Анафема
Шрифт:
***
Астра:
Кладбище. Густой туман блестит в робких лучах солнца. Я стою перед могилой мамы. Рядом Энтинус, офицер Зорн и девушка с волосами цвета пшеницы. Они пришли со мной, хотят поддержать. Минута молчания закончилась, и я обернулась, чтобы поблагодарить спутников… Почему мой голос не слышно? Я кричу изо всех сил. Ни звука. Я машу руками. Меня не замечают. Буквы на могиле тускнеют, расплываются. Спустя мгновение надпись вновь проступает: «Росса-Белия-Астрату фон Заубер, любимая
***
Ярко сверкали молнии, то и дело выхватывая из темноты коридоров образ старого волшебника. Вопреки здравому смыслу, спать Дитя Истины не пошёл. Ужасы тьмы лишили его сна и покоя. Шурша мантией, старый волшебник сновал по замку, как приведение.
Первый этаж мэтр отдал крестьянам. Оккупировав кладовые с вином и снедью, они сразу же перестали жаловаться. Удостоверившись, что сундуки с опасными диковинами надёжно заперты, магистр принялся осматривать прислугу на предмет заражения. Дел было невпроворот. Усталость он запивал энергетическим зельем.
Закончив с насущным, Дитя Истины поднялся на два этажа выше. Здесь, недалеко от спальни Астры, его ждала встреча со старейшиной драконьего рода, Митрией. Войдя в просторную оранжерею с панорамным окном, мэтр аккуратно прикрыл за собой дверь. Он уже собирался рассыпаться в извинениях, но Старшая ему не позволила:
[Подвигам время потребно.]
Дракониха сидела в кресле, элегантно закинув ногу на ногу. Пламя единственной свечи окрашивало алым её белую чешую. Из последних сил скрывая боль в пояснице, Дитя Истины сел напротив. Откинувшись на спинку и переплетя пальцы на груди, мэтр обречённо спросил:
– И… что нам теперь делать?
[Мира начало, кровью написано], – хмуро кивнула Старшая.
– Как только престол узнает о вчерашнем побоище…
[Ищущий мира, обрящет союз. Жаждущий крови, в ней же утонет. Добрых людей я укрою в лесу, бури конца дожидаясь.]
– «Всех не спасти»…? – повторил маг фразу Зорна. Желание помочь всем и каждому билось в его душе, как птица в клетке. Принимать жестокую правду он отказывался.
Их разговор прервал крик из комнаты Россы. Прибежав в комнату девочки, они с облегчением выдохнули. Волшебница, вся в липком поту, прижималась к главной бонне, Летти. Ей до сих пор мерещился могильный холод. С отличием окончив Академию высокого волшебства, Астра не верила в вещие сны, но вид собственного надгробия… Так просто не отбросишь.
– Проснулась наконец? Хорошо, – возник в дверном проёме Зорн Вуткриг.
Из-за пришельца, дрожа всем телом и прижав к голове мясистые, как листья гастерии ушки, выглянула девушка-лиса. Выполнив распоряжение магистра: «Одеть как можно лучше», бонны нарядили лисичку по последнему писку столичной моды.
– Минуточку, господин… Кхм… Зорн, неужто вы собираетесь разговаривать с нашей гостьей здесь, в комнате леди? – возмутился Дитя Истины.
– Именно. Наш будущий оперативник должна учиться
Магистр огляделся в поисках поддержки, но спорить с грозным офицером боевого отряда никто не осмелился. Осознав тщетность попыток, волшебник понуро опустил плечи.
Астра, закутавшись в одеяло по самый подбородок с интересом наблюдала за «спектаклем». Девушка-получеловек её интересовала мало, юная дзе ждала момента, когда сможет побеседовать с пришельцем. Девочка сказала домашним, что совсем ничего не помнит. Это была ложь. Жгучая ярость красной маны, невероятная сила и застлавшие разум инстинкты… Воспоминания пугали Россу, будоража саму её суть, но при этом ей хотелось вновь испытать те чувства.
– Ну-с, садись, рассказывай, где бяку подцепила, – обратился к лисе Зорн.
Прихрамывая на каблуках, девушка села на краешек кресла. Не в силах поднять глаза, лиса нервно касалась щёк, покрытых редким рыжим пушком.
– Может она нас не понимает? – предположил Дитя Истины.
– Понимает, Эфия знает все языки.
Звёздный странник присел на корточки перед гостьей.
– Назовись хотя бы, не бойся, я не кусаюсь.
– А… мы… Простите, у нас нет имён, мы друг друга по запаху узнаём… Если… Если нужно… Меня мама «Алерой» звала, когда я маленькой была, – едва слышно пролепетала лиса.
– Уже лучше, – улыбнулся Зорн, – продолжай.
– Э-это всё моя вина… Прошу, не наказывайте стаю… Нас так мало осталось… Лучше… Лучше меня убейте… – на щеках девушки заблестели слёзы.
Дзе вздохнул.
– Чем подробнее расскажешь, тем лучше будет твоим сородичам.
Астра заметила – экран Эфии на руке пришельца постоянно мигал: Зорн мысленно советовался со своим терминалом.
– Мы храм в лесу нашли, недалеко от нор…
– Развалины? – уточнил звёздный странник, Алера отрицательно покачала головой.
– Нет, выглядит совсем новым, ни пылинки, словно вчера построили. Внутри был алтарь, он… С него тушки животных пропадали, как по волшебству. Вот старшие и решили в нём молиться, надеялись, что Боги нас наконец-то услышат…
– О чём просили?
– Здоровья деткам, удачи на охоте и… жить подольше.
– Ну-ну, не плачь, сделаем, что сможем, обещаю.
– Старшие не велели к храму бегать, а я… Он такой красивый, таинственный… Не губите моих… Стая не виновата! – не веря добродушному тону Зорна взмолилась Алера.
– Будет день, будет пища, я сначала на храм взгляну.
Вопросы закончились, дзе встал и уже собирался уйти, когда:
– Эм… а можно мне с пятым офицером поговорить наедине? – попросила Астра.
Собравшиеся переглянулись, но, не найдя причины отказать волшебнице, поспешили удалиться. Комната опустела и Зорн, скрестив руки на груди вопросительно воззрился на товарку.
– Вы спасли дядю и меня, спасибо.
– Не за что, это моя работа.
– Можно спросить, что это вообще было?