Ангел
Шрифт:
– Это невероятно, - сказал Гриффин, держа в руках открытую книгу.
– Ты, как Джон Колтхарт, но мягче, более эмоционально.
Румянец на щеках Микаэля стал сильнее.
– Ты знаешь о Колхарте?
– спросил Микаэль, слегка ошеломленный этим фактом.
– Знаю, я не похож на такого человека, - сказал Гриффин, - но во мне живет бездна увлечений. Кроме того, я получил степень по Истории искусства в Университете Брауна.
– Ты учился в Брауне?
– Да, но не закончил. Долгая история, - сказал Гриффин с ноткой, которую Микаэль никогда не
– Но я разбираюсь в искусстве. У меня есть два Пикассо в моей спальне, в комнате Норы висит Кандинский и еще несколько Делоне по всему дому. Обожаю орфический кубизм. А так как я разбираюсь в искусстве, то разбираюсь в таланте. И у тебя он есть, Мик. Мне это нравится.
Гриффин посмотрел на рисунок, над которым работал Микаэль. Ничего особенного, просто изображение широких ангельских крыльев, в готическом стиле, на весь разворот. Огромные неповоротливые крылья росли из спины хрупкого мальчика, сидящего на земле с плотно поджатыми к груди ногами. Очень личный рисунок. Микаэль не собирался показывать его никому.
– Спасибо. Нора приказала мне заняться чем-нибудь, чтобы расслабиться до вечера. Рисование, как правило, работает.
Гриффин закрыл этюдник с явной неохотой. Микаэль взял книгу обратно и подошел к кровати, где спрятал книгу под подушку.
– Как правило? Нервничаешь насчет вечера?
Гриффин встал, и начал прогуливающейся походкой расхаживать по своей старой комнате.
– Немного.
Микаэль сел на край кровати и попытался не смотреть на Гриффина. Гриффин будоражил его. Он просто ходил вокруг в нижнем белье, как будто ему было все равно, что люди подумают о нем. Конечно, у Гриффина было невероятно хорошее тело, так почему бы не ходить почти голым?
– Когда в последний раз вы трахались?
Гриффин спросил, садясь на край кровати Микаэля, и улёгся на спину. Микаэль нервно вздрогнул. Почти голый парень лежал на его кровати. Ему должно было это не нравиться, он не хотел любить это... но никак не мог заставить себя.
– Хм, - начал Микаэль, поворачиваясь и усаживаясь, скрестив ноги, спиной к спинке кровати.
Личные вопросы - он ненавидел их. Отец всегда доставал его с личными вопросами.
– Нора вчера спросила то же самое.
Гриффин поднял бровь.
– Ты знаешь, что это значит, да?
Микаэль покачал головой.
– Она просматривала твою сексуальную жизнь. Я про обмен жидкостями.
– Обмен жидкостями?
– Секс без презерватива.
– Ничего себе, - сказал Микаэль, и в желудке все сжалось.
– Это безопасно?
– Она чистая. Постоянно проверяется. Все большие шишки Восьмого Круга так делают, я в их числе. И у нее внематочная спираль, так что я бы не переживал насчет беременностей.
– Так вы с Норой, ну, тоже обмениваетесь жидкостями?
Гриффин откинулся назад, прижимаясь к верхней части кровати, рядом с Микаэлем. Еще раз парень вдохнул запах Гриффина. Микаэль решил выяснить, каким мылом пользуется тот, чтобы он мог купить такое же мыло и нюхать, когда захочется.
– Не-а. Я не
– Как так?
– спросил Микаэль с искренним любопытством.
Ребята в школе всегда ныли о том, что их подружки заставляют их надевать презервативы.
– Мик, - сказал Гриффин, повернув голову и уставившись ему в глаза.
– Нет ничего, и я повторяю, ничего, чего бы я не пробовал. И я говорю не только о сексе. Каждый плохой поступок, минус убийство и изнасилование, я делал это. Так что это часть меня, которая хочет сделать это только в том случае, если я на самом деле окажусь в настоящих отношениях с кем-то. Звучит глупо и романтично? Если так, никому не говори. Я вообще-то ужасный наследник Преисподней. Хотелось бы сохранить свой титул и впредь.
Микаэль улыбнулся, не совсем уверенный, какой должен быть ужасный наследник, но решил, что ему нравится это название.
– Немного глупо. Но не в плохом смысле, - сказал Микаэль, удивленный тем, что у Гриффина есть и такая нежная сторона. Искусство? Сохранить частичку себя для настоящих отношений?
– Таким образом, ты никогда не, ну ты понимаешь…
– Кончал в кого-то?
– Гриффин закончил за него.
– Нет. Никогда. У меня был разговор о сексе с отцом, когда мне стукнуло тринадцать. «Сын, у нас больше денег, чем у Бога. Если девушка забеременеет от тебя, то отхватит половину от них. Так что презервативы каждый раз». А потом он подарил мне целую коробку.
Микаэль рассмеялся над Гриффином, изображающим суровый голос отца. Внезапно вспомнив что-то, Микаэль перестал смеяться.
– Подожди. Нора, она не…
– Нора кончила. Если бы ты остался и досмотрел до конца, то увидел бы, что я надел презерватив, прежде чем кончил.
Мысленно Микаэль провалился сквозь пол и до самого подвала. Гриффин видел его подглядывающим два дня назад?
– Гриффин.
– Он почти подавился словами.
– Мне очень жаль. Я не хотел... Я просто шел на кухню и услышал…
– Мик, успокойся, - сказал Гриффин, улыбаясь ему.
– Я не злюсь. Я такой. Я трахаюсь перед людьми все время. Меня раздражало только то, что ты не зашел и не присоединился к нам.
Гриффин зловеще улыбнулся. Микаэль почувствовал, как онемели его пальцы.
– Я думаю, Норе бы это не понравилось, - сказал Микаэль, не совсем уверенный, что это правда.
Он мечтал о тройничке раньше. На самом деле вчера вечером его мысли забрели слишком далеко, и он представил себе Нору, господствующую над ним, в то время как Гриффин наблюдал.
– Твоя госпожа обожает зрителей. На самом деле, я смотрел, как ее имеет твой священник, после того, как мы с Кингом оттрахали ее вдвоем.
Микаэль почувствовал, что его глаза вываливаются из орбит.
– Ты видел Отца С...
– Трахающимся? Да. Когда твоя Госпожа была всего лишь сабой, как ты, он делал все, чтобы унизить ее в нашем клубе. Что ее до чертиков заводило. Ты знаешь, почему я и Кинг, и твой священник все трахали ее в одну и ту же ночь?
Микаэль покачал головой. Он не мог себе представить.