Атлантида

Касслер Клайв

– И что же такое секретное и сверхординарное вы собираетесь мне открыть? – недоверчиво хмыкнул Папаша.

* * *

Ровно полтора часа спустя Папаша со своей командой и Фрэнк Кэш, столпившись на границе палаточного лагеря, провожали грустными взглядами большой красный вездеход. Изрыгая в ярко-синее небо клубы черного дыма из выхлопной трубы, он быстро удалялся, плавно покачиваясь на ходу, к ледовому горизонту.

– Хотел бы я знать, как же все-таки зовут Папашу на самом деле? – заметил Питт, сидя, чуть сгорбившись, за штурвалом «корабля снегов».

Он внимательно следил за дорогой, высматривая впереди трещины и торосы.

Джиордино, только что вышедший из штурманской рубки в задней части просторной кабины, стоял у него за спиной, изучая топографическую карту той части ледника Росса, по которой пролегал их предполагаемый маршрут.

– У дедка из кармана торчал конверт, адресованный некоему Клайву Касслеру.

– Имя и вправду не совсем обычное. И у меня такое ощущение, что оно мне знакомо.

– Наплюй и не бери в голову, – равнодушно буркнул итальянец.

– Надеюсь, я не выдал желаемое за действительное, когда пообещал Папаше вернуть его любимый внедорожник в том же состоянии, в каком одолжил.

– Если мы даже чуток и поцарапаем его тачку, адмирал Сэндекер, я думаю, не откажется оплатить счет за ремонтные работы.

– Так ты мне даешь направление или не даешь? – проворчал Питт; его покоробило пренебрежительное отношение напарника к уникальной машине, которую он сам с величайшим удовольствием приобщил бы к своей коллекции.

– А где твое устройство глобальной навигационной спутниковой системы?

– Забыл в спешке переложить, когда переодевались. К тому же ГНС в сороковом году еще не существовало.

– Вон туда езжай, – порекомендовал Джиордино, неопределенно махнув рукой куда-то в пространство. Питт поднял брови:

– И это все, на что ты способен?

– Ни один навигационный прибор, даже самый совершенный, не заменит человеческий глаз, – гордо заявил итальянец.

– А ты не находишь, что твои рассуждения не имеют ничего общего со здравым смыслом?

– Как ты думаешь, скоро доберемся? – спросил Джиордино, пропустив мимо ушей язвительное замечание напарника.

– До залива Окума шестьдесят миль, – начал прикидывать вслух Питт. – Больше двадцати в час из этой древней колымаги не выжать. Если ни на что не напоремся и не придется пускаться в объезд, то часика за три доползем. Очень надеюсь опередить штурмовую группу. Прямая атака может побудить Карла Вольфа ускорить процесс отделения ледника.

– У меня нехорошее предчувствие, что пролезть туда будет посложнее, чем на верфь.

– Сплюнь через плечо и забудь, – посоветовал Питт. – Потому что, если у нас ничего не получится, мы разочаруем очень многих людей.

38

Пылающий лимонно-желтый посреди лазурного небосвода солнечный диск с азартом атаковал заснеженные просторы стрелами слепящих лучей; их интенсивность и яркость многократно усиливались из-за высокой отражающей способности фирна и ледяных полей. По безлюдью промерзшей пустыни, как большой ярко-красный жук по измятой простыне, неторопливо полз «корабль снегов», вздымая за собой облака снежной пыли, окрашенные в легкую синеву выхлопными газами

двух мощных дизелей. Огромные колеса смачно хрустели, вгрызаясь в лед и снег самодельными насечками протекторов. Многотонная махина без видимых усилий пожирала милю за милей, двигаясь с тяжеловесной грацией давно вымершего мастодонта.

Питт удобно расположился в кресле водителя, крепко сжимая обеими руками штурвал, напоминающий рулевое колесо междугородних автобусов, и держа курс на горную гряду – она постепенно вырастала на горизонте прямо по ходу.

Мощные обогреватели поддерживали в кабине вполне комфортную температуру. Единственное, что слегка раздражало Питта, постоянное намерзание инея на всех трех ветровых стеклах из-за несовершенства вентиляционной системы. Хотя Питт вел машину, раздевшись до свитера, верхняя одежда лежала под рукой – на случай непредвиденных обстоятельств, требующих спешной эвакуации. Как бы успокаивающе ни выглядел залитый солнцем ландшафт, каждый, кому довелось хотя бы недолго поработать в условиях полярной зоны, знал, как стремительно солнечная погода может смениться смертоносной круговертью метели, в мгновение ока превращающей ясный день в непроглядную ночь.

Питт гнал «корабль снегов» по неровной поверхности ледника, подстегиваемый острым ощущением надвигающейся катастрофы и стремлением как можно скорее добраться до обогатительного комплекса.

– Можешь уточнить азимут, – окликнул Питт напарника, когда тот вернулся в штурманскую рубку и склонился над развернутой на столике картой ледника Росса.

– Да на кой черт тебе азимут? – отозвался итальянец. – Направь это доисторическое чудовище на самую большую вершину горного хребта прямо по ходу и жми на газ. Ничего сложнее от тебя не требуется. Нет, постой, еще один момент: постарайся, чтобы море все время оставалось по левую руку от тебя.

– Море по левую руку! – саркастически повторил Питт. – Ты что кончал, Ал, – Академию ВВС или курсы бойскаутов?

– Но ты же не хочешь, чтобы мы добирались до места вплавь?

– А вдруг погода испортится и видимости не будет?

– Тебе так нужен этот азимут? – ухмыльнулся Джиордино. – Замечательно! Любой по компасу на твой выбор. У тебя ровно триста шестьдесят вариантов.

– Прости, старина, отвлекся, – устало произнес Питт. – Совсем из башки вылетело, что в здешних местах стрелка компаса указывает только на север. – Он помолчал, потом вдруг обернулся к напарнику, хитро усмехаясь: – Держу пари, ты обожаешь рассказывать маленьким детям на ночь страшные сказки.

– С чего ты взял? – уставился на него Джиордино, пытаясь понять, куда он клонит.

– Шельфовая часть ледника Росса выше на двести футов уровня моря и отвесно уходит в глубь еще на девятьсот. Если мы сверзимся, то, что от нас останется, едва ли куда-то доплывет.

– Ну уел, ничего не скажешь! – расхохотался итальянец. – Выходит, не только у тебя случаются провалы в памяти.

– Кроме того, мы еще рискуем быть унесенными в море – если та часть ледника, по которой мы едем, вдруг отколется. Тогда будем куковать на дрейфующей льдине, пока нас не смоет волной при сдвиге полюсов.