Аритмия
Шрифт:
Честно, я пребываю в состояния полнейшего шока, ведь никогда не видела вот таких отношений между родителем и ребенком. Столько грязи, колких, ядовитых фраз и взаимных оскорблений… Тяжело поверить в то, что речь идет об отце и сыне. Ума не приложу, как они дошли до такого…
— Зачем ты вышла? Просил ведь не высовываться! — высказывает, демонстрируя свое недовольство.
— Он бы все равно меня обнаружил.
— Сказано было сидеть там. Что не ясно? — напряженно сжимает челюсти.
— Давай-ка
— Не надо, — отказывается, отворачиваясь.
— Надо. Отек уйдет и болеть меньше будет.
— Мне не больно.
Игнорирую его слова и прикладываю к припухшей скуле пачку сливочного масла, обернутую в вафельное полотенце.
— Почему ты вечно делаешь по-своему, Даша? — произносит раздраженно.
Я опускаю глаза. Мне нечего на это ответить… Наверное, конкретно в этой ситуации хотелось посмотреть в глаза человеку, столь ненавидящего собственного сына. Плюс перспектива отправиться в обезьянник совсем не прельщала. Мои родители такого поворота уж точно не оценили бы.
— Это ведь… случилось не впервые, да? — рискую спросить, хоть и понимаю, что вопрос слишком личный.
Ян невесело усмехается. Исходя из чего делаю неутешительный вывод: не впервые.
— И все-таки уйти нужно было мне.
— Нет.
Вздыхаю, вспоминая их потасовку. Отец ударил его первым и потребовал, чтобы тот «немедленно вышвырнул меня вон». Ян не поднял руку в ответ… но довольно грубо выставил из квартиры родителя, а не меня.
Наблюдать за этим было по-настоящему страшно. До сих пор произошедшее не укладывается в голове.
— Я не понимаю, как же так?! — восклицаю растерянно. — Вы ведь друг для друга — самые родные люди.
— И родные в одночасье могут стать чужими, — равнодушно пожимает плечом.
— Мне показалось, что он тебя ненавидит, — признаюсь я честно.
— Не показалось. Но это взаимно, так что мне глубоко плевать, — ухмыляется, убирая мою руку от лица.
— Разве горе не сближает? — шепчу тихо.
— Как видишь, не всегда.
— Сложилось впечатление, будто он винит тебя в случившемся. Что тогда произошло, Ян? Почему он так относится к тебе?
— Ты задаешь слишком много вопросов. Тебя не должны волновать проблемы моей семьи, — отзывается холодно, метнув в меня острый взгляд.
Сперва открываю рот, но затем, передумав, закрываю. Понимаю, что он просто не хочет говорить на эту тему, потому и грубит, но все равно становится неприятно. Неужели так сложно быть со мной более открытым? Хотя бы на чуть-чуть…
— Не вздумай болтать об этом в школе, поняла?
Ну надо же… Снова говорит мне эти слова.
Прищуриваюсь.
Да за кого он вообще меня принимает?
— А если нет? Вывезешь
Вскидывает бровь.
— Тебе о доверии хоть что-нибудь известно, Ян?
Разочарованно вздыхаю. Возвращаю масло в холодильник, выхожу из кухни и направляюсь в сторону ванной комнаты.
— Куда собралась? — раздается за спиной.
Подсвечивая телефоном пространство вокруг себя, поднимаю с пола свои вещи.
— Мне давно уже пора домой.
— Тебя там никто не ждет. Ты сама сказала, что родители в отъезде.
— И что с того? Я должна позаботиться о брате.
— Ему не пять лет, к тому же, он у друзей.
— Я всегда ночую дома, Ян, — привожу весомый аргумент.
— Сегодня ты останешься со мной, — заявляет безапелляционно.
Мои щеки тут же вспыхивают и начинают неистово гореть.
— Не останусь. Не мог бы ты, пожалуйста, выйти? Мне нужно переодеться, — прошу предельно вежливо.
Не двигается с места. По-прежнему стоит в дверях.
— Ян…
— И почему нет? — интересуется недовольно.
Очень странный вопрос. И такой… жутко неудобный.
— Потому что, — бормочу смущенно.
— Отличная формулировка, Арсеньева…
Делает шаг навстречу и резким движением выдергивает из моих рук вещи, которые я все это время прижимала к себе.
— Ян… я… — отступаю назад и упираюсь спиной в холодную плитку.
— Боишься меня? — наступает, наклоняясь ближе к моему лицу.
— Неет.
Я боюсь не тебя. Я боюсь того, что между нами происходит. Потому что совершенно не могу это контролировать.
— Тогда в чем проблема?
Его ладони ложатся на мою шею. Большой палец оглаживает горло, и я непроизвольно сглатываю.
Проблема в том, что для меня сейчас все слишком.
Слишком стремительно. Слишком по-взрослому.
Этот парень даже не подозревает, что творится у меня внутри. Там же целый ураган чувств и короткое замыкание от каждого прикосновения: умелого и решительного.
Клянусь, никогда не думала, что буду испытывать к кому-то такое острое и мучительное притяжение. Я совершенно не была к этому готова.
— Зря ты надела эту рубашку…
Пустившееся вскачь сердце окончательно сбивается с ритма, ведь я начинаю панически нервничать.
— Весь вечер только и думал о том, как сниму ее с тебя.
Горячий шепот на ухо. И я закрываю глаза, даже несмотря на то, что здесь темно.
— Да-ша…
Мелкие волоски на теле встают дыбом. Вдоль спины бегут сумасшедшие мурашки.
Ловлю себя на мысли, что мне до невозможного нравится это его «Да-ша». Ведь мое имя так красиво звучит его голосом. Так волнующе…