Астариот

Аранавир

 Момент, когда на поле боя все изменилось, наступил неожиданно. Военное счастье штука непостоянная. Вот мы избиваем беспомощную армию Свельда, а вот небо буквально кипит от огня. Воздух задрожал, открывая взору сотни, тысячи новых противников.

Когда море огня рассеялось, от крыла эофинов осталось лишь несколько сотен лучших магов и воинов. Но на этом избиение не закончилось. Эльфы долго копили себе злость и ненависть и теперь рассчитывались за все поражения разом. Стрелы окутывались холодным светом и рукотворными звездочками пробивали истощённую защиту амулетов, хитроумные боевые заклинания сокрушали ошарашенных магов. Удар из засады

оказался ужасающе эффективен. Но крылатые в который раз доказали, что не зря их считают единственными противниками имперских легионов. Ведущему крыла удалось вывести остатки отряда из под удара. Заслон из десяти магов выдержал под напором эльфийских чародеев минуты три, не больше, но этого хватило.

Покрытый копотью крылатый приземлился прямо передо мной.

 - Эльфы, будь они прокляты Линас! Мы выполним свой долг до конца. Князь, вы должны отступить, в этой ситуации шансы явно не равны,- будто в подтверждение слов эофина, эльфы сокрушили оставленный Ведущим Крыла заслон и обрушили град стрел на мои войска. Напитанные магией длинные древки с легкостью пробивали дрянные щиты и доспехи, по войску будто прошлись косой смерти, собирая обильную жатву.

 Эльфы! Как? Откуда?

 Предаваться самобичеванию было попросту некогда. Честь для эофинов была всем, они держали свое слово. Выжившие в горниле коварного удара эльфов три сотни крылатых поднялись в небо. Воздух вновь вскипел от магии. Не знаю каким чудом, но эофинам удавалось сражаться с ушастыми на равных даже при подобном численном перевесе.

 - Милорд, нужно отступать,- Ксанд, мгновенно позабыв про субординацию, дернул меня за рукав.

 - Да, конечно, отступаем,- немного рассеянно отозвался я.
– Пусть конница откинет Свельда, наверняка они постараются задержать нас.

 Войска Великого Княжества Ниан покатились назад, на Север. Отряды тяжелой кавалерии несколько раз отгоняли наиболее зарвавшихся преследователей, в этом им помогали совсем недавно созданные конные лучники.

 Тем временем эофины спикировали прямо в центр эльфийского построения, элита крыла дорого продавала свои жизни.

 ***

 Я стоял на стенах Кхаша. Месяц, всего месяц прошел с той памятной битвы, которая положила конец моим амбициям. Поддерживаемый эльфами, Свельд начал наступление на север. Иногда мы кровью вырывали победы, но на общем фоне поражений они терялись. Князь действовал планомерно, никуда не спеша. Благодаря разведке ушастых каждый раз в нужном месте оказывалось нужное количество войск. Эофины отказались от дальнейшего сотрудничества, сколько бы раз я не пытался воспользоваться артефактом связи, сфера оставалась безучастна.

 И вот Свельд князь Горотта стоит под моими стенами. Лишь Кхаш оказался верен до самого конца. А то, что это конец, было понятно всем. Свельд привел с собой около десяти тысяч воинов, против которых я мог выставить лишь полторы. Но главной проблемой были не люди. Ушастые разбили свой лагерь отдельно от общего, на самой границе леса. За этот месяц я пропитался к ним нечеловеческой ненавистью.

 Когда-то Кхаш был развалинами. Но я превратил его в настоящую цитадель. Магия...война оказалась жестоким учителем.

 - Милорд, мы готовы,- ко мне подошел Ксанд. Удивительно, но мы с рыцарем выжили во всех битвах. Иногда казалось, что вместе нас не удержит даже ад. Я улыбнулся своим мыслям. Ах, если бы это действительно было так.

 Рыцарь постарел.

Всего за пару месяцев из горящего энтузиазмом юноши он превратился в старика, который сопротивляется лишь по привычке. В победу никто из нас уже давно не верил.

 -Хорошо, Ксанд. Командуй на западной стене, думаю недолго они будут биться в лоб,- воин поклонился и сбежал по ступенькам вниз.

 В лагере противника заиграли атаку. В воздух взмыла туча стрел. Но одного моего небрежного движения было достаточно, чтобы они канули в полотне бесконечного мрака. Я уже не тот мальчишка, который начинал эту войну. Темный плащ уже привычным весом давил на плечи, он не исчезнет уже никогда, меч полыхал полосой черного огня. Я покажу им, как умирает Император.

 Заклинания света ударили в мою защиту и так же отправились в никуда. Я ехидно улыбнулся. Ну что, ушастики, как вам моя новая разработка? Надеюсь нравиться? Один повелительный жест и темная пленка комкается в неровный угловатый шар. Удар! От оглушительного грохота заложило уши. Что, не получилось развеять, ушастики? Еще один повелительный жест отправил очередное заклинание в сторону лагеря эльфов. Вспышка! В самый последний момент я успел заметить сотканного из звёздного света воина.

 - Эх, все-таки успели,- с грустью пробормотал я себе под нос, глядя на целеньких эльфиков, которым полагалось сейчас болтаться где-то между мирами.

 В области магии сражение перешло в стадию холодной войны. Я не торопился тратить силы, лишь легкими воздушными посылами отклоняя стрелы, а маги противника боялись пропустить от меня какую-нибудь гадость и решили положиться на воинов, благо перевес не давал сомневаться в победе.

 Сражение уже кипело со всех сторон, но мы пока держались. Я метался по стене, экономными лоскутами тьмы ликвидируя прорывы. Где-то на западе раздался торжествующий рев. Я оглянулся лишь для того, чтобы увидеть, как Ксанд падает со стены. Во мне что-то перемкнуло. Я мгновенно оказался в самой гуще сражения на западе, телепортация на короткие расстояния оставила после меня лишь потоки темноты. Круговой удар и на стене уже не протолкнуться от трупов, черное пламя рубило лучшую сталь словно масло. Танец клинка и магии. И почему учитель говорил, что это невозможно? Смешно.

 Я стоял рядом с Ксандом. После смерти его лицо покинула печать обреченности, передо мной снова был тот юноша-рыцарь, который спас мне жизнь в Луксаре. Эта война забрала всех, с кем я был знаком в этом мире. Тинара, девочка-лекарка из степей орков, Логейн, Ксюша, Стас, а теперь и Ксанд. Все, кто увидел что-то во мне и доверился, оказались мертвы.

 На северной стене взметнулось знамя одного из князей, судя по всему там удалось закрепиться. Мной овладело отчаяние. Бесконечно холодное, оно забиралось мне в голову и лишало сил. Что я принес в этот мир? Лишь смерть и море крови.

 - Что ты скажешь? Зачем все это,- с непонятной яростью бросил я клинку. Но он промолчал. Он молчал уже давно, став обычной железякой. Видимо я стал тем самым Императором, в которого он так старательно меня превращал. Меч жалобно задребезжал, скатываясь с лестницы. Лучше бы я оставил его там, в Астариоте!

 И тут на стенах показались ушастые. Стоило одному из них мелькнуть своими длинными ушками, как меня охватила дикая ненависть. Это все они виноваты. Плевать, пусть я умру, но они узнают, что такое возмездие. Вытащив из-за пояса кинжал, я с силой полоснул им по своей руке и принялся рисовать на камне узор.