Анафема
Шрифт:
На утро Норенс попросил Астру сесть вместе с ним на облучок. Дилижанс магистра не мог похвастаться такой же продвинутой подвеской, как телега Энтинуса. Пассажиры чувствовали каждую яму.
– Только давай покороче, хочу поскорее вернуться на Грегора.
Девочка с завистью покосилась влево, в её отсутствие, на драконе сидела Алера.
– Пусть это и не моё дело, согласен, однако мне важно знать, чем тебя так шокировал Эфия. Ты стала совсем другой!
– Офицер, позвольте мне объяснить. Думаю, я подобрал слова понятные мирянину, – вмешался артефакт.
–
– Таковыми не были… – догадался юноша.
– Да, боюсь, учитывая все уроки… мне давно не тринадцать.
– Что тебе показали в последний раз?
Прошлой ночью сын Запада решил: он поговорит с волшебницей, всё-всё узнает. Если Эфия сказал правду – постарается понять и принять, а если солгал… Бывший дворянин приложит все силы, чтобы избавить спутницу от артефакта. Руку ей отрубит, если потребуется.
– Я видела бойню… – поджав губы произнесла Астра.
Ей хотелось забыть увиденное, но она не могла. Эфия учит качественно. Поэтому идея разделить ужас с ближним показалась Россе не такой уж плохой.
– Профессор, он… Я не просто смотрела. Я была в теле Ланчиссии… Запахи, звуки, чувства… Всё это прошло сквозь меня.
От нахлынувших воспоминаний горло волшебницы сдавила скорбь, она закашлялась.
– Возьми, – Норенс протянул ей флягу.
После ссоры с Россой юноша плохо спал, поэтому попросил у алхимика в замке успокаивающее снадобье. Девочка начала жадно пить. В этот момент дилижанс попал в очередную яму и тёмно-зелёное зелье пролилось, испачкав её жакет.
– Спасибо, – сказала Астра, по-деревенски утерев рукавом губы.
– Значит и сейчас меж звёзд война…
– Нет. Мне показали архивную запись, события давно минувших столетий. В том видении сестра Энтинуса оказалась в эпицентре конфликта на одной из планет. Люди там совсем ошалели! Противостояние полов и культур достигло апогея. Всё как в книге Берты: «Очистим мир от зла! Пусть лишь достойные выживут!». Никто не хотел сесть за стол переговоров.
Внутри юноши вспыхнуло необоримое желание обнять Россу, он хотел развеять её грусть, но сдержался.
– И чью сторону заняла дзе?
– Совсем дурак?! – всхлипнула Астра.
Сделав глубокий вдох, волшебница громко высморкалась в платочек.
– Одержимые безумными идеями, они творили такое… Хуже тёмных. Зорна на них нет! Стремясь доказать свою «правоту», одна из группировок заложила бомбу в школьный автобус… Не было у Ланчиссии времени слушать их бредни, она деток лечила! Кого могла…
Подавляя рвотные позывы, волшебница вся сжалась. Картина произошедшего всё ещё стояла у неё перед глазами. Запах смерти… казалось она до сих пор его чувствовала.
– Добрая… смелая… лечила из последних сил… сколько погибло…
– Даже магия не помогла, – Норенс опустил взгляд. Пусть он не понял всех слов Астры, но на его глаза тоже навернулись слёзы.
– В общем… – спустя минуту продолжила девочка. –
Последние слова юная дзе произнесла, широко открыв глаза и сжав кулаки.
***
Вдали виднелись поросшие мхом крепостные стены. Остановившись на почтительном расстоянии от города, путники начали готовить маскировку. Астра собиралась предстать имперцам в роли столичного интерна, проходящего практику. Для этой цели девочка повелела Норенсу вытащить из дилижанса сундук. Промасленный замок тихо щёлкнул и спутники Россы увидели одежду, сложенную аккуратными стопками.
– Я всё заранее продумала. Ты, – волшебница сунула юноше расшитый серебром кафтан, – будешь моим слугой. Обращайся ко мне «Госпожа Росса». Запомнил?
– Да.
– Чудненько.
Астра, задумчиво потирая подбородок, несколько раз обошла Алеру.
– Ч-что-то не так?
– Всё. Понимаешь ли, рыжая… Как бы точнее выразиться? Мыслящих, а уж тем более говорящих химер в природе не существует. Так святые отцы говорят. Если горожане увидят твой хвост или уши – быть беде.
– Меня… нет?
– Вот, примерь, – волшебница надела на спутницу пышный берет. – Хм, нет всё не то! Пойдём-ка.
Взяв несколько вещей из сундука, девочка утащила лису в дилижанс. Оставшемуся снаружи Норенсу оставалось лишь выхватывать доносящиеся звуки и обрывки фраз. Чтобы не навлекать на себя беду, сын Запада решил отойти подальше. Когда дверь открылась, его взгляду предстала обворожительная картина. Астра уложила волосы Алеры, заплетя в косы особо крупные пряди. Глаза лесной красавицы стали нежно-зелёные и обзавелись обычными зрачками. Хвоста тоже нигде не было видно. Вкупе с бордовой, приталенной мантией, девушку могли бы принять за студентку Академии, если бы не одно «но»… На шее лисы «красовался» рабский ошейник. Юноша нахмурился.
– Зачем?
– Затем. Она очень красивая, почти как я. А ещё робкая до безобразия. Оставишь такую девушку посреди улицы на пять минут, и она тут же окажется в лапах какого-нибудь… Пусть лучше в ней видят собственность династии Заубер. Целее будет.
– Понятно…
– Да не зыркай ты так! Ошейник ненастоящий. Вместо подавляющего волю заклятья, я в него иллюзорные чары добавила, чтобы глаза изменить. Иначе ей пришлось бы с мешком на голове ходить. Видишь, свои зрачки я тоже «спрятала».
Росса ещё раз оглядела Алеру, на всякий случай.
– Ушами не дёргай.
– Но…
– Знаю, это твоя природа и всё такое, но не будем же мы каждому байку рассказывать, что у тебя воробей под беретом.
– П-прости… я постараюсь.
– Ты действительно всё продумала, – улыбнулся Норенс.
Настала очередь Грегора. Высокородные маги часто держали химер в качестве домашних питомцев. Поэтому волшебнице оставалось поработать над поведением любимца. Взяв голову ящера в руки, как когда-то делала Митрия, Астра приказала Эфии открыть канал телепатии: