – это было отличным поводом, чтобы подзадержаться и немного остыть. После разговора с Амиром я была настроена агрессивна и могла не сдержаться, наговорить лишнего, проще говоря, психануть. Но при этом я понимала, что подобная разборка не приведет ни к чему стоящему, она просто заберет силы и оставит после себя шлейф обид и недосказанностей.
Нет, такой вариант мне не подходил. Мне нужна была холодная голова, потому что я собиралась получить всю информацию, которой владел мой жених. Более того, он просто обязан был ответить на все имеющиеся у меня вопросы. А их, к слову, скопилось за несколько часов, очень-очень много.
Я сделала вдох, выдох, и так несколько раз подряд.
Нужно было разговаривать на холодную голову, но мысли раз за разом возвращало меня в кабинет к бородатому наглецу и злость поднималась волной. Как? Как Андрей посмел так поступить? Ошибся, ладно, с кем не бывает, но не рассказать, да ещё и так низко подставить? А если у этого типа было ещё что-то на уме? Если он просто прикидывался и в дальнейшем собирался, скажем так, плохо поступать со мной? Кто бы меня защитил в такой ситуации? Мне предстояло работать с ним ни один день, более того, покидать пределы страны! А что, если он собирался отдать меня в какое-нибудь рабство? Я была наслышана жутких историй от одногруппниц, чьи соседки, знакомые или дальние родственницы уезжали искать счастье за границей.