Атака (Крестом и булатом - 2)
Шрифт:
Аналитиков такое положение вещей немного беспокоило - ведь желание начальника Генштаба любыми способами свалить министра обороны оборачивалось для страны потерей стратегического паритета с Западом...
– По нашим данным, у боевиков остались три маршрута переброски оружия, тихим голосом докладывал Сухомлинов, направив красный лучик лазерной указки на крупномасштабную карту Чечни.
– Два на юго-востоке и один на северо-западе. На разных этапах следования караваны попадают под защиту дружественных Хаттабу группировок. Всего их восемь...
– Почему?
– хрипло спросил начальник ГРУ.
– До восьмидесяти процентов оружия идет со стороны федералов. Примерно половина изъятого возвращается назад. Акты уничтожения не соответствуют реальности. Мы проверили по нескольким позициям и во всех случаях обнаружили фальсификации. Мое мнение - следует прекратить списание вооружения на территории самой Чечни и отправлять изъятое в Ставропольский край. Пусть им занимаются специальные подразделения...
Начальник ГРУ задумчиво пошевелил губами. Предложение хорошее, но невыполнимое. Против него выступят и в штабе Объединенной группировки, и в Москве. Слишком большие и быстрые деньги крутятся в этом бизнесе.
– Есть ли иной способ? , - Есть, - встрял Бобровский.
– Приставить к каждой комиссии по списанию нашего человека.
– Этим занимается ФСБ. Подполковник фыркнул. Давнее противостояние ГРУ и контрразведки в последние годы приобрело гротесковые формы. Всесильный монстр по прозвищу "КГБ" был уничтожен, а оставшийся от него огрызок не справлялся даже с элементарными функциями защиты государственной безопасности, инспирируя отлов "монгольских шпионов" и занимаясь расследованием уголовных дел в отношении новых "инакомыслящих".
– Они только и умеют, что "комсомольских активисток" со зрением минус восемь ловить да улики подбрасывать...
– Перехватить их прерогативы вряд ли получится, - спокойно отреагировал его собеседник.
– Тогда тупик, - пожал плечами Бобровский.
– Они сами развели агентуру, снабдили ее нужными документами, а теперь не знают, что делать. Насколько мне известно, наши раза три на Бараева выходили, так "смежники" в последний момент все отменяли...
Начальник ГРУ засопел.
– Этот вопрос не в моей компетенции. Сухомлинов молча развел руками.
– Последнее достижение наших "коллег", - язвительным тоном продолжил Бобровский, отвлекаясь от основной темы разговора, - это арест америкоса за попытку якобы купить чертежи старой торпеды.
– Его фамилия Поуп, - кивнул майор.
– Ага, Поуп. Чистой воды лажа... Этот "Шквал" уже лет двадцать продается на внешнем рынке. А наши специалисты по "глубинному бурению" с гиканьем хватают за руку дурачка-штатовца и пару остолопов-инженеров, что-то там муркующих по поводу двигательной системы. Хотя там все дело в кавитаторе...* Да если б янкесы не жмотились и дали нормально денег, им бы на блюдечке принесли
* Кавитатор - специальное устройство, создающее вокруг движущегося с большой скоростью объекта "воздушную рубашку" и значительно снижающее трение среды.
– Может, вернемся к Чечне?
– предложил Сухомлинов.
– Отчего же, - начальник ГРУ закурил, - Григорий Владимирович дело говорит. Тут ситуация в целом просматривается. И над этим стоит подумать. Контроль над списанием изъятого оружия мы, конечно, не получим, но определенные перспективы можно проработать. В частности - вопрос об усилении наших позиций на освобожденных территориях...
– Уставом не предусмотрено, - буркнул
Бобровский.
– Это как посмотреть, - не согласился начальник ГРУ.
– Ладно, к делу... Что вы можете сообщить о результатах спутниковой съемки?
Майор Сухомлинов открыл очередную папку с красной полосой на корешке.
* * *
Закругленный на конце конус гранаты с шелестом пробил нависающие на веранду ветви кизилового дерева, пронзил тонкую тюлевую занавеску и ударился об пол в углу комнаты. Восемьсот граммов взрывчатки сдетонировали и вышибли метровый кусок центрального столба, поддерживающего остроконечную крышу.
По комнате и по коридору пронесся рой мелких стальных осколков.
Потолочные балки хрустнули, и треть крыши обвалилась внутрь дома, засыпав обломками труп пожилого чеченца, сжавшего в руках древнюю трехлинейную винтовку.
Вслед за выстрелом из гранатомета в окно полетела полупустая канистра с бензином, обмотанная чадящей тряпкой.
Здоровяк Лукашевич проворно откатился под защиту поленницы.
В ауле пылали уже пять домов, позволяя казакам довольно точно ориентироваться на местности.
– Готово!
– крикнул Данила.
Веселовский с Янутом перебежали на десяток метров влево и залегли.
Разогретые бензиновые пары взорвались не хуже ручной гранаты, и пылающее топливо растеклось по вздыбившимся доскам пола и клочьям ковра.
Из-под кузова стоявшего за домом грузовика засверкали яркие вспышки. Пули с противным визгом срикошетили от бетонного поребрика, невесть как оказавшегося посередине двора, и вонзились в землю всего в трех метрах перед ползущим Семеном.
Рядовой огрызнулся короткой очередью и метну лея было под защиту бочки с водой.
Невидимый стрелок пресек попытку Семена и послал пулю точно у того перед носом.
Казак вжался в землю.
Справа из-за поленницы высунулся Данила и расстрелял остаток магазина, стараясь прикрыть рывок Рядового.
Тщетно...
Чеченец ответил меткой очередью, разметавшей верхние ряды штабеля сухих чурбачков. Лукашевич еле успел присесть.
Семен покатился в сторону, преследуемый фонтанчиками земли от вгрызающихся в землю пуль. Он уже почти достиг выбоины возле корней столетнего каштана, как в его икру попал трехграммовый кусочек свинца.