Архимаг
Шрифт:
– Земли, лежащие в пределах моих границ!
– Тогда нам придется перерисовать границы, не сомневайся, - парировал Бренор.
– Гаунтлгрим — дом дворфов, и он вернется клану Делзун. Не смей даже оспаривать наши притязания.
– Это место принадлежит дроу, которые приходят сюда, - добавил Эмерус.
– Что ты сделал, чтобы избавить земли от этой напасти, а, Лорд-протектор?
Закончив, Эмерус сел на место. Он дернул Бренора за рукав, заставляя того тоже опуститься на стул. Напротив них лорд Неверембер облокотился на стол, приняв агрессивную позу.
– Вы хотите вернуть Гаунтлгрим дворфам, - сказал он.
– Да, и знай, что мы будем сражаться с любым, кто захочет встать у нас на пути, - ответил Бренор.
Неверембер ощетинился, но заставил себя расслабиться.
– И вновь разжечь кузни.
– Они уже запущены, - заметил Бренор.
– Но лучше, чтобы они работали для дворфских кузнецов.
Неверембер кивнул, выглядя так, словно начал видеть это предложение в другом свете — без сомнений, найдя выгоду для Невервинтера или, что важнее, для себя лично. Бренор ясно понял это, так как на протяжении всей дороги уделял пристальное внимание всем рассказам о новом Лорде-протекторе Невервинтера. Во время своего короткого пребывания в городе годы назад, Бренор не встречал этого человека. Но даже тогда шепотки весьма последовательно обличали Неверембра в смертных грехах, которые стали так явно видны на этой короткой встрече: гордыня, гнев и, теперь ясно показавшаяся дворфу алчность.
– Мы пришли представить тебе новых соседей, Лорд Неверембер, - сказал Бренор.
– Не стоит в этом сомневаться.
– Те земли у Скалистых гор принадлежат мне, - заметил человек.
– Больше нет, - ответил Бренор.
Сидевшие вокруг лорда-протектора затаили дыхание. Один человек даже хотел облечь свой гнев в слова, но Бренор не дал ему продолжить.
– Гаунтлгрим — земли дворфов, - заявил он, снова вставая.
– Если ты хочешь воевать с нами, тебе стоит сказать об этом сейчас, прежде, чем мы войдем в шахты. У тебя хватит на это смелости?
Неверембер недоверчиво поглядел на дворфа, все еще негодуя и понимая отсутствие выбора. У Невервинтера не было гарнизона, который мог бы противостоять мощной армии Бренора и Эмеруса, стоявшей у порога. Пять тысяч закаленных в боях опытных дворфов, снабженные лучшим оружием и броней. Их обмундирование создано из лучших материалов Митрил-Халла и Цитадели Фелбарр, и с любовью выковано ремесленниками Цитадели Адбар. Эта сила представляла собой грозного противника для любой из армий королевств, особенно в открытом поле, где дисциплина дворфов и их боевые построения могли бы рассеять даже плотные ряды кавалерии.
Разумеется, гарнизон Невервинтера не собирался бросать защиту стен, чтобы атаковать дворфов. Не смотря на угрозы Лорда Неверембра.
Совершенно беззащитный, Лорд-протектор откинулся на спинку стула, поглаживая свою серебряную бороду. На лице его играла улыбка, которая вроде должна была казаться кривой, но Бренор считал её просто жалкой.
– Вы пришли к нам в знак уважения, а теперь сыплете угрозами?
– пришел предсказуемый ответ — ответ человека,
– Мы не угрожаем тому, кто не мешает нам отвоевывать наш дом, - сказал Бренор.
– Неужели ты хочешь видеть на своем пороге дроу и гоблинов больше, чем королевство дворфов? Если так — скажи об этом прямо.
– Я такого не говорил.
– Гаунтлгрим принадлежит Делзуну.
– Земли над ним — мои, - ответил Неверембер.
– Даже если вы успешно отберете себе кусок Подземья, это место, которое вы зовете Гаунтлгримом, земли вашего королевства не протянуться дальше вашего порога.
Бренор усмехнулся, наконец понимая. Жадный лорд Глубоководья хотел получить свою долю. Было ясно, что дворфам нужна торговля, и Неверембер жаждал куска.
– Поговорим в другой день, - сказал Бренор, посылая Неверембру усмешку и кивок, в знак того, что отлично понял происходящее.
– Для начала — мы сходим на войну, чтобы сразиться и победить, а ты не сомневайся, что так и будет.
Прежде, чем лорд Неверембер успел ответить, Бренор кивнул своей свите, и они все вместе поднялись из-за стола. Хитрый старый дворф, казавшийся таким молодым, хотел ясно показать лорду-командующему, что ни он, ни его люди не находятся под властью Неверембра. Потому делегация не собиралась ждать от лорда разрешения уйти, или даже вежливого подведения итогов заседания.
Он не боялся ответных действий Неверембра. Возможно, даже попытки задержать отряд.
Потому что знал, что этот человек никогда не сделает ничего подобного, особенно с королем Эмерусом и Дзиртом — который даже в эти дни оставался популярным в Невервинтере.
Вскоре после этого они без помех покинули город. Генерал Сабина, скачущая на своей сказочной боевой лошади, облаченной в металлические доспехи, и Гражданин Джевелус Гринч на лошадке поменьше, даже проводили их до дворфского лагеря, дружелюбно разговаривая по дороге.
– Лорд Неверембер оказался в трудной ситуации, - говорила им Сабина.
– Этот давно покинутый комплекс, который вы назвали Гаунтлгримом…
– Это Гаунтлгрим, - прервал Бренор.
– Я был тут несколько раз. Сомнений нет.
Генерал Сабина поклонилась, уважая его мнение.
– Гаунтлгрим всегда был занозой для Невервинтера, - объяснила она.
– Из Подземья постоянно лезут монстры. И именно с этой территории, с горы, под которой находится комплекс, некогда пришло извержение вулкана, разрушившее старый город.
Бренор и Дзирт знали правду слишком хорошо. Они знали, что источником извержения был предвечный, зажигавший легендарную Кузню Гаунтлгрима. Дзирт наблюдал за извержением с вершины холма неподалеку.
– Ты пришла рассказать мне, что думает Неверембер?
– спросил Бренор.
– Я видел то, что видел.
– Я надеюсь, ты поймешь, какое расстройство вызвал, и вызовет, ваш приход у тех, кто властвует этим регионом.
– Не только для Лорда Неверембра, - добавил Джевелус Гринч.
– Мне кажется, многие лорды Глубоководья не слишком-то сильно будут рады вам.