Анафема
Шрифт:
Что здесь вообще происходит?!
[Эфия, найди дядю, сейчас же!]
Вместо ответа, перед моими глазами появилась мерцающая зелёная точка. Артефакт обиделся? Вот ещё! Инструментам иметь собственное мнение не полагается!
Судя по ориентиру, магистр находился на центральной площади. Что ему там понадобилось? С каждым шагом смрад усиливался, а людей становилось всё меньше. Стыдно признавать, но увидев дядю я едва не лишилась чувств. Колени подкосились, зубы застучали, а в горло будто кипятка плеснули. Дитя Истины… стоял ко мне спиной в центре
Со всех сторон доносились крики: «За что нам всё это?! Чем мы Господа прогневали?!». Сжав кулаки, я, стараясь реже вдыхать, пошла к дяде. Как дзе, клянусь, я сделаю всё возможное, чтобы спасти родного мне человека!
***
Глаза, доставшиеся Астре от драконов, даровали ей возможность видеть при любом освещении, но в тот момент ей хотелось зажмуриться. Всё вокруг вызывало у неё отвращение и ужас. Подавив рвотные позывы, девочка заставила себя смотреть. Это её будущее, часть работы дзе.
Рядом с магистром лежало мёртвое тело, мальчик. Над сыном, безутешно рыдая, склонилась женщина. Мать всё хотела коснуться мальчика, но эманации тьмы, клубящиеся над ним, пугали её.
Сглотнув, волшебница откинула капюшон и набрав побольше воздуха в лёгкие, громко и уверенно произнесла:
– Дитя Истины, я требую, чтобы вы объяснились, сейчас же!
– Проклятье! Просил же не мешать! – обернувшись рявкнул маг.
Лицо магистра искажала безумная ярость. Астра прищурилась, ожидая пощёчины. Дитя Истины хотел обрушить на помеху поток нецензурной брани, но увидев племянницу, поперхнулся.
– Отвечай, дядя! Что это за… ересь!
– Девочка моя… уходи немедленно, покинь это место!
– О! Какой вы, значит, добрый! Моего сына здесь бросить приказал, а своим бежать велишь?! – сквозь слёзы прошептала безутешная мать.
– Простите, ему уже было не помочь… – виновато сказал магистр.
– Ответь на мой вопрос, от этого зависит…
Слова Россы прервал грохот. С неба, низвергнулось огромное, металлическое яйцо. Земля содрогнулась. Капсула истаяла лазурными всполохами маны, явив мирянам гиганта, закованного в чёрный доспех. Незнакомец был два с половиной метра ростом. Глаза на его шлеме пылали, как рубины. Левую руку исполина украшала голубая пластина – Эфия. Оглядев место посадки, дзе снял со спины увесистое двухствольное ружьё и пошёл к магистру.
Нейроинтерфейс девочки, при взгляде на пришельца отразил следующую информацию: «Зорн Вуткриг. Пятый офицер Андропонии. Второй офицер боевого отряда».
– Прошу, подождите, вина дяди ещё не доказана! – стараясь заслонить старого мага своим маленьким тельцем, взмолилась Астра. Она хорошо понимала, зачем дзе прибыл, и какая судьба ждёт поддавшегося злу.
– М-м-м, – глухим басом протянул великан. – Так ты и есть Астра.
– Да… Кхм… Умоляю, послушайте…
Дитя
– Хорошо, я слушаю, каково твоё понимание ситуации?
– Ну… чёрная мана, она…
– Ясно, понимание равно нулю. Отойди и не мешай работать.
– Ситуацию понял я! – заявил магистр, теперь уже он закрывал собой девочку. – Позвольте мне спасти девушку-лису!
Только сейчас Росса заметила, над чем трудился Дитя Истины. На столе в центре начертания лежала девушка с пушистым рыжим хвостом. От лисы исходила та же чёрная дымка, что и от мальчика, однако жизнь в ней ещё теплилась.
– Я помогу дяде, вместе мы остановим выброс тьмы! – уверенно воскликнула Астра.
– Уверены, что справитесь? Ладно. Подожду, пока бедняга не испустит дух.
Зорн опустил ружьё и Дитя Истины с племянницей приступили к работе.
[Рассказывай дядюшка, чем помочь?] – телепатически спросила волшебница, чтобы продемонстрировать свои способности.
– Я напитал сей круг страданиями и горем. Мана наполненная ими – выталкивает зло, но вредит телу.
Мир вокруг Россы замер, а в голове прозвучало «Ускорение сознания запущено».
[Внесу ясность, офицер, если не возражаете. Энергия души переносит мысли, чёрная мана в этом деле особенно хороша. Она заполняет мозги людей мыслями заклинателя и разрастается, пожирая любую другую ману. Именно поэтому, мы, дзе, используем термин «заражение». Ваш дядя, без преуменьшения – гений. Он догадался, что напитанная до краёв сильными эмоциями синяя энергия не подвержена заражению. К сожалению, у его способа есть изъян: внутренние кровотечения.]
Время возобновило свой ход. Девочка, получив в краткий миг все необходимые знания, вскинула руки над пациенткой.
– Отлично, дядя, выгоняй зло, а я буду лечить!
Из ладоней девочки потекли спиралевидные нити: Эфия, подобно искусному хирургу обходил заражённые места, исцеляя очищенные. Юная дзе помнила завет учителя: «Не впускай свою ману в живых». Этим волшебница когда-то погубила птичку. Сейчас всё было иначе. Она работала на равных с многоуважаемым мэтром магии, делала то, о чём до встречи с Энтинусом не могла и мечтать. Воодушевлённая происходящим, Астра не обращала внимание на перегрев и тающий запас маны. Дыхание девушки-лисы стало ровнее. Дитя Истины был вне себя от изумления. Племянница смогла разжечь в нём пламя надежды.
– Сынок! – раздалось сзади, после чего на шее Россы сомкнулись зубы мальчика, которого та считала мёртвым.
Спустя мгновение прогремел выстрел. Чаша терпения дзе переполнилась, и он открыл огонь. Голова ребёнка, поглощённого тьмой, разлетелась в дребезги.
Волшебница повалилась наземь. Рана на шее пылала, а по телу струями растекался могильный холод. Где-то в глубине её души скрёб когтями неразборчивый потусторонний шёпот. Змеи тьмы сковали тело девочки, стремясь захватить контроль.