Арт
Шрифт:
— Скажи, Бонкр, а почему Арт выглядит так неброско? Что он делает в столице в таком виде?
— Если бы я знал. Чудной он, Арт. Но лучшего генерала я не встречал. Наш легион не проиграл ни одного сражения под его командованием. Чувствую, в столице назревают большие перемены.
Через сутки новость о том, что в городе появился Арт, разнеслась по всей столице, заставив ее зашуметь, как разворошенный улей.
Арт был одним из самых удивительных людей королевства. В свое время дослужившимся от рядового до генерала и командира легиона. Он был
2
Солнце клонилось за горизонт. Цикады оглашали окрестности продолжительными трелями, хорошо слышимыми на окраине столицы. В центре такой тишины не бывает. Там город не засыпает полностью, жизнь лишь снижает темп, как огромный корабельный двигатель, переходящий на холостые обороты. Тишина не доползает до центра большого города. Иное дело окраины. Поздно вечером здесь наступает относительная тишина, нарушаемая лишь пением птиц да стрекотом цикад. Хорошо.
— Эр Арт, желаете еще чаю?
Арт обернулся навстречу подошедшему хозяину дома и доброжелательно улыбнулся.
— Лодик, сколько раз я просил, не называй меня эр. В твоем саду замечательно дышится, и чай ты завариваешь замечательный.
— Спасибо. Все, что мне остается, это пить чай и слушать пение цикад по вечерам.
— Это не так плохо. Ты не находишь?
Лодик неопределенно пожал плечами, что можно было понять и как согласие и как нежелание спорить.
— Вот скажи мне, как ты умудряешься оставаться в курсе самых последних новостей, если слушаешь лишь пение цикад?
Арт прищурился, хитро улыбаясь, и Лодик рассмеялся, поняв что его нехитрая игра для гостя не секрет. Впрочем, он и не делал секрета из своей осведомленности о последних столичных новостях.
— Слухами земля полнится.
— И что нового слышно?
— Тайная стража перевернула полгорода. Ищут какого-то самозванца, — Лодик вдруг стал необычно серьезен. — Арт, ты был неосторожен. О твоем возвращении в столицу говорят уже несколько дней.
— Пустое, дружище. Людям нужны темы для разговора. Ты уверен, что ищут именно меня?
— Вот, — хозяин дома протянул своему гостю выполненный на скорую руку, но вполне узнаваемый портрет. — Если сомневаешься в сходстве, посмотри в зеркало.
— А что, — Арт отодвинул портрет на вытянутые руки, внимательно рассматривая его, — в тайной страже неплохие художники.
— Сыщики там тоже неплохие.
— Если ты хочешь, я съеду прямо сегодня, — предложил гость.
— За кого ты меня принимаешь?! Я беспокоюсь о тебе.
— А твоя племянница?
— Тайда? Сегодня же я отправлю ее к родственникам в провинцию.
Арт с сомнением покачал головой. Хотя отослать Тайду в провинцию, было хорошей идеей. Ее жгучие взоры и томные вздохи не оставались для
Увы, ее взгляды не трогали его чувства. Поселившаяся в душе тоска, лишь приглушенная со временем не оставляла места для любви. Заводить же интрижку с племянницей своего старого друга, Арт считал недостойным.
— Так что там с поисками? — вернулся Арт к интересующей его теме.
— Объявлено, что разыскивают самозванца, выдающего себя за прославленного генерала.
— Самозванца? — Улыбка Арта была горькой. — Это определенно про меня.
— Брось, Арт! Уж я-то знаю, если кто и имел право стать маршалом, так это ты!
— Право? Что есть право, старина? У правящего дома на это были совсем другие взгляды.
— Я тебе говорил и повторю еще раз. Лионелла не причастна к тому покушению.
Арт с сомнением покачал головой: «Не знаю, старина, не знаю. Все выглядело именно так».
— Я тебя уверяю, это проделки канцлера.
— А Лионелла? Скажешь она совсем не при чем?
— Лионелла — глупая девчонка.
Арт улыбнулся чуть более весело.
— Как же так, уважаемый Лодик? Где твои верноподданнические чувства?
— Чувства при мне. Вот только с подданством творится Сэт знает что. Не получить бы нам новую династию.
— Даже так?
— Канцлер сейчас в большой силе. Лионелла, наоборот, теряет свое влияние.
— Как? Неужели гвардия может перейти на сторону канцлера? — удивился гость.
— Гвардия хочет получать жалование, а канцлер сосредотачивает денежные потоки в своих руках. Части, состоящие из людей, лично преданных Лионелле, постепенно расформировываются.
— А маршал Фонтен?
— Старик здорово сдал за последнее время. Арт, может, ты вернешься? Я имею в виду официально.
— Ты же слышал, я объявлен самозванцем.
— Для канцлера, но не для тысяч легионеров, которые тебя знали.
Арт погрузился в глубокие раздумья. Лодик старался ему не мешать. Он безмерно уважал своего более молодого товарища. Молодого по физическому облику. Иногда Лодику казалось, что его друг намного старше его самого.
— Ты уверен, что это необходимо?
— Лионелле требуется поддержка. Если это что-то для тебя значит.
— Что значим мы для нее? — Арт хотел бы сказать «я», но предпочел высказаться более размыто.
— Кто знает…
— В последнем нашем разговоре Лионелла дала понять, что мы с ней далеко не ровня. Далеко.
— Ты хотел сравняться с королевским родом? — Лодик прищурился.
— Кто измеряет равенство? У кого в руках эта рулетка? Ты меня знаешь, Лодик, амбиции не для меня. Хотел ли я сравняться с королевским родом? Нет. Я никогда не стремился на вершину. Я и в генералы то подался потому, что был нужен людям, которые в меня поверили. Что до меня, то сейчас я себя чувствую ничуть не хуже, чем тогда, когда был генералом. Даже лучше. Тогда я не мог рассчитывать на такой чай.