Арес
Шрифт:
– Арес… – начал Антипов, стараясь найти слова, чтобы объяснить произошедшее.
– Кстати, а чего это ты разлегся? – перебил его голос, доносящийся из ниоткуда. – Мужчина в летах таскает тебя, как младенца. И этого человека я хочу сделать воином… Позор! Это певцы, философы и поэты могут себе позволить нежиться в тени. А ты, воин, должен либо сражаться, либо тренировать свое тело. Чтобы в один прекрасный день прийти к ленивому философу или поэту и доказать ему, что он выбрал неправильную профессию.
– Но,
– Умираешь? – удивился тот. – С чего бы это?
– Я сражался… несколько раз… и меня сильно ранили… лекарь сказать, что мне жить осталось всего ничего…
– Сражался с этим типом со сплющенным носом? Ну он так себе боец. Хотя, конечно, на тебя и такого хватит. Потому что тренироваться нужно. Больше и чаще. В тренировках секрет побед!
«Позвольте, – подумал Виктор. – Это что-то новое. Откуда Арес знает, с кем я дрался? Он же не может видеть так далеко. По крайней мере, говорил мне, что не может».
– А откуда ты знаешь, как было дело? – осторожно спросил Антипов. – И… почему так странно говоришь? Разве не заметно, что я умираю?
– Только совсем безответственный человек может загромождать своим трупом это чудесное место, – ответствовал Арес. – Поэтому никаких трупов здесь не будет. Я не позволю. У меня тоже есть чувство прекрасного. Что же до того, что знаю, как все произошло, то да. Знаю! Еще бы мне не знать, откуда поступает энергия. Это, мой друг, как азбука. Бог должен быть в курсе источника своих сил.
– Какая энергия? – Виктор почувствовал, что совсем запутался.
– От поединка. Какая же еще?
– От чьего поединка, Арес?
– От твоего, мой беспамятный друг.
– Но… я ведь проиграл! А ты, насколько понимаю, получаешь силы от побед.
– Ну да. От побед. И еще кое от чего, с ними связанного. И это кое-что даже лучше, чем победы. Хотя и встречается значительно реже. К сожалению.
– От чего? – Антипов только сейчас начал осознавать, что случилось что-то… положительное. Что, возможно, не приведет к его смерти, а даже наоборот…
– Вот скажи, как называется поступок человека, который настолько глуп, что жертвует всем, что у него есть, ради какой-то высокой и благородной цели? Да еще делает это на поле боя… – Воздух рядом с лежащим словно начал сгущаться. В нем появились какие-то мерцающие точки.
– Как называется? – Виктор совсем не был настроен отгадывать загадки. Его интересовал главный вопрос – будет он жить или нет?
– Очень просто. – Точки сгруппировались, оформляясь в какой-то образ. – Подвиг. Обычный подвиг, посвященный мне, скромному богу войны. Вот так-то, мой друг.
Антипов был готов зажмуриться – так непривычно оказалось зрелище, возникшее перед ним. Совсем неподалеку появился полупрозрачный силуэт
Глава 16
Чудеса и обыденные явления нередко очень похожи. Настолько, что их может отличить только наметанный глаз человека, разбирающегося в вопросе. Возьмем простой пример. В доме, который отключен от источника питания за неуплату, вдруг загораются все лампы. Чудо? Да, несомненно, если оценивать происходящее с точки зрения представителя электрической компании. Но, с точки зрения владельца дома, который напрямую подключился к воздушной линии электропередачи, это не будет чудом. Поэтому все необычные явления целиком зависят от наблюдателя, его образованности и осведомленности.
Однако Кушарю было достаточно своего собственного житейского образования, чтобы понять, что он является свидетелем чего-то странного. Когда мужчина явился на полянку, переживая о том, увидит ли своего сына живым, то обнаружил Ролта не только в сознании, но и стоящего в полный рост и сжимающего в руках толстый сук дерева. Юноша выглядел здоровым и полным сил.
Кушарь был потрясен до глубины души. И естественно, первая его мысль касалась сомнений в собственном рассудке.
– Ролт, ты ли это?! – воскликнул он, протягивая руки к сыну. – Или мне все чудится? Почему ты стоишь? Разве можешь стоять?!
Виктор обернулся к собеседнику, отрывая внимательный взгляд от своей ноши.
– Прости, отец, что невольно напугал тебя, – ответил он. – Но это действительно я. И со мной сейчас в порядке… похоже на то.
– Но… как это может быть? – Кушарь нерешительно шагнул к сыну, губы его дрожали.
– Да я это, я. Вот, можешь потрогать… – Антипов протянул лесорубу руку, но не сумел справиться с деревом, отчего то выскользнуло и, ударив его по ноге, откатилось прочь.
Виктор стоически перенес боль. Удар бревном был такой мелочью по сравнению со всем остальным.
– Но… что случилось? – Кушарь был по-прежнему поражен. Он подошел к Ролту, стоящему на одной ноге и сжимающему обеими руками другую нижнюю конечность, и крепко взял его за плечо. Ошибки не было – перед ним был действительно его сын. Не в силах сдержать своих чувств, лесоруб обнял Ролта.
– Понимаешь, отец, – задыхаясь в крепких объятиях, начал объяснения Виктор, – я выздоровел совсем внезапно. Вот сразу после того, как ты ушел…
– Такого ведь не бывает! – Кушарь отодвинулся, чтобы еще раз посмотреть на сына.