Антираспад
Шрифт:
Профессор Чайдем и еще десять человек были настоящими археологами. Мартин пытался отговорить их от участия в экскурсии из лучших побуждений. Ученые так и не поняли, в какую переделку чуть не влипли: если бы началась битва за зонд, никому бы не поздоровилось. К счастью, все обошлось, пострадавших не было (кроме губернатора — тот время от времени потирал свою шишку и делал вид, что ничего не случилось).
Теперь Мартин точно знал, кто его конкуренты: десять мужчин и шесть женщин… Еще бы угадать среди них раглоссианского эмиссара!.. Пять лет назад Мартин побывал на Раглоссе. Ее обитатели не любили пускать к себе чужаков, и он добился разрешения с большим трудом.
Вернувшись в «Бескан», археологи набросились на деликатесы. Губернатор устроился рядом с Карен Мьян и долго рассказывал ей о своей нелегкой самоотверженной деятельности, перемежая драматичные истории (например, о том, как горела больница в центре Венеды и как он лично руководил спасательными работами) забавными анекдотами из жизни своих подчиненных. Потом, решив, что пора, спросил:
— Карен, как вы отнесетесь к идее совместного ужина сегодня вечером? В домашнем кругу, с моей сестрой и дочерью… Вы не смогли увидеть воочию Малую Императорскую Резиденцию, но Большая Губернаторская Резиденция вам понравится, я уверен! — Он усмехнулся своей шутке и уставился сбоку на ее точеный профиль, ожидая ответа.
— Меня эта идея не привлекает, — равнодушно бросила Карен.
— Ну, быть может, до вечера вы успеете передумать? — Он постарался подавить злость (эта самоуверенная дура хоть понимает, что ее пригласил не кто-нибудь, а губернатор?!). — Времени много, все веселятся…
Чтобы скрыть свое бешенство, губернатор встал и прошелся по залу… Похоже, что угощение всем понравилось. Профессор Чайдем и его группа до сих пор ворчали по поводу «безответственности местных властей», но налегали на яства и напитки наравне с остальными. Секретарь с электронным блокнотом на коленях скромно сидел у края стола. В углу, на диванчике под голубой алзонской пальмой, расположилась девушка-археолог с бокалом темно-красной ликилы. Она то смотрела с сомнением и опаской на вино, то оглядывала зал; на ее скуластом лице с тонкими губами, острым носом и возбужденно блестящими темными глазами застыло настороженно-хмурое выражение.
— Это прекрасная ликила столетней выдержки, — присев рядом, мягко сказал губернатор. — Обязательно попробуйте!
Девушка еще больше нахмурилась, стиснула свой бокал так, что костяшки пальцев побелели, — и залпом выпила. «Ого! — подумал губернатор. — Археологи — крепкий народ…» Он впервые видел, чтобы ликилу пили таким образом!
— Странное ощущение… — помотала головой девушка. — Значит, вот что с тобой бывает, когда попробуешь алкогольный напиток… — Ее язык слегка заплетался. — Я столько всего употребила за один обед…
— Как
— Ксакан Смирл… Тьфу ты, Бригитта Набиани! Какая разница — Ксакан или Бригитта…
Ну вот — ликила ударила в голову, и теперь она не может вспомнить, как ее зовут!.. Губернатор жестом подозвал секретаря и шепотом приказал:
— Посмотри у себя, кто это?
Пока секретарь колдовал с электронным блокнотом, он спросил:
— Как вам понравился ваш номер в «Бескане»?
— Р-роскошь… Много роскоши… — Она говорила с такой интонацией, словно была недовольна. — За десятерых… А с душем тут будет порядок? Есть эгоистичные стервы… Вон та, посмотрите! — Ксакан-Бригитта показала пальцем на Карен, и губернатор искренне согласился с ее оценкой. — Они запираются в общественном душе, как будто он — их собственность! За этим надо следить! Чтоб не ущемлялись равные права всех…
— Ну что вы, какой общественный душ? — рассмеялся губернатор. — Видимо, вы еще не осмотрели хорошенько свой номер. В каждом номере есть ванная комната с душем и отдельный туалет. Мы постарались, ради наших дорогих гостей!
— Бригитта Набиани с Цимлы, археолог, — шепнул сбоку секретарь.
— Ванная?.. В каждом номере?.. — Девушка глядела на губернатора в упор и потрясенно моргала.
— Конечно. И все краны позолоченные — вам понравится, дорогая Бригитта! Все-таки вас зовут Бригитта, а не Ксакан.
— Позолоченные краны? — Бригитта состроила пьяную гримасу. — Тьфу, как можно докатиться…
Ну и придира! Очевидно, у нее дома водопроводные краны делают из благородных металлов. Если и у остальных туристов такие же запросы!.. Губернатор был слегка озадачен.
— Вы все тут ужасно живете. Потребляете… Странно, что у вас еда такая разная! А душ должен быть общим, и туалет тоже… Я не-на-ви-жу позолоченные краны, я с ними не смирюсь!
— У нас просто нет возможности делать сантехнику из чистого золота, — попытался утихомирить ее губернатор. — Но качество соответствует лучшим межзвездным стандартам, можете не сомневаться!
Бригитта угрюмо поглядела на него, икнула и отвернулась. Несколько растерянный, губернатор поднялся и обнаружил, что его место рядом с Карен успел занять Паад.
— …На Слаке я побывала с экспедицией… — Карен улыбалась Пааду (в то время как при разговоре с губернатором с ее лица не сходило выражение скуки). — …Три года назад.
— С научной экспедицией? — уточнил почему-то Паад.
— Разумеется.
— Вы видели Оклорогел?
— Только на снимках. Мы работали в другом районе.
— А я там был дважды. С научной экспедицией, как и вы. — Тут он почему-то ухмыльнулся. — Один раз — в самом пекле, в тропиках. Оклорогел, эта пурпурная пирамида на фоне оранжевого неба, производит гнетущее впечатление. Ее надо увидеть своими глазами, снимки полного представления не дают. На Слаке я в первый же день обгорел.
— А я — во второй.
— Ну, я еще на Янде заметил, что вы хорошо переносите жару, — подмигнул Паад.
Губернатор скрипнул зубами: черт знает что! Карен Мьян — его женщина, он положил на нее глаз, и вдруг к ней лезет какой-то развязный тип… Надо его осадить!
— Кто такой этот Паад? — проворчал он, обращаясь к секретарю.
— Мартин Паад с Лидоны, — раскрыв электронный блокнот, отозвался тот. — Известный авантюрист…
— Авантюрист?.. Жулик, значит? — Губернатор обрадовался: он прикажет арестовать мерзавца, лишь бы нашелся повод.