Ашерон
Шрифт:
— Ты подхватишь простуду, лежа здесь.
— Мне все равно. Я лучше буду болеть, чем слышать этот громкий крик.
Отчаявшись помочь ему, я передвинулась поближе к его голове и села, скрестив ноги, а потом положила его голову себе на колени.
— Так лучше?
Он кивнул, затем сплел свои пальцы с моими и положил мою руку себе на сердце. Он коротко охнул, и я поняла, что его голова все еще болит нещадно. Мы не проронили ни слова, пока он лежал с моей рукой у него на груди. Мои ноги затекли, но я не обращала на это внимания. Нас так долго не было дома, что Петра пришла проведать меня. Она была также изумлена расположением Ашерона, как и я, но тем не менее беспрекословно оставила нас одних и принесла еды и вина.
У
— Ты в порядке? — с тревогой спросила я.
Немножко мутит от голосов, но они уже не так слышны.
Он положил мне свою руку на плечи, и вместе мы вернулись в его комнату.
Я сказала Петре, чтобы она приготовила ему горячую ванну, а сама тем временем укутала его в полотенце. Он все еще был бледен, и его черты резко выделялись на этом фоне. Майя вбежала в комнату с двумя стаканами теплого молока.
— Я беспокоилась о тебе, Ашерон, — укорила его она.
— Мне очень жаль. Я не хотел тебя обидеть.
— Тебе лучше?
Он кивнул.
— Майя, — сказала Петра из дверей, — иди уже, Ашерону нужно принять ванну в спокойствии.
— Я положила немного сахара в молоко, — доложила Майя, прежде, чем последовать за матерью, — надеюсь, ты скоро будешь в порядке.
Очарованная ее действиями, я пошла за ней.
— Рисса?
Я остановилась в дверях и посмотрела на Ашерона, который до сих пор кутался в полотенце.
— Да?
— Спасибо за то, что волновалась обо мне и что была со мной сегодня. А теперь иди и переоденься, пока ты не подхватила лихорадку.
— Да, сэр, — сказала я с улыбкой. Я вышла и, прежде, чем пойти в комнату, попыталась закрыть дверь. У меня не получилось, и тогда я хлопнула ею. Когда я так сделала, произошла странная вещь. Я услышала неуловимый шепот ветра.
— Аппостолос.
Нахмурившись, я огляделась, но никого не увидела. Откуда шел этот голос? Более того, я никого не знала по имени Аппостолос. Я потрясла головой. Теперь я слышу голос Ашерона. Все это было очень странно. И даже, когда я отогнала эти мысли от себя, часть меня все еще была заинтригована. Больше всего я хотела бы знать, угрожает ли еще что-нибудь моему брату. Это покажет время.
Глава 16
23 июня,9530 г. до н. э.
В конце концов, весточка пришла. Королева Кизы согласилась принять Ашерона. Посланник прибыл вчера с вестью о том, что Бораксис уже на пути к нам, чтобы сопровождать Ашерона в безопасное место. Он должен был прибыть в ближайшие три дня. Окрыленная этим, я планировала сказать об этом Ашерону сегодня вечером во время празднования его дня рождения. Мой брат скоро будет в безопасности навсегда.
К счастью, мы провели весь день в саду. Честно говоря, мы провели только утро там, смеясь и разбрасывая драгоценнейшие фрукты. Сад был просто прекрасным, таким умиротворяющим. Кроны деревьев были ослепительно зеленого цвета, а наливные золотые яблочки так и манили попробовать их на вкус. Даже старая каменная стена была украшена цветущими лианами. Понятно, почему Ашерон предпочитал это место всем остальным во дворце. Летний воздух был свежим и теплым. Я могла часами наблюдать, как Ашерон наслаждается простейшими вещами: ощущением солнца на его коже, травой под его босыми ногами. Конечно, его прежняя жизнь была далека от идеала. Как бы я хотела подарить ему другую, лучшую жизнь, в которой люди не обижали бы его, в которой видели бы всю красоту и ранимость его души. Я наблюдала, как он срывал яблоки, и была поражена тем, как он изменился за последние месяцы. Впервые, я видела в нем семнадцатилетнего мальчишку, а не униженного и использованного старика. Он научился доверять мне, тому факту, что здесь он был в безопасности,
О, каждый раз, когда я думаю о его жизни в Атлантиде, я чувствую нестерпимую боль. Как мог наш дядя так с ним обращаться? Даже сейчас я вижу Ашерона в цепях, вижу ту дикую пустоту, которая была в его глазах, когда он впервые увидел меня и еще не знал, кто я такая. И не знал, кто он такой. Я подводила его ранее, но я буду стараться не подвести его еще раз. Здесь он узнал, что такое мир и счастье. Я сделаю все возможное, чтобы оградить его от мира, который его не понимает и обижает.
Когда он собирал яблоки, он напомнил мне белку, которая прыгает с ветки на ветку, собирая свои сокровища. Он был таким красивым мальчиком. Сердцем я знала, что они со Стиксом близнецы, но когда я наблюдала за ним, я была ошеломлена их различиями. Ашерон двигался гораздо более грациозно, свободно. Он был стройнее, его волосы были чуточку более золотые, его мускулы более очерченные, а кожа — более мягкая. И эти глаза…
Они были привлекательными и пугающими. Когда он закончил, то принес все собранное и положил кругом передо мной, чтобы я выбрала, какие яблоки я съем в первую очередь. Он всегда был таким внимательным, думал сначала о других, а потом о себе.
— Как ты думаешь, отец скоро приедет навестить нас? — спросил он, лежа на боку и наблюдая за тем, как я ем яблоко. Я почувствовала, что он проверял меня, солгу я ему или нет. Его серебряные умопомрачительные глаза были очень раздражающими, когда он смотрел так настойчиво. Неудивительно, что дядя бил его за то, что Ашерон смотрел на людей. Когда ты находишься под таким испытующим взглядом, ты теряешься и даже пугаешься. Но он не заслужил того, чтобы его били за то, что от него не зависело.
— Я думаю, мы должны совершить путешествие через несколько дней и встретиться с одной королевой.
Он посмотрел вдаль разочарованно, играя со своим яблоком. Желая успокоить и приободрить его, я убрала золотые волосы с его глаз.
— О такой искренней нежности ты говорила? — спросил он сомневающимся голосом, — о такой, когда люди, которые любят, прикасаются к тебе, не прося ничего взамен?
— Да, — ответила я. Он улыбнулся мне открыто и правдиво, как ребенок.
— Мне кажется, мне это по нраву.
Затем я услышала то, отчего мое сердце остановилось. Это были несколько шагов, прошелестевших рядом. Я знала, что не должно быть никаких таких звуков в нашем временном раю. Петра и Майя были заняты по кухне. Муж Петры ушел в город, а все остальные занимались своими делами.
Только один человек мог прийти с кем-то еще. Я знала, что это был отец, так как Ашерон встал, а его лицо переполняла радость. Я закрыла глаза, сгорая от ужаса, и заставила себя встать и повернуться к нему лицом. Его лицо пылало от злобы. Он стоял рядом со старыми каменными колоннами, которые являлись входом в сад, а рядом с ним был Стикс. Кровь у меня застыла в венах. Я хотела сказать Ашерону убегать отсюда и прятаться, но было уже слишком поздно. Они были совсем рядом. Еще бы три дня, и он бы был в безопасности далеко отсюда. Мне хотелось кричать от досады.
— Отец, — тихо сказала я, — почему ты здесь?
— Где ты была? — он крикнул и приблизился, — я искал тебя, пока не догадался приехать сюда.
— Я говорила тебе, что мне нужно время.
— Отец! — взволнованный голос Ашерона резал мне слух. Мальчик видел его впервые с тех пор, как он отослал его. С ужасом я наблюдала, как он бежит поприветствовать отца. В отличие от Ашерона, я знала, какой прием его ожидал. Не разочаровав меня, отец отшвырнул его и смерил презрительной гримасой. Ашерон застыл в смятении и посмотрел на меня за объяснением. Я не могла вымолвить ни слова. Как могла сказать ему, что солгала, только чтобы сделать его жизнь чуточку счастливее?