Апокалипсис

Васильева Анжелика

Поначалу я несколько растерялась, но, взяв себя в руки, продолжила:

— Я призвала новых людей потому, что знаю: многих из вас принуждали к работе здесь. Я же хочу, чтобы только те, кто сам изъявит желание, помогал мне с исследованиями. Остальные могут вернуться к своему ремеслу. Я не буду осуждать ваше решение. Можете уйти сейчас.

Многие горожане и бывшие помощники Сэра Дардиона позволили себе встать. Кланяясь и шепча слова благодарности, они покинули комнату.

Провожая их взглядом, я продолжила:

—

Первым делом я хочу сказать, что мне нужна «правая рука». Сэру Дардиону, в основном, помогала я. Но сейчас одна я не справлюсь. Также хочу сказать, что любой, у кого возникнут мысли и идеи, которые могут помочь решению нашей проблемы, может в любое время подойти и сказать мне об этом. Без излишних любезностей и неуверенности.

— Но как же, принцесса? — спросила молодая женщина.

— Если дело срочное, нет времени на поклоны, — ответила я.

— Пока мы в лаборатории, мы все равны, — объяснила Карин.

— Спасибо, — сказала ей я.

Около дюжины моих новых помощников понимающе кивнули, но никто из них так ничего не сказал.

— Ну хорошо. Может быть, получится выбрать кого-нибудь позже, — проговорила я, не желая больше продолжать этот разговор. — Сегодня нам нужно изучить мёртвого дедра. Это новый, неизвестный нам вид. Пожалуйста, подготовьте стол и все инструменты. И помогите новичкам освоиться.

Карин осталась со мной в кабинете, а помощники разошлись по поручениям.

— Мне нравится, как ты себя поставила, — сказала девушка. — Без страха они будут лучше думать.

Я молча кивнула. Если люди чего и боялись, так это живых дедров в клетках, а не того, что на них обрушится мой гнев или гнев Сэра Дардиона. А выше нас с учителем в ордене никого и не было.

Через какое-то время рыжая девчушка лет двенадцати оповестила меня о том, что всё подготовлено, и с благоговением подождала, пока я пойду за ней.

— Я не видела тебя на собрании, — сказала я. — Кто-то из моих помощников позвал?

— Да, принцесса, — ответила она. — Моя мама работает у вас в лаборатории с самого начала, и я уже давно хотела помогать вам. Она сказала, что можно.

— Конечно, — улыбнулась я. — Только будь осторожна с жидкостью. Если почувствуешь покалывание на коже, сразу же хорошо вымой водой с лимоном.

— Хорошо, — кивнула она. — Вы так добры.

— Как тебя зовут?

— Понфи. Это сокращение от «Понфелла».

Я мягко улыбнулась и перевела взгляд на бездыханное тело чудовища, которое мужчины аккуратно достали из клетки и уложили на телегу, собираясь вывезти на улицу. Помощницы подали мне халат и косынку, чтобы не запачкать платье и волосы, и расправили свиные кишки, которые использовались как защитные перчатки против жидкости.

Сэру Дардиону удалось выяснить, что животные внутренности лучше всего препятствуют проникновению скверны, и мне даже спрашивать не хотелось,

как он до этого дошёл. Я всегда чувствовала отвращение, надевая их, и этот раз не был исключением. Карин морщила нос, наблюдая за тем, как слуги помогают мне натягивать на руки кишки, и наверняка втайне радовалась, что ей не нужно делать то же самое.

Ножи блестели под ярким полуденным солнцем. Двое ассистентов также возились с внутренностями, но как только я взяла со стола нож, они с готовностью встрепенулись и замерли в ожидании поручений.

— Прошу, Карин, найди писаря, — умоляюще проговорила я, и затем вплотную подошла к столу с мёртвым чудовищем.

Розовая жидкость засохла и переливалась на солнце, как кристаллы соли, по всей шерсти дедра.

— Я готов записывать, принцесса, — произнёс мужчина.

Я обернулась к Карин и благодарно кивнула. Девушка стояла опираясь на деревянную бочку с отваром и с отвращением наблюдала за происходящим.

Разрезав верёвку, которой была замотана пасть дедра, я попыталась определить, что это за животное, но ничего похожего я раньше не видела.

— Изначальный представитель животного мира неизвестен, — начала диктовать я. И убедившись, что слуга записывает, продолжила: — Если судить по его размеру, отсутствию рогов и копыт, это мог быть молодой медведь, но точно сказать уже невозможно.

Я раскрыла пасть чудовища и заглянула внутрь.

— У дедра отсутствуют зубы кроме четырёх клыков. Возможно, они выпали после заражения. Делаю надрез щеки. — Я попросила влажную тряпку и протёрла пасть чудовища изнутри. — Удивительно!

— Что там? — подала голос Карин.

— Слюнные железы предназначены для выделения этой жидкости!

— Но нельзя же столько скверны выделять только ими! — удивилась помощница.

— Продолжаем. Переверните его на спину.

Я взяла нож покрупнее и осторожно надрезала живот дедра. Мои помощники растянули кожу в разные стороны, чтобы она мне не мешала.

— Похоже, печень дедра сильно изъедена какой-то болезнью. — Я задумалась. — Ещё до заражения. Это могло как-то повлиять на его способности. Извлекаю желудок. Мои догадки подтвердились! Вместо желудочного сока он наполнен скверной.

— Поэтому он исторгал её, — произнесла Карин таким голосом, будто её сейчас вырвет.

— Можешь подождать меня внутри, — сказала ей я, но девушка упрямо отказалась.

Мне оставалось лишь отвернуться обратно к столу и продолжить.

— В привратниковой части желудка имеется плёнка. На вид, естественного происхождения.

— Оно запечатало его? — спросил ассистент.

— По-видимому, чтобы не проходило в кишечник. Подтверждена теория о том, что у дедров отсутствует обмен веществ. Они целиком и полностью поддерживаются скверной. Видимо, она просачивается через стенки пищевода и кожу…