Антиквар
Шрифт:
Как он ни приглядывался, и простым глазом, и в лупу, не мог усмотреть признаков фальшака. В последнее время развелось немереное количество халтурщиков, впаривающих лохам подобные «редкости», покрытые зелёной окисью толщиной чуть ли не в палец; но знаток легко отличит настоящую окись, высокопарно выражаясь, налёт столетий, от фуфла, изготовленного с помощью не самых редких химикатов…
По всему выходило, что вещи настоящие. Интересные вещи. Таких стараются не упускать…
Однако — другая сторона медали…
Смолин с безразличным лицом проворачивал сейчас огромную мыслительную работу.
Теоретически рассуждая, этот ёрзавший на стуле нервный субъект с обликом провинциального учителишки вполне мог оказаться очередной подставой лучшего друга шантарских антикваров майора Летягина, вознамерившегося по своему милому обычаю подложить очередную свинью. Ну а на практике…
Продавая подобные археологические редкости, опять-таки рискуешь налететь на очередную статью. Но вот покупая означенные раритеты, рискуешь значительно меньше. Они не подходят под категорию «заведомо краденого» — ну откуда Смолин мог знать, что его клиент только что обчистил какой-нибудь музей или занимался незаконными раскопками? От дедушки осталось, сто лет валялось в комоде, детишки трёх поколений забавлялись, порастерявши половину… Смолин вообще может не знать, что это «археология» и «антиквариат» — ему просто-напросто предложили красивые вещи, он их, поразмысливши, и приобрёл. Исключительно для личного пользования, повесить над журнальным столиком, чтобы глаз радовали… Мода нынче такая, всеобщее поветрие… Одно дело — когда тебе предлагают за нечистый товар меченые купюры, и совсем другое — когда покупаешь ты сам…
В общем, он решил рискнуть.
— Честно говоря, я не большой специалист, — сказал он, начиная увлекательнейший поединок «продавец-покупатель», сам по себе порой будоражащий нервы почище звонкой монеты.
— Я показывал кой-кому… У нас… Говорят, это всё настоящее. Археологические редкости. Скифская бронза.
— Ну откуда в Предивинске знатоки… — поморщился Смолин.
— Не скажите! У нас хороший музей… вы не слышали?
— Ну слышал, конечно…
— Музей основан ещё в восемьсот сорок третьем, — гордо сказал Евтеев. — Люди там понимающие, некоторые даже в Москве известны.
Это была чистая правда — но Смолин, как и подобало толковому купцу-хитровану, сохранял на лице безразличие, чуть ли не брезгливость.
— И сколько же вы за всё это хотите? — спросил он главное (но таким тоном, словно речь шла о безделице).
— По десять тысяч за штучку.
— Не долларов, надеюсь?
— Ну что вы! Рублей, конечно…
— Однако… — покрутил головой Смолин. — Я бы дал за каждую ровнёхонько по пять.
— А я бы, простите, никак не взял, — с неожиданной твёрдостью сказал Евтеев. — По десять они стоят. Безусловно стоят.
Смолин и сам прекрасно знал, что цену гостенёк запрашивает божескую. Ещё один нюанс весёлого антикварного ремесла: в столицах за такие вещи можно взять гораздо больше, в разы — но для этого нужно иметь должные связи и постоянную клиентуру. Тот, кто заявится в Москву или Питер, не имея ни малейших связей, ни черта не добьётся, хрен разбогатеет — не дадут тамошние волчары настоящую цену, ох, не дадут…
Меж тем он прекрасно знал, что своим старым контактам
Но и не следовало соглашаться сразу — в лучших традициях восточного базара следует выжать из ситуации всё, что только возможно, и капитулировать не раньше, чем исчерпаны все варианты…
— А, скажем, по семь? — предложил он небрежным тоном.
— Не пойдёт.
— Тяжело с вами… Ну, по восемь?
— Василий Яковлевич, говорю вам, не пойдёт, — твёрдо сказал провинциал, оказавшийся крепким орешком. — Не будем затевать долгие дебаты. Или по десять, или — я пошёл…
— И куда же? — светски поинтересовался Смолин.
— А вот… — гость уверенно полез в левый внутренний карман непрезентабельного пиджачка (прекрасно помнит, где у него что лежит, не растяпа), достал аккуратно свёрнутый вчетверо листок бумаги и положил перед Смолиным.
Тому достаточно было одного беглого взгляда. Там каллиграфическим почерком были выписаны адреса и «Дуката», и «Эльдорадо», и «Фрегата», и «Раритета» — вкупе с телефонами.
— Я купил на вокзале справочник, «Весь Шантарск», — охотно пояснил Евтеев. — Выписал вот… Вы уж простите великодушно, но я к вам заглянул в первую очередь оттого, что вы расположены ближе всех к вокзалу. До остальных шагать и шагать…
Смолин ухмыльнулся:
— Я смотрю, вас на кривой кобыле не объедешь…
— Да вроде бы есть немножко, — сказал провинциальный интеллигент с чем-то вроде скромной гордости. — Понимаете, Василий Яковлевич, если мы — глухая провинция, это ж не означает автоматически, будто мы глупые. Мы просто-напросто от цивилизации подальше, городок поменьше, да и деньги крутятся, по шантарским меркам, мизерные. Но это ж ещё не значит, что мы свою выгоду усмотреть не умеем. Соображаем кое-что… Благо всё ж не деревня, а старинный город, хоть и в упадок пришедший… Ну так как же, по рукам? Если не сойдёмся, у меня ещё четыре варианта, где-то да должно повезти…
— Вы так уверены, что с вами там будут заключать… подобную сделку? — небрежно спросил Смолин.
— Да, в общем… Немножко наслышаны о ваших антикварных делах. Наши у вас бывают, ваши у нас…
— А поконкретнее?
— Сорока на хвосте носит, — с видом крайней простоты развёл руками Евтеев. — Как оно в провинции и положено…
Теперь Смолин не сомневался, что имеет дело отнюдь не с пролетарием от сохи. С кем-то, самую чуточку сведущим в антикварном бизнесе, этот замухрышка положительно общался, грамотно говоря, явно провёл некоторые маркетинговые исследования.
Как бы небрежно Евтеев добавил:
— Это, так сказать, образцы. Если у нас с вами всё получится, очень быстро можно будет дела продолжить…
Вот теперь Смолин совершенно точно знал, что отпускать клиента никак нельзя. Прежде он не слыхивал о Предивинске как о месте, где копают, но, если вещички не из какого-нибудь музея вынесенные, то, значит, и там всё обстоит согласно старому шлягеру: ходы кривые роет подземный умный крот… А почему бы и нет, собственно? Если есть понимающие люди, если им очень захотелось денег… В тех местах и в самом деле можно рассчитывать на нехилые залежи нетронутого скифья, да и более поздних цивилизаций…