Ангел
Шрифт:
– Ты тоже, и я очень этому рад,– ответил он, отворяя дверь в следующую комнату.– Это спальня. Неплохого размера, да? А там ванная. Направо от тебя гардеробная. Ты потом можешь все рассмотреть. Если хочешь, я пришлю к тебе горничную. Помочь распаковывать вещи.
– Нет, спасибо, в этом нет необходимости,– покачала головой Рози. Проходя мимо кровати, она заметила рядом с ней на ночном столике маленькую вазочку с фиалками. Она сжала его руку, прильнула к нему и поцеловала в щеку, прошептав: – Ты такой милый!
– Больше никаких поцелуев,– засмеялся
Они вернулись в гостиную. Джонни подошел к двери в дальней стене комнаты и открыл ее.
– А там мой номер. Так что, если я буду нужен, дорогая, только крикни.
Рози улыбнулась его словам и села на диван. Джонни подошел ближе и встал, опираясь спиной о каминную доску, не сводя с нее глаз.
– Ты опять, Джонни?
– Что «опять»?
– Разглядываешь меня.
– Я ничего не могу с собой поделать. Так ты прекрасна, Рози! Я просто смотрю и не могу насмотреться.
– Тогда через неделю я тебе, наверное, успею надоесть.
– Ни в коем случае,– горячо возразил он. – А ты помнишь, какой сегодня день?
Она сдвинула брови.
– Да... э-э... Конечно, сегодня твой первый концерт, начало гастролей в Англии.
– Ну да, это правильно. Но кроме того сегодня пятница, четырнадцатого февраля. День Святого Валентина.
– Ах боже мой! Я совсем забыла.
– А я не забыл.– Он пошарил рукой в нагрудном кармане пиджака и достал оттуда маленький сверточек в подарочной упаковке.– Это тебе, Рози. Вместе с моей любовью.
Рози смотрела на него, тихонько покачивая головой, с выражением досады и огорчения на лице.
– А я забыла. И у меня для тебя ничего нет. Это ужасно, Джонни. Мне так стыдно.
– Не надо. Ты же здесь, правда? Вот ты и есть тот самый подарок для меня в день Святого Валентина. А теперь открой-ка коробочку и посмотри, что там.
Она развязала белую атласную ленту, разорвала бумагу, и в ее руках оказалась маленькая красная кожаная коробочка с золотым тиснением. Подняв крышечку, она изумленно ахнула и округлила глаза. Внутри на черном бархате лежало большое бриллиантовое кольцо. Рози смотрела на стоящего перед ней Джонни, борясь со своими чувствами.
А он молча наблюдал за ней, ожидая, что она скажет. Но она не могла произнести ни слова.
Наконец он спросил:
– Тебе не нравится кольцо? Оно недостаточно красиво?
– Что ты, Джонни! Оно прекрасно! Великолепно! Но я не могу принять его,– выдохнула она, еще не придя в себя от неожиданного сюрприза.
– Почему?
– Слишком дорогой подарок.
– Но это не просто кольцо. Это обручальное кольцо.
– О, Джонни...
– Я люблю тебя, Рози.
Она смотрела на него круглыми от изумления глаза ми, нервно покусывая нижнюю губу.
– Я хочу, чтобы состоялась наша помолвка,– сказал он.– Я хочу, чтобы мы поженились. Я хочу провести всю мою оставшуюся жизнь рядом с тобой. Я говорил тебе на прошлой неделе, что не любил до тебя ни одной
Его удивительные голубые глаза пристально смотрели на нее. Торжественное выражение лица не оставляло места для сомнений в серьезности и искренности его слов.
– О, Джонни, я так рада и польщена. Но я пока не могу принять кольцо и обручиться с тобой. Я ведь все еще замужем, дорогой.
– Но твой развод уже наполовину завершен.
– Да, верно. Но могут потребоваться еще месяцы и месяцы, пока все закончится. Возможно, даже год.
– Мне все равно, сколько это продлится,– с жаром прервал ее Джонни, в упор глядя ей в глаза.– Я буду ждать. Все равно мы будем вместе и до нашей свадьбы.– Сделав глубокий вдох, он сказал уже более мягким тоном: – Пожалуйста, дорогая, согласись принять кольцо. Разреши мне надеть его на твой палец.
Улыбаясь, он шагнул к ней.
– Нет, Джонни, не могу! – воскликнула она, с сожалением понимая, что ответ ее прозвучал резко, почти холодно.– Ну просто никак не могу, Джонни! – произнесла она еще раз, уже более спокойно, покачав головой.
Он остановился, как вкопанный.
– Пожалуйста, Джонни, не делай такое лицо.
– Какое?
– Обиженное. Я вовсе не хотела тебя обидеть.
– Но ты не чувствуешь ко мне того же, что и я к тебе, да? – спросил он.
– Не знаю,– уклончиво ответила она.– Для меня ты действуешь слишком быстро.– Потом, заставив себя рассмеяться, сказала более мягким тоном: – Понимаешь, наверное, я медлительнее, чем ты. Мне уже пришлось однажды обжечься, и я не хочу еще раз совершить ошибку. Все это так болезненно. Неудачный брак – это земной ад, можешь мне поверить, я уже в нем побывала.
– Но я же не такой, как Ги де Монфлери. Ты говорила, он уже вскоре после свадьбы начал волочиться за другими женщинами, изменять тебе направо и налево. А мне не нужны другие женщины, Рози. Только ты!
– Я тебя понимаю, дело не в этом... Я не сомневаюсь в тебе, Джонни. Но просто пытаюсь быть... разумной. За нас обоих. Ты никогда не был женат и не представляешь, что чувствуешь, когда брак рушится и приходится расставаться. Это ужасно, правда.
– Мы не собираемся расставаться,– настаивал он.– Для этого я слишком люблю тебя.
Не придавая значения его последним словам, Рози продолжала убеждать его:
– Я слишком поспешно согласилась выйти замуж за Ги. Едва зная его. Мы тоже едва знаем друг друга, ты ведь не можешь этого отрицать. Практически мы знакомы всего неделю.
– Если точно, десять дней,– возразил он.– И я знаю тебя, и очень близко.– Он замолчал и внимательно посмотрел на нее, чуть прищурившись.– Послушай, можно прожить с человеком пятьдесят лет и ничего не знать о нем, а можно встретить кого-то и – раз, вдруг понимаешь, что встретил свою половинку и чувствуешь что-то особенное– какое-то полное узнавание. Вот так и случилось с нами, дорогая. Мы с тобой две половинки. Я люблю тебя! Я обожаю тебя!