Атлантида
Шрифт:
Дойдя до места, они сразу направились к большому шатру, разбитому в центре палаточного лагеря. Непередаваемое зрелище громады «корабля снегов» ошеломило Питта и Джиордино едва ли не сильнее, чем гигантские суда-ковчеги Вольфов. На фоне десятифутовых колес с чудовищно толстыми шинами люди казались карликами. Кабина водителя, расположенная на высоте шестнадцати футов в верхней части корпуса, почти достигала купола шатра. Сразу за кабиной начиналась крыша фургона – плоская, ровная и оснащенная специальными креплениями для перевозки самолета-разведчика, который так и не доставили в Антарктиду в далеком 1940 году. Целиком выкрашенный в красный цвет, если не считать широкой горизонтальной
Громкие визгливые звуки, слышные еще при приближении к лагерю, издавали бензопилы, с помощью которых двое операторов прорезали дюймовой ширины и глубины насечки в толстенных покрышках. За этим грубым, но действенным способом усиления протекторов внимательно наблюдал седовласый и седобородый старик лет семидесяти. Кэш шагнул вперед и похлопал его по плечу, чтобы привлечь внимание. Старик обернулся, узнал Кэша и жестом предложил всем следовать за собой. Он вывел гостей наружу, привел в соседнюю палатку, в которой размещалась походная кухня с портативной плитой, и предложил рассаживаться на пластиковых стульях вокруг складного металлического стола.
– Здесь потише будет, – пояснил он, приветливо улыбаясь и поочередно разглядывая визитеров добрыми, но с хитринкой зеленовато-голубыми глазами.
– Дирк Питт и Ал Джиордино из Морского агентства, – представил друзей Кэш. – У них важное и срочное правительственное задание, и они очень надеются, что вы им поможете.
– Имя у меня странноватое, поэтому мои ребятишки называют меня Папашей. И вы так же зовите, я не обижусь, – сказал старик, пожимая руки. – Так чем могу служить?
– Мы с вами раньше, случайно, не встречались? – спросил Питт, в свою очередь внимательно изучая морщинистое лицо хозяина.
– Вполне возможно. Где мне только не приходилось бывать!
– Скажите, Папаша, – обратился к нему Питт, сразу переходя к сути дела, – «корабль снегов» сейчас в состоянии достичь Южного полюса?
– Для того его и строили, хотя если бы вы задали этот вопрос лет шестьдесят или даже неделю назад, я бы без колебаний ответил «нет». В ходе испытаний на шоссе и грунтовых дорогах эта машина проявила себя с лучшей стороны, а вот на льду опозорилась. Конфуз случился в первую очередь потому, что покрышки поставили гладкие. Естественно, на скользкой поверхности они буксовали. Другая конструкторская ошибка – неверный расчет коэффициентов передач. Преодолеть в такой машине даже небольшой подъем ничуть не легче, чем вести тягач с груженым трейлером вверх по серпантину Скалистых гор на шестнадцатой передаче. Десять минут такой езды могут запросто запороть двигатель. Мы поменяли все передачи и сделали нарезку на протекторах, так что теперь, думаю, он вполне способен оправдать былые ожидания и добраться до полюса.
– А если «кораблю снегов» встретится слишком широкая трещина, через которую не перевалить обычным способом? – поинтересовался Джиордино.
– Томас Поултер, конструктор и строитель этого вездехода, придумал гениальное новшество. Вы обратили внимание, что колеса размещены близко к середине корпуса, поэтому носовая и кормовая части как бы нависают над ними на двенадцать футов. Колеса можно втягивать вверх до уровня днища кузова. Подъезжая к трещине, водитель поднимает передние колеса. Затем, пользуясь тягой задних колесных пар, передняя секция перебрасывается через трещину. Как только передние колеса оказываются на той стороне, они опускаются обратно и продолжают движение. Задние, дойдя до края, в свою очередь убираются, и таким вот манером машина переползает через
– Но где же вы нашли нужные шестерни к коробке передач, изготовленной по спецзаказу в единственном экземпляре шестьдесят лет назад?
– Вот тут вы заблуждаетесь, мистер Питт. Эта коробка передач была не единственной. Прежде чем отправиться сюда, мы выяснили, в чем проблема, и нашли способ ее решения. Фирма – производитель этих коробок до сих пор на рынке, и у них в дебрях складских помещений обнаружились ящики со старыми запчастями, среди которых, по счастью, оказались и нужные нам шестеренки.
– Вы уже проводили ходовые испытания? – спросил Джиордино.
– Вы как раз вовремя, – усмехнулся Папаша. – Через час мы собираемся вывести «корабль снегов» на лед – впервые с тех пор, как его поставили на прикол в 1940 году, – и посмотреть, на что он годится. – Между прочим, мы едва успели – еще недели две, и кромка ледяного поля, где его откопали, могла отломиться и вместе с машиной уплыть в море.
– А как вы собираетесь вывезти «корабль снегов» в Штаты? – спросил Джиордино.
– Я зафрахтовал небольшое грузовое судно – оно стоит на якоре неподалеку отсюда. Мы своим ходом подгоним машину по льду к воде и по широким сходням заведем на борт.
– Скажите, Папаша, – перешел Питт к главному вопросу, от ответа на который могла зависеть судьба человечества, – если ходовые испытания пройдут успешно, не могли бы мы одолжить ее у вас на день-другой?
Выражение лица Папаши сразу сделалось отчужденным и непроницаемым. Он повернулся к Кэшу:
– Надеюсь, ваш приятель шутит?
Кэш покачал головой:
– Он не шутит. Этим людям позарез нужен транспорт, чтобы добраться до обогатительного комбината в шестидесяти милях отсюда.
Папаша немного оттаял.
– Вообще говоря, я должен бы сразу ответить категорическим отказом. Но из уважения к мистеру Кэшу постараюсь объяснить вам свою позицию. На то, чтобы откопать «корабль снегов», привести в рабочее состояние и переправить в Смитсоновский институт в Вашингтоне, я угрохал триста тысяч долларов. Когда я год назад заводил разговор о восстановлении этой машины, меня поднимали на смех. Мы с моими ребятами вели раскопки в такую погоду, что даже вспоминать и то холодно. Подъем на поверхность такой громады с тридцатифутовой глубины – тоже была адова работенка, но мы справились и чертовски этим гордимся. Теперь вы понимаете, надеюсь, почему я отнюдь не жажду отдавать «корабль снегов» посторонним людям, которых в первый раз вижу, для увеселительной прогулки по антарктическим просторам?
– Поверьте мне, – очень серьезно сказал Питт, – речь идет вовсе не об увеселительной прогулке. Как ни глупо это звучит, мы хотим попытаться предотвратить катастрофу мирового масштаба.
– Я сказал «нет».
Питт и Джиордино переглянулись. Питт выудил из внутреннего кармана своей полярной куртки миниатюрную записную книжку в кожаном переплете и щелчком переправил ее на противоположный конец стола.
– Если не сочтете за труд ознакомиться с содержимым, уважаемый Папаша, – снова заговорил Питт, – то найдете на первой странице несколько телефонных номеров. Они записаны в следующем порядке: Овальный кабинет Белого дома, Объединенный комитет начальников штабов в Пентагоне, генеральный директор НУМА и Комитет по безопасности Конгресса США. Далее следуют номера и имена еще нескольких очень важных персон, которые могут подтвердить достоверность и важность информации, которой я вынужден в сложившейся ситуации поделиться с вами.