Антигерой: адаптация
Шрифт:
«Церковь и боги — вот кто виновен во всём, что происходит в этом мире. Если бы не они, то я мог бы жить спокойно, — думал Грэм, — А теперь ещё и эти безликие. Не думаю, что между жизнью под властью богов и жизнью под властью демонов есть большая разница. Все они хотят, чтобы их почитали и приносили им жертвы. Кажется, теперь у меня всё же два врага. Судя по Лессарии, вряд ли можно будет договориться с этими существами, хотя, временный альянс, думаю, возможен…»
В то время пока Грэм был погружен в раздумья, отгородившись от всего мира, обсуждение сложившейся ситуации среди остальных командиров превращалось в горячий спор. Ругвир
— Я вижу, что у вас здесь так ничего и не изменилось, — прозвучал голос мужчины, прихода которого почему-то так никто и не заметил.
Даже Грэм не почувствовал, что помимо шестерых командиров освободительной армии здесь появился кто-то ещё. Человек, которому принадлежал этот голос, не ощущался магом вообще, но больше всего настораживало другое. Встревоженный Грэм повернулся к вошедшему. Взгляды обоих, встретившись, ожесточились.
— Кааз, — сквозь зубы сказал парень, глядя на человека, предательство которого отпечаталось в его памяти ещё сильнее, чем предательство Лестера.
— Не думал, что ты ещё жив, мальчишка, — прозвучал ответ, — К тому же, я не ожидал, что именно ты тот самый «новый командир», о котором мне рассказывал Лестер.
— Я так смотрю, тут практически половина из нас твои старые знакомые, да, Грэм? — с улыбкой прокомментировала происходящее Аника, разрядив обстановку.
— Что-то вроде того, — хмуро ответил парень, — Кааз, если это ты тот, кто помог обрести всем здесь присутствующим нечеловеческую силу, то это значит… Сколько жертв вы принесли, чтобы сделать Гарада таким?
— Хах, не зря я тебя учил, ты всё схватываешь на лету. Две тысячи. Три тысячи для Лестера, — ответил тот с самодовольной улыбкой.
— И когда Лестер говорил, что нужно продержаться здесь ещё один день, чтобы мы дождались тебя именно здесь, это значит… — глаза мага расширились от осознания произошедшего.
— Всё верно, это естественный алтарь.
Грэм прекрасно знал, что именно означают эти слова. В церкви Семи Божеств существовало множество способов принесения жертв, но только несколько из них подходили для массовых жертвоприношений. Одним из них, возможно, редчайшим из доступных, были естественные алтари. Освященная специальными обрядами земля, не позволявшая душам усопших на ней в течение непродолжительного времени, как правило, одного-двух дней, покинуть тела. Длительный процесс подготовки, множественные обряды, которые нужно было совершить точность во временных сроках на каждом этапе, мощные божественные артефакты и достаточное количество жертв, которых должно было как минимум быть десять тысяч человек, делали этот древнейший ритуал бесполезным в условиях империи Альдерван.
Неизвестно откуда Кааз узнал все подробности его проведения, хотя теперь Грэму стали понятны причины, по которым его бывшего учителя удерживали в храме ритуалом. Но ещё более невероятным было то, как они с остальными командирами смогли с такой точностью рассчитать место, куда ударит имперская армия и в какой день она прибудет.
«Судя по всему, на поле боя осталось больше сорока тысяч погибших, — мысли с бешеной скоростью проносились
Грэм, мгновенно использовав «шаг в тень», оказался позади своего бывшего наставника, молниеносно выхватив меч и атаковав его со спины. Одновременно с этим, он высвободил свою силу, создавая вокруг себя огненную бурю, мгновенно поглотившую всю палатку. Со стороны казалось, что столп огня, взметнувшийся ввысь, доставал до самых небес. Внезапный удар его меча был остановлен рукой бывшего наставника, который моментально создал вокруг себя и остальных командиров прозрачные сферы, защитившие их ещё и от разбушевавшегося пламени. Солдаты, увидев битву, в которой могли погибнуть просто находясь рядом, в ужасе разбегались от места сражения своих командиров.
В мага, решившего уничтожить Кааза одной мощной атакой, на бешеной скорости врезался Гарад, откидывая его могучим ударом плеча. Вопросов о том, что произошло, не задавал никто. После того, как Грэм в полёте дотронулся до своей тени и ещё раз переместился за спину бывшему священнику, его атаку отбил Лестер, оказавшийся невероятно быстрым. После этого Кааз разобрался в том, как именно работает эта способность его бывшего ученика и, быстро прошептав несколько слов древней молитвы, призвал свет, окутавший всё его тело. Теперь у Грэма не было ни единой возможности приблизиться к нему, используя «шаг в тень».
— Сдерживайте его, пока я заканчиваю ритуал! — крикнул Кааз всем остальным. Его голос, многократно усиленный по неизвестной Грэму причине, сотряс всю равнину, когда он начал произносить слова древнего ритуала.
Способности каждого из командиров в несколько раз превосходили человеческие. Хоть Грэм и мог бы справиться с ними поодиночке, но все вместе они настолько хорошо комбинировали свои способности, что ему пришлось отступать под их натиском. К тому же ни огонь, ни ментальные способности мага на них должным образом не действовали.
Титанической силы удары Гарада, которые маг не мог заблокировать, заставляли Грэма на максимально доступной ему скорости изворачиваться и уклоняться, постоянно отступая. Каждый раз, стоило ему отступить или увернуться, на него обрушивалась серия молниеносных ударов Лестера, которому он уступал в скорости. Отточенное годами мастерство меча позволяло всё же позволяло ему заблокировать их, но в то же самое время Ругвир, вооружённый пехотным копьём, которым владел с невероятным мастерством, атаковал его под разными углами, заставляя постоянно отступать.
Стоило Грэму открыться, как в него начинали лететь стрелы, посланные Томирой, которая достала длинный лук и использовала его с такой скоростью и меткостью, что с ней не мог бы сравниться ни один смертный. Чтобы хоть как то защититься от них, магу приходилось использовать «шаг в тень», раз за разом оказываясь всё дальше и дальше от Кааза, которого он должен был остановить любой ценой. Микос, практически не вступая в бой, закрывшись ростовым щитом, оставался на охране священника, проводившего ритуал.