Атомка
Шрифт:
Белланже, заметив Франка, встал, сунул под мышку ноутбук, и они вместе отправились в свободный кабинет. Никола зажег свет, поставил компьютер на стол и, открыв крышку, включил.
— Жандармы из Плёбьяна прислали мне мейлом фотографии местного зала для празднеств. Смотри.
Шарко, ухватившись за спинку стула, уставился на монитор, но почти сразу же ему пришлось сесть: ноги не держали. Снежинки на его седеющих волосах и на плечах его черного плаща еще не растаяли.
— Ты сказал «Плёбьян»? Точно — Плёбьян? Тот, что в Бретани?
— Да, Плёбьян в Бретани. А что,
— Это… это город, где родилась моя жена… Сюзанна…
Теперь Франк смотрел в пол, и длилось это довольно долго. Сколько лет он не произносил названия этого крохотного городка в Кот-д’Армор? На него мгновенно нахлынули странные воспоминания. Запахи гортензий, разогретого сахара, перезрелых яблок… Он увидел, как Сюзанна, смеясь, кружится под кельтскую музыку… Шарко казалось, что это забыто навсегда, но вот поди ж ты — вот оно все, вот оно — отпечатавшееся где-то глубоко в мозгу.
— Это он… — выдохнул комиссар.
Белланже сел напротив подчиненного. Как и все, он знал об ужасном прошлом Шарко, жену которого девять лет назад похитил серийный убийца. Франк, найдя ее, хладнокровно уничтожил преступника, но несчастная молодая женщина от пережитого потеряла рассудок, а в конце 2004 года погибла вместе с маленькой дочкой: их обеих сбила машина на повороте шоссе. Шарко рухнул тогда на дно пропасти и по-настоящему так из нее и не выбрался.
— Кто «он»? — спросил Белланже.
— Убийца Фредерика Юро [19] .
Капитан полиции попытался понять, куда гнет Шарко. Белланже слышал о деле Юро, которым занимался коллега когда-то в другой группе. В 2001 году суд признал, что Фредерик Юро убил своих дочерей, утопил их в ванне, будучи в состоянии невменяемости, потому не может считаться ответственным за свои действия, и после весьма хаотичного процесса его отправили в психиатрическую больницу, где преступник провел девять лет. Расследование тогда вела команда Шарко, и Франк участвовал в задержании.
19
См. роман Франка Тилье «Проект „Феникс“» («ГАТАЦА»).
Некоторое время спустя после того, как Юро выпустили из лечебницы, его продырявленный отверткой труп был найден в Венсеннском лесу, в его же собственной машине. Разбираясь с местом преступления и уликами, криминалисты обнаружили на теле жертвы следы ДНК Шарко.
Комиссар провел по лицу руками и тяжело вздохнул:
— В августе две тысячи десятого на трупе Юро нашли волосок из моей брови, теперь в родном городе Сюзанны — мою кровь. Какому-то психу известно мое прошлое и прошлое моей жены, и он использует мой биологический материал, чтобы впутать меня в свои бредовые действия и обратиться ко мне…
Никола Белланже повернул ноутбук к Шарко, чтобы тому был виден экран, по которому пошли, один за другим, сканы фотографий: взломанная дверь зала для празднеств, кровавые буквы, написанные на белой стене тонкой палочкой…
— Не понимаю! Как он смог раздобыть твою кровь?
Франк встал и подошел к окну, выходящему на бульвар Пале. Он смотрел
— А где Люси? — спросил он, внезапно обернувшись.
Белланже стиснул зубы, вид у него стал тоскливый.
— Я отправил ее на аутопсию.
Этого нервы Шарко уже не выдерживали, он заметался по комнате:
— На вскрытие?! Черт побери, Никола, ты же знаешь…
— Все были заняты, никого не оставалось под рукой. И она меня заверила, что все будет в порядке.
— Еще бы она тебя не заверила! Что ты хочешь, чтобы она сказала? В порядке!
Франк лихорадочно набирал номер подруги. Набрал. Никто не ответил. Он еще больше разнервничался, швырнул мобильник на письменный стол и вернулся к компьютеру:
— Все, о чем мы сейчас говорим, пока ни в коем случае не должно стать известно нашим, а главное — Люси, согласен? Эта история, эти снимки… Я сам с ней поговорю при случае. Даешь слово?
— Зависит от того, что ты сейчас мне расскажешь.
— За последнее время мне сделали несколько анализов крови. Люси не в курсе, что я сдавал кровь.
— Что-то серьезное?
— Нет-нет. Просто хотел убедиться, что со здоровьем все в порядке, что у тела есть еще какой-никакой запас прочности… Стандартный набор исследований, ничего особенного, просто мне не хотелось, чтобы Люси беспокоилась понапрасну. Так вот, где-то с месяц назад на медбрата, который брал у меня кровь, напали почти что рядом с нашим домом, около парка Розария. Ему съездили по башке, его обыскали и забрали все, что нашли: деньги, часы, документы. И чемоданчик с пробирками, в которых были взятые им с утра анализы, в том числе и мои. Думаю, кровь, которой писали на стене зала для празднеств, именно оттуда.
Белланже взвесил в уме услышанное. Если комиссар говорит правду, грабитель, о котором идет речь, совершенно ненормальный.
— А есть словесный портрет того, кто напал на медбрата?
Шарко покачал головой:
— Насколько я знаю — нет. Парень тогда подал заявление в комиссариат Бур-ла-Рен, мне позарез надо выяснить, что они успели накопать. Возможно, у них появились приметы, какие-то версии…
Белланже повел подбородком в сторону монитора:
— Ты что-нибудь понял из его послания? Теперь, когда ты мне все это рассказал, совершенно очевидно, что неизвестный обращался именно к тебе. Совершая свой странный поступок, он точно знал, что жандармы отправят кровь со стены на анализ, а анализ приведет к комиссару Шарко.
Франк наклонился, опираясь обеими руками на стол, посреди его лба вздулась и запульсировала синяя жилка.
— «Бессмертных не бывает. Душа — это навсегда. Она ждет тебя там». Ни черта не понимаю. Кто меня ждет и где?
— Подумай. Ты уверен, что…
— Я же сказал!
Он опустил голову на грудь и принялся мерить шагами комнату, напряженно размышляя, пытаясь разгадать смысл диковинного послания. Не получалось: в таком вздернутом состоянии это трудно…
Белланже тем временем присоединил ноутбук к принтеру.