Архимаг

Сальваторе Роберт Энтони

Он понял, что теперь стал не единственным, выполнявшим роль наводчика. Другие дворфы также подхватили факелы. В дальнем конце пещеры он услышал крик:

– Второй южный карман!

И, спустя несколько ударов сердца, похожий разрушительный шквал ударил из южных вышек.

– Отлично сработано, король Коннерад, - пробормотал себе под нос Ортео Спайкс, по-настоящему довольный тем, что молодой дворф так хорошо организовал эту защиту. Он находился в блаженном неведении того, что в этот самый момент король Коннерад Браунавил рассечен пополам клешнями глабрезу, очень похожего на тех, что

недавно уничтожил Ортео.

Он снова бросился дальше, но звук рога заставил его остановиться.

Оглянувшись на мост, дворф приободрился. Из тронной залы вышла остальная часть Адбарских сил. Теперь более тысячи боевых дворфов маршировали на дальней стороне пруда, и больше ни единый зверь не смог вылезти из воды.

И Адбарцы миновали мост, клин дворфской ярости, дворфской силы и дворфской стали.

А на этой стороне, парни Мирабара выступили в пещеру из внешних туннелей. Залпы артиллерии поддерживали дворфские построения, которые объединялись в более сильные отряды и непреодолимо шагали к пруду. Почти триста Мирабарцев и Адбарцев могли умереть в этот день в превратной пещере. Но этого не произошло.

Когда вода снова замерла, Ортео Спайкс, Грозовой Найджел и все остальные оглядели поле боя. Они поняли, что Комрат на фо Астер, Битва за Пещеру, подошла к своему славному и победному концу.

Глава 20

Комрат Эн Тачлад.

Бренор и Эмерус стояли у прохода каменной двери, которую маги назвали порталом, соединяющим земли дворфов. Короли снова и снова пробегали пальцами вдоль древней кладки, кивая головами, словно могли почувствовать вибрацию камней — а, быть может, они действительно могли ощутить её, как поняли Кэтти-бри и остальные. С тех пор, как они взошли на трон Дворфских Богов, эта двоица и Коннерад, казалось, понимали это место так, как никогда не мог надеяться понять его любой не-дворф.

– Куда он ведет?
– спросил Эмерус, чей скрипучий голос был полон удивления и благоговения.

– Они говорят — в другое дворфское королевство. И мне кажется, они не ошибаются, - заметил Бренор, а затем хитро добавил.
– Если наши предки решали, куда направить портал, мне кажется, они не могли бы найти места лучше Митрил-Халла, а?

– Да, - парировал Эмерус.
– Эта дыра была бы отличной точкой сбора для дворфов, направляющихся в Цитадель Фелбарр.

Двое королей ухмыльнулись друг другу, радуясь своей беспечности. Бренор действительно нуждался в этой поддержке, особенно теперь, когда его самый близкий друг лежал без сознания в главном комплексе.

Амбергрис и Атрогейт позади них начали выть и смеяться, привлекая любопытные взгляды Рваного Дайна, Кулак и Фурии, а, вместе с тем, и двух королей.

Мимо пристально наблюдавших дворфов, покачивая головой, проследовала Кэтти-бри. Пенелопа и Киппер шли рядом с ней.

– Итак. Если мы желаем проверить его работу — как нам узнать, куда он ведет?
– спросил их

Эмерус.
– Мы можем оказаться где угодно. Я не знаю никаких иных дворфских крепостей, столь же старых, как Гаунтлгрим. Но предполагаю, что этот портал создавался в ранние годы цитадели.

– Держу пари, они открыли его сразу после того, как создали Великую Кузню, - согласилась Кэтти-бри.
– Может быть, он открывался в Глубоководье — или в любой иной город, существовавший в дни становления Гаунтлгрима. Легкий торговый путь.

– Нет, - настаивал Киппер Харпелл.
– Портал ведет в другой дворфской комплекс, скорее всего, в шахту неподалеку от комплекса. И это не легкодоступное место. И, разумеется, мы не попадем ни в один из дворфских городов.

– Верно, - сказал Бренор, и Эмерус кивнул, вынужденный признать, что его теория не выдерживает критики. И по сей день дворфы ценили свою кровь — много густых бровей взлетело вверх, когда Бренор назначил Реджиса управляющим Митрил-Халла. Да что там, ахнул даже Эмерус.

Но все-таки, несмотря на очевидную неприязнь к другим расам, судя по историческим текстам обитатели Гаунтлгрима во дни его славы были куда терпимее к остальным.

– Дорогой король Эмерус, если бы тебе дали выбор, куда направить дополнительные врата — ты выбрал бы Глубоководье?
– спросил Киппер.

– Скорее, я направил бы портал прямо на волосатую задницу Морадина!
– отрезал дворф, подводя итог спору.

Эмерус глянул на Бренора, но рыжебородый друг был погружен в осмотр контуров портала. Может быть, он обиделся. А может, просто окунулся в свои мысли. В любом случае, Бренор, казалось, выпал из разговора.

– Погодите, вы сказали, что мы могли бы выбрать местоположение выхода?
– спросил Эмерус, и его мысли закружились, оценивая возможности.

Как здорово может быть соединить Гаунтлгрим с туннелями, лежащими под Серебряными Пустошами. Сделать выход в месте, легкодоступном из всех трех дворфских королевств Севера? Если дворфы смогут свободно путешествовать туда-сюда, все четыре крепости окажутся в большей безопасности, получая совместную армию, которая в любой момент готова будет прийти на помощь.

– Мы даже не знаем, сможем ли заставить работать эту проклятую штуку, - напомнила всем Кэтти-бри.
– Эта магия стара, как огонь Кузни, как сила, удерживающая Предвечного в яме.

– Но это возможно!
– быстро и с энтузиазмом подпрыгнул Киппер.
– Я многие десятилетия изучал подобные вещи, дорогуша. И эти ворота! О, как долго я искал возможность попробо...

Какая-то мощная сила сотрясла туннель. Каменные стены вокруг пронизал странный звонкий стук, прокатываясь к ногам десятки, стоявшей у древних врат.

– Не слишком приятный звук, - заметил Рваный Дайн, подходя ближе к Эмерусу. Он занял оборонительную позицию, чтобы защитить своего друга и короля.

– Пойду, посмотрю, - предложил Атрогейт. Чернобородый дворф рванул обратно к секретной двери комнаты. Амбра неслась следом. Они на мгновение замерли во внешней шахте, оглядываясь по сторонам, но стоило еще одному тяжелому звуку сотрясти туннель — пара двинулась направо.

– Нам нужно закрыть это место, и живо, - предложил Рваный Дайн.