Андроид

Старинщиков Николай

Дама за столом теперь молчала. Катенька прижалась к Кошкину, обняла его и шмыгала носом.

– Вот это номер, – произнес в темноте Федор Ильич. – У нас даже фонарика нет.

Кошкин достал из кармана телефон, нажал кнопку: перед ними, блестя мертвыми глазами,

в той же позе сидела дама, виднелись приборы, а на столе сиротливо лежала клавиатура.

– Назад, к выходу, – велел Шендерович и, выставив впереди себя руки, в полутьме стал возвращаться к двери. «Энергия отключена, – лелеял он мысль, – следовательно, запоры должны отойти…»

Подойдя к выходу, он уцепился вначале за штурвал, потом за рычаги по углам двери, стараясь сдвинуть их с места, однако ощутил всё ту же тяжелую неподвижность металла.

«Попался, дурак! – подумал он отрешенно. – Отсюда нет выхода…» – И прохрипел осипшим вдруг голосом: – Надо вместе попробовать…

Сбившись в кучу возле двери, они ухватились за штурвал, пытаясь сдвинуть его хоть чуть-чуть – из последних сил, до тошноты, до яркой россыпи в глазах, и вскоре поняли, что с дверью им не справиться. Никогда.

Глава 9

Существо долгоногое

Тощий Жердяй, раскинув под столом долговязые ноги и уставившись в монитор, читал у себя в кабинете очередную депешу правительства, громко именуемую постановлением.

В данном нормативном акте значилось, что финансовые дела государства, величаемого как Отдельная Поволжская республика (Агломерация),

оставляли желать лучшего. Данное обстоятельство, судя по документу, не зависело от правительства, поскольку явилось результатом внезапных действий темных сил, о природе которых правительству до сих пор точно ничего не было известно. Именно эти подпольные силы якобы привели к обострению экономической ситуации, в результате которой не на что теперь исполнять свои долговые обязательства. Из этого следовало, что над республикой завис карающий меч возмездия. За всё. В том числе за то, в чем она не виновата, потому что денег впредь не предвидится, и народу будет нечего кушать. Чего-то другого из данного документа не следовало да и следовать не могло.

В связи с данным сугубо экономическим обстоятельством Главной прокуратуре надлежало еще более неукоснительно, во взаимодействии с органами государственной безопасности и МВД, надзирать за соблюдением законности, уделяя особое внимание неуклонному соблюдению Конституции, а также основополагающих законов – «О защите толерантности» и «Защите искусственного интеллекта».

Именно так. Начали с сокращения социальных программ, урезанных центральным банком, а через два дня вдруг заявили о действиях темных сил.

«Впрочем, – подумал Жердяй, – темные силы – это ведь наша компетенция…»

Анатолий Ефремович знал эти силы лучше всех, он был обязан их знать и вовремя обезвреживать – на то у него были особые полномочия.

Конец ознакомительного фрагмента.