Ангел тьмы
Шрифт:
Он не мог допустить, чтобы история повторилась.
– Ради всего святого, Сара Джейн! – Он притянул ее к себе, отказываясь разжать руки. – Я думал, ты именно это имела в виду, когда попросила меня уладить все формальности. Мне и в голову не приходило, что ты так расстроишься.
– Ты посчитал, что я имела в виду контракт?
– В документах, которые принесла Элизабет, не было ничего необычного, особенно для человека в моем положении. Но прости, если я сделал ошибку. Я полностью тебе доверяю. И я умоляю тебя стать моей женой.
Он поцеловал ее,
– Пожалуйста, скажи, что ты выйдешь за меня, – прошептал Дэвид.
– И никаких контрактов?
– Никаких контрактов.
Мэтт Дейли сидел на каменной ограде порта в Позитано, отщипывая кусочки от свежеиспеченной буханки. Хлеб был восхитительным, с розмарином и морской солью, мягким, но с твердой, посыпанной семенами корочкой. Мэтт с радостью съел бы его весь, но нужно было экономить.
Он пробыл в Италии десять дней, и деньги утекали с ужасающей быстротой. Того, что оставила ему Ракель после развода, хватило бы только чтобы купить батончик «Херши». Разве можно прожить на это в стране, где общественный туалет стоил два евро, а бензин – примерно столько, сколько жидкая платина. В рестораны вход ему был закрыт. Последние два дня Мэтт жил на сандвичах с салями и воде из питьевых фонтанчиков, мясо теперь стало роскошью. Он перешел на хлеб и перебрался из скромной гостиницы в хостел, стоивший вдвое дешевле, но казавшийся настоящей тюрьмой: общий душ, топчаны и комендантский час с полуночи. Но после всех испытаний он так и не смог узнать имя таинственного любовника Лайзы.
Хорошо еще, что кошмары наконец отступили. Если бы, как в доме Клер, он с воплем просыпался в два ночи, его бы выкинули из хостела.
Все потому, что я занят делом, пытаюсь спасти ее, а не сижу, рыдая, на одном месте. Остается только прижать ублюдка!
Конечно же, он постоянно думал о Лайзе. Но научился загонять свои страхи в подсознание. Каждый час, проведенный в думах о том, что с ней могло случиться и что происходит прямо сейчас, был бы потрачен впустую.
Если я окончательно сломаюсь, у нее никого не останется.
Вооруженный распечаткой снимка из компьютера Лайзы, Мэтт обошел все гостиницы в городе. От убогого пансиона «Каса-Гильермо» до роскошного «Сан-Пьетро».
– Мы не имеем права называть имена клиентов. Это конфиденциальная информация, которую мы никому не выдаем, – заявил чванливый портье в «Сан-Пьетро».
– Никогда ее не видел, – заверил скучающий клерк в «Каса-Гильермо».
– Не думаю. Но пятьдесят евро могут освежить мою память, – сказал жирный менеджер «Британниа-гестхаус», с надеждой потирая руки.
Мэтт не доставил ему такого удовольствия. Было ясно, что идиот в засаленном жилете не узнал Лайзу. Кроме того, она вряд ли поселилась бы в такой дыре даже в случае крайней
Бережно завернув остаток хлеба в пластиковый пакет и сунув его в рюкзак, Мэтт вернулся в старый город. Ему нужно было кое-кого повидать. Если на этот раз ничего не выйдет…
Он встречался с горничной из «Сан-Пьетро». Услышав, как портье отшил Мэтта, она пожалела парня и проводила его к машине.
– Если вам нужны сплетни о гостях, поговорите с Микеле. Он все видит. Знает все секреты.
Микеле, как выяснилось, работал барменом в лучшем отеле Позитано, пока в конце прошлого года не был уволен за мелкое воровство. С тех пор он так и не нашел работы, имел серьезные проблемы с алкоголем и затаил злобу на руководство «Сан-Пьетро», что делало его не слишком надежным источником информации. Но нищим выбирать не приходится, а в этом случае Мэтт определенно был нищим в буквальном и в переносном смысле…
Микеле жил в городе, в доме-развалюхе над рыбной лавкой, который Мэтт нашел легко. Даже без наставлений горничной он скорее всего отыскал бы здание по запаху. Вонь макрели и сардин, смешанная с запахом пота и мочи, доносившимся из переулка, идущего вдоль строения, была настолько сильной, что его затошнило.
– Входи. Валерия меня предупредила. – Мужчина, открывший дверь, был моложе, чем ожидал Мэтт, и значительно более привлекательным. Он ожидал увидеть пьяного идиота средних лет, но, если не считать некоторой небритости и налитых кровью глаз, Микеле Даниеле был в неплохой форме. – Я слышал, ты кого-то ищешь.
В комнате царил беспорядок, отчетливо указывавший на то, что хозяин переживает не лучшие дни. На полу валялись пластиковые коробки из закусочной, перемешанные с пустыми пивными банками и старыми газетами. Полупустая бутылка скотч-виски стояла рядом с кухонной раковиной.
Как получилось, что такой красивый парень опустился так низко?
Мэтт неожиданно для себя пожалел Микеле и протянул ему снимок Лайзы.
Реакция бывшего бармена была немедленной.
– Да, я знал их. Они прожили в отеле дней пять.
– Когда? – выдохнул Мэтт.
– В конце лета, два года назад.
Лето того года, когда она вышла за Майлза Баринга.
– Уверен?
– Абсолютно. – Микеле вытащил сигарету из пачки, лежавшей на журнальном столике, и затянулся, выпустив дым в лицо Мэтта. – Я никогда не забываю тех, с кем спал.
Мэтт со свистом втянул в себя воздух. Его словно ударили по голове бейсбольной битой.
– Спал?
– Да, один раз, – кивнул Микеле.
Очевидно, Мэтт многого не знал о прошлом Лайзы. Он смирился с этим уже давно. Но мысль о том, что она приехала в Италию с одним мужчиной, а потом прыгнула в постель к первому попавшемуся красавчику бармену, который ее об этом попросил, была невыносимой… Это не та Лайза, которую он помнил.
– Парень был редкой сволочью, – продолжал Микеле. – Злобный извращенец. На следующий день я был весь в синяках и даже не смог выйти на работу.