Ангелы на полставки

Бах Ричард Дэвис

И ты еще говоришь, что тебя мало интересует биология! Как же удалось этому листку поднять свои вибрации до такого уровня? Может, в один прекрасный день, ощутив опасность, он наклонился, чтобы спасти жизнь маленькой гусеницы? Я слышала, что растения способны испытывать как страх, так и радость. Они очень чувствительны к эмоциям. Приблизьтесь к ним с каким-нибудь острым предметом, и электроды зафиксируют всплеск страха. Но раз уж они способны чувствовать страх, может, им ведома и Любовь? Что, если твой лист был любящим созданием?

Какая потрясающая история! Знаешь, вам обоим здорово повезло.

Не зря же он упал как раз там, где найти его смог именно ты! Не обрати ты внимания на это маленькое чудо, и его любящая жизнь была бы предана забвению. Вибрации подобных созданий настолько высоки, что воздействуют на всех, кто оказывается поблизости. А вдруг твой маленький листок поможет и тебе повысить уровень осознания? Постой-ка! Разве не это он делает прямо сейчас – причем в отношении нас обоих?»

Я написал ей в ответ: «Я часто хожу мимо того дерева, и в этом году я не видел там ни единого зеленого листка! Море бурых – и ни одного зеленого. Поэтому я склонен согласиться с тобой: именно любовь того моего листка, его желание спасти жизнь какой-нибудь гусенице, позволило Вселенской любви преодолеть все представления о смерти.

Вот и мы с тобой никогда уже не забудем этот листок, и в нашей памяти навсегда запечатлеется чудо его жизни – как запечатлеется теперь оно в памяти твоих детей и всех тех, кто прочтет эту историю. Невидимый для наших глаз, он ярко сияет среди прочих звезд, как звезда Маленького принца – астероид В-612. И всякий раз, проходя по ковру из опавшей листвы, мы будем вспоминать наш кленовый лист, который обрел свое вечное совершенство».

А сегодня этот листок расширил границы и вашего сознания.

Счастливого лета!

Два часа ночи

Вторник, два часа ночи, я не сплю. Еще немного, и щенок шелти отправится в полет к своему новому дому в штате Вашингтон.

Он уже бессмертен: совершенное проявление совершенной Любви – как, впрочем, и все мы. Он немыслимо прекрасен в царстве Здесь и Сейчас, вне времени и пространства. Он прибудет сюда, по моим расчетам, через несколько часов, чтобы присоединиться ко мне в этой иллюзии времени ради нашего общего, маленького приключения.

В пути он может поспать. У него есть свои ангелы-хранители, которые неотступно оберегают его. Он идеален, как и его хранители. Как я сам. Как все мы – вне этого иллюзорного мира, который лишь кажется нам таким величественным и огромным.

Что бы нам ни казалось, наше совершенство вполне реально – так было всегда и так будет вечно.

Мы уже встречались на этой Земле – в том числе и со щенком. И мы непременно встретимся вновь. Я искренне благодарен за это предстоящее чудесное событие – и за множество других подобных событий, из которых и состоит наша жизнь.

Смерть Лаки, крушение самолета или счастливое переживание текущего момента – у каждого из нас есть своя история жизни, полная радости и печали, которую нам суждено написать.

Как же много таких историй! И сколько красок в палитре жизни!

Только представьте!

Наконец-то он здесь, у меня дома. У себя дома. Спит, уютно свернувшись у меня под боком, пока

я пишу эти строки (я стараюсь не делать лишних движений, чтобы не разбудить его).

До чего же быстро некоторые идеи обретают форму! И не просто форму – порой они превращаются в тех, кто очень дорог нашему сердцу.

Еще месяц назад я и не думал о том, чтобы обзавестись щенком шелти. Но внезапно на меня нахлынули воспоминания о моем дорогом Лаки. Я отчетливо вспомнил, что он говорил мне однажды о нашей новой встрече, и немедленно приступил к его поискам здесь, в нашей иллюзии пространства-времени.

И вдруг все застопорилось. Я искал без устали, но не находил ни одной собаки, ни одного фото, ничего, что напоминало бы мне моего прежнего друга. И тут на глаза мне попался снимок щенка, который выглядел настолько знакомым, что я купил его без малейших раздумий. Он прилетел вчера, в добром здравии и дружелюбном настроении, как будто и не было долгого перелета.

Щенок спокоен и рассудителен. Странно для такого малыша – но нормально для Лаки.

Ему очень комфортно со мной. А мне с ним.

Лает редко, что не похоже на шелти. Но Лаки тоже почти не лаял.

Когда я говорю, поглядывает на меня, склонив голову. Совсем как Лаки.

С первого же дня следует за мной без поводка. Неужели помнит?

Возможно ли, чтобы этот щенок обладал тем же сознанием, что и пес, которого я некогда любил? Пока что я все больше убеждаюсь в этом.

У него острые зубки – совсем как у Лаки, когда тот был щенком. Оба могли бы кусаться очень больно, но ни один себе этого не позволял (не позволяет). Легкий прикус и только: «У меня крепкие зубы, но кусаюсь я процентов на 20 от возможного. Не хочу сделать тебе больно».

Неужели это та же сущность? И мой щенок – перерожденный Лаки? Или они отличаются?

У меня нет ощущения полного сходства. Но Лаки запомнился мне взрослой собакой, а этот еще малыш. Дело только в этом?

Я все чаще прихожу к выводу, что наша личность – продукт влияния среды и обстоятельств жизни, так что в разных воплощениях мы не можем обладать одной и той же личностью.

И хотя щенок похож на моего прежнего шелти, но в чем-то он другой. Я тоже был бы другим, если бы предпочел родиться заново. Получается, что личность каждого из нас в этом воплощении пусть немного, но отличается от предыдущего воплощения. Мне хотелось бы думать, что мой щенок – живое подтверждение этому.

Я вспомнил то, что сказал Лаки три года назад, приснившись мне однажды после своей смерти: «В этих краях у тебя немного шансов встретиться со мной. Ты найдешь меня к югу от своего дома».

Здесь, в Сиэтле, нет сейчас ни одного шелти – ни щенка, ни взрослой особи; ни у заводчиков, ни в приюте.

И лишь в Миссури, более чем в 2000 км к югу от моего дома, я нашел своего щенка. На фото он был в окружении других щенков, очень славных, но совершенно мне безразличных.

Но на снимке именно этот малыш сразу привлек мое внимание: он смотрел на меня так, как смотрел бы Лаки.