Арес
Шрифт:
– Хочу вступить в дружину, господин барон. Прошу назначить бой, чтобы проверить меня.
– Да ты что?! Тебе мало тут досталось?!
– В приказе вашей милости ничего не говорилось о том, что испытания не могут идти подряд. А слово барона крепко, это все знают.
– Ты и на ногах-то не стоишь, Ролт. Какое еще испытание? – Теперь голос Алькерта звучал чуть ли не ласково.
Виктор, кряхтя, поднялся, опираясь на деревянный меч.
– На ногах могу стоять, ваша милость. Прошу назначить испытание.
Барон и сотник Керрет переглянулись. Выражение лиц обоих было еще то. Антипов почти слышал безмолвную речь:
«И
«Как мне уже надоел этот лесоруб, сотник».
«Потащим его к палачу, ваша милость?»
«Что-то ты очень добр к нему, сотник. Если он хочет сдохнуть, то зачем ему мешать?»
– Десятник Рунер примет испытание, – отозвался барон. – Часы готовы?
– Да, господин, – ответил воин, стоящий рядом с ними.
– Тогда начинайте.
Виктор увидел, как на лице Рунера расцвела торжествующая усмешка. Уж теперь-то он добьет наглеца, осмелившегося опрокинуть его за землю.
Антипов стоял, выставив вперед меч. Не самое удачное положение, но выбирать не приходится – быстро перемещаться он больше не мог.
Рунер, осклабившись, демонстративно и несильно ударил по мечу противника, а потом, резко уйдя в сторону, сделал выпад, нацеленный в бок Ролта. И попал. Разумеется, попал, но тело Виктора уже пришло в движение.
Антипов не был намерен позволить себя так легко убить. Оттолкнувшись одной ногой, он прыгнул в сторону десятника. И почти что промахнулся, только в последний момент сумел ухватиться рукой за куртку Рунера. Ухватил, подтянулся и, не обращая внимания на удары, вцепился другой рукой в воротник. Десятник снова рухнул, но на этот раз оказался сверху Ролта. И из этого положения, выронив меч, начал методично бить его по ребрам. Но удары не были очень сильны – Виктор прочно вцепился в тело противника и отпускать его не собирался, даже обхватил руками за торс, чтобы десятник не смог встать.
Рунер вскоре понял, что подобная борьба не приносит существенных результатов. Резко разогнувшись для замаха, он ударил лбом по голове лесоруба, а когда тот слегка обмяк, выскользнул из объятий, пнул лежащее тело, схватил меч и нанес несколько сильных ударов сверху, не опасаясь, что этот бой остановят досрочно. Однако особо разойтись ему все же не дали.
– Время! – сказал сотник Керрет.
– Не засчитано! – сквозь зубы процедил Рунер. Он просто трясся от бешенства. Похоже, щенок до сих пор жив.
Но Виктор был не только жив, он еще и пытался встать. Ему это не удалось даже с помощью меча, поэтому он пополз к ограде, чтобы иметь дополнительную опору.
– Ролта к палачу! – распорядился барон. Двое солдат уже были готовы исполнить приказание, даже подняли лесоруба на ноги, но Антипов, едва шевеля непослушными губами, пробормотал:
– Слово господина барона крепко…
– Что? Что ты сказал? – Алькерт сам подошел поближе, чтобы быть уверенным, что не ослышался.
– Прошу назначить испытание, ваша милость… – Громко говорить у Виктора пока что не получалось. – Чувствую, что смогу стать дружинником. Нужно проверить себя.
– Охренеть, – произнес сотник Керрет.
Лицо барона стало пунцовым. Он решил, что наглый лесоруб просто издевается то ли над ним, то ли над всеми присутствующими. Алькерт бросил быстрый взгляд на Рунера и увидел, как тот от нетерпения закусил губу.
– Десятник Рунер примет испытание, – произнес барон свистящим шепотом. –
Что случилось дальше, Виктор помнил смутно. Почти совсем не помнил. Когда его отпустили воины, он оперся спиной на ограду, поднял над головой меч, а потом из последних сил прыгнул на противника, что-то крикнув при этом. Простое и короткое слово, которое не было знакомо никому из присутствующих. Слово из четырех букв, начинающееся на «А». И затем очень скоро его сознание померкло.
Глава 15
Когда Виктор пришел в себя, то обнаружил две вещи. Во-первых, он не чувствовал резкой боли, только какое-то неприятное ощущение медленно разливалось по всему телу, переходя с одного места на другое. А во-вторых, его слегка удивил тот факт, что он лежит в доме лесоруба. Антипов находился на том же самом топчане, на который его положил Кушарь еще в те времена, когда Ролта придавило деревом. Это было совсем недавно, но казалось, что прошла вечность.
Виктор прислушался к своему телу, и то, что он обнаружил, совсем не радовало. Когда организм здоров, его обычно не замечаешь, теперь же беспокоила, ныла каждая клеточка. Бывший студент попробовал пошевелить руками и ногами, но даже это стало практически неподъемной задачей. Конечности двигались слабо, а на напряжение мышц отвечали острой болью. В довершение ко всему Антипова бил озноб и сильно тошнило, а в горле словно стоял ком, который невозможно проглотить.
– Смотри-ка, он очнулся, – раздался знакомый голос.
Виктор с трудом слегка повернул голову и увидел Нартела и Кушаря. Они оба находились около стола и смотрели на него. Слабый луч солнца падал на мутную пленку окна и казался Антипову нестерпимым сиянием.
– Неизвестно только, надолго ли, – ответил менестрель. – Ты меня слышишь, Ролт?
– Слышу, – прошептал Антипов.
– После всего случившегося может говорить, надо же. Хотя лекарь предупреждал, что он придет в себя.
– Что со мной? – отозвался Виктор, пытаясь определить причину мрачного тона собеседника. Он вроде бы в сознании – значит, выжил. Радоваться нужно.
– Ничего, ты не волнуйся, – быстро ответил менестрель. – Хотя, конечно, жаль, что так получилось.
– Мне сильно досталось?
Кушарь отвернулся. Было видно, что он не может проронить ни слова.
– Порядочно, – ответил Нартел. – Но надо сказать, что ты произвел на всех впечатление. Барон даже остановил схватку досрочно. Видимо, воин в нем взял верх над правителем. У нашего господина всегда так – внутри его словно двое живут: военный и повелитель. Часто побеждает второй, но и первый иногда выходит на свободу. А может… все-таки правитель это был, кто знает? Такое избиение не понравилось нашим воякам. Керрет и Нурия были просто мрачнее тучи. Вот его милость и решил не провоцировать недовольства…
Антипов попытался нахмуриться: он не вполне понимал, о чем так резво болтает менестрель. В голове что-то гудело и трещало.
– Остановил схватку? – прошептал он, хватаясь за ключевые слова.
– Да, Ролт. И это был мудрый поступок. Продолжать не имело смысла. Ты потерял сознание, а Рунер просто избивал почти мертвое тело.
– А наказание? – поинтересовался Виктор. Несмотря на плохое самочувствие, главный вопрос все-таки беспокоил его. – С ним как? Перенесли, что ли?
– Нет, не перенесли, – покачал головой менестрель.