Ангел

Брэдфорд Барбара Тейлор

– Я тоже.

Взглянув на ее тарелку, Джонни заметил, что Рози тоже не много съела. Он посмотрел долгим внимательным взглядом на ее внезапно побледневшее лицо.

Накрыв своими ладонями ее лежащие на скатерти руки, он прижал их так сильно, что у него побелели суставы пальцев. Медленно кивнув головой, как будто только сейчас к нему пришла какая-то мысль, он сказал:

– Пойдем ко мне в номер... выпьем кофе.

– Да,– проговорила она, отвечая на его взгляд и пожатие рук.

Она держала в руках пальто, и Джонни тут же забрал его у нее, как только они вошли к нему в номер.

Их руки

нечаянно встретились, и они быстро взглянули друг на друга.

Джонни нетерпеливо кинул ее пальто на ближайший стул, Рози так же поступила со своими перчатками и сумкой.

Глаза Джонни неотрывно смотрели на нее.

– Я не мог есть, потому что не в силах больше выносить эту пытку.

– Я знаю, почему ты не мог есть, Джонни,– прервала его Рози, понизив голос.– По той же причине, что и я.

Они обменялись внезапными, говорящими больше всяких слов взглядами и упали в объятия друг друга.

Его ищущие губы жадно припали к ее рту в бесконечно долгом поцелуе. Его язык проскользнул между ее губ, чтобы нежно коснуться ее языка. Потом его руки взметнулись вверх под ее свитер. Найдя застежку бюстгальтера, он расстегнул ее, сдвинул вверх мешающий свитер, и груди ее освободились. Они были полными и прекрасными. Он склонился, целуя сначала одну, затем другую, сблизил обе руками и прильнул к ним лицом. Потом опустился перед ней на колени.

Расстегнув молнию юбки, она дала ей упасть на пол, переступила через нее, сбросила туфли и так на мгновение замерла перед ним. На ней были только тонкие колготки, через которые просвечивал темный треугольник ее лона. Прижавшись лицом к ее животу и закрыв глаза, он вдыхал ее аромат, прекрасный возбуждающий аромат женщины, сгорающей от желания. Он стал целовать через тонкую паутинку колготок темнеющий холмик ее волос, поглаживать ее ягодицы, прижимая к себе все сильнее и сильнее ее тело. Смутно, как бы издалека, он услышал вырвавшийся у нее долгий вздох.

Открыв глаза, Джонни поднялся с колен, опять крепко обнял ее и прижал к себе. Потом он отпустил ее, запер дверь на задвижку и повел Рози в спальню.

В дверях они остановились, замерев в поцелуе. Внезапно быстрым движением Джонни подхватил ее под бедра и вскинул на себя. Она, держась руками за его плечи, обвила его ногами, и так он донес ее до кровати. Бережно положив ее на подушки, он нашел рукой край ее колготок и сдернул их.

Она сама сбросила свитер и теперь лежала перед ним обнаженная, глядя, как он срывает с себя пиджак и галстук. Расстегивая на ходу свою белую рубашку, он метнулся к двери спальни, закрыл ее и опять вернулся к кровати.

Какое-то мгновение Джонни стоял, не в силах отвести от нее взгляд. Тело ее было настолько стройным и изящным, что гладкие полные груди казались еще больше. Это были самые соблазнительные груди, какие он когда-либо видел, с темным смугло-розовым ореолом вокруг плотных маленьких сосков. Ему хотелось зарыться в них лицом и навсегда забыться.

Сбросив с себя остальную одежду, Джонни взял Рози за руки и легонько потянул вверх, чтобы она села. Потом прижал ее к себе, обхватив руками и проводя пальцами вниз по ее спине, прижимая ее к себе так, чтобы она почувствовала его тело, поняла, как велико его желание. Вот уже несколько дней он сходил от этого с ума. Нестерпимое желание обладать

ею буквально преследовало его, он уже готов был взорваться. Целуя ее губы, потом шею, он склонился к ее грудям, страстно лаская и целуя их.

Рози трепетала в его руках. Когда он приникал к ней всем телом, гладил, ласкал и целовал ее, она ощущала дрожь в ногах. Восхитительное тепло разлилось к ее лону и выше к животу. Это было необыкновенное ощущение, какого она не испытывала уже много лет, с тех пор как расстроился их брак с Ги. И она уже думала, что ей не суждено больше никогда его испытать. Но это случилось вновь, сейчас, здесь, с Джонни Фортьюном. Он был красивый, любящий, нежный. И она желала его так же сильно, как он желал ее. Это началось еще тогда, с их обеда в «Вольтере». На самом деле она, ожидая, чтобы он сделал первый шаг, жаждала его поцелуев и его близости.

Крайнее возбуждение Джонни передавалось Рози, усиливая до предела ее волнение. Ее ладони, двигаясь вниз по его спине, остановились на ягодицах, поглаживая и сжимая их. Оторвавшись от ее груди, он приподнял голову и опять стал целовать ее в губы, проникая языком в ее рот, нащупывая самые чувственные места.

Она пробежала рукой вверх по его спине, сжимая плечи, потом ее пальцы коснулись его затылка, зарылись в волосы. Их губы слились в жарком поцелуе, и казалось, не было в мире силы, способной оторвать их друг от друга.

Через секунду Джонни уже стягивал покрывало с кровати, прижимая ее к простыням. Наклонившись к ее лицу, он прошептал:

– Я сейчас,– и исчез в ванной.

Рози лежала не двигаясь, с закрытыми глазами, ожидая его возвращения. Все ее чувства были напряжены до предела, каждая частичка тела жаждала его прикосновений. Она вся пылала от нетерпения.

Послышался какой-то негромкий звук. Открыв глаза, она увидела, что он задернул гардины, и комната погрузилась в полумрак. Повернувшись, Джонни направился к ней, и она поняла, что он ходил в ванную, чтобы принять некоторые меры предосторожности.

Улыбаясь, он легко коснулся пальцами ее лица, лег рядом, обнял ее и поцеловал. Его руки блуждали по ее телу, поглаживая, лаская, исследуя и запоминая каждый миллиметр. Медленно и осторожно они скользнули меж бедер, найдя самый потаенный уголок ее плоти, доведя ее возбуждение почти до экстаза.

Внезапно Джонни прижал ее сверху своим телом и быстро, почти грубо, проник в нее. Она замерла, чуть не вскрикнув от боли.

Подложив под нее руки, он приподнял ее тело и сильно прижал к себе, проникая все глубже и глубже, казалось, почти до самого сердца. Прильнув к нему, она уловила его ритм, и они стали двигаться в унисон, слившись в едином порыве, страстно стремясь удовлетворить свое желание и желание друг друга.

Чувствуя еще большую влагу и тепло, открываясь ему, Рози приняла его всего. Двигаясь все быстрее, Джонни выкрикивал ее имя, словами и восклицаниями усиливая желание. И она подчинялась его воле. Его имя было у нее на губах, когда они одновременно достигли вершины.

Какое-то время он в изнеможении лежал на ней, уткнувшись в ее грудь.

Неожиданно приглушенный смех потряс его тело.

– Что с тобой? – растерянно спросила Рози, легонько дотрагиваясь до его плеча.

Он поднял голову и, не переставая смеяться, объяснил: