Атомный экспресс
Шрифт:
Глава 6
– Что это? – пятясь назад, спросил Влад. – Это кого здесь истязали?
Он потянулся рукой к полотенцу, которым был накрыт столик.
– Не прикасайся ни к чему! – крикнул я, хватая Влада за руку. – Пошли отсюда! Где эта очкастая змея?
Мы вывалились из купе. Влад задвинул дверь и с опозданием отдернул от ручки пальцы, словно его ударило током.
– Черт! – сказал он, рассматривая ладонь. – Я оставил свои отпечатки.
Я махнул рукой и кинулся по коридору. Сейчас куда важнее было не дать уйти Миле, тогда не надо было бы беспокоиться
– Мила! – крикнул я. – Немедленно откройте! Иначе я вышибу дверь! Вы меня слышите?
Влад, приподняв край повязки, освободил ухо и прижался им к двери.
– Что-то шуршит, – сказал он. – Давай ломать.
Это был тот редкий случай, когда можно было ломать без всяких последствий, и Влад не мог им не воспользоваться.
– Да погоди ты! – поморщился я. – Успеешь еще. Вон дверей сколько!.. Мила! Давайте поговорим по-хорошему! – снова крикнул я, едва не касаясь губами щели. – Какой смысл вам прятаться, если вы сами понимаете, что вляпались. Откройте дверь, я устал кричать.
– Откройте, откройте! – поддакнул Влад. – Не вынуждайте меня наносить материальный ущерб туркменскому государству.
Неожиданно клацнул замок, и мы с Владом одновременно отпрянули от двери. Дверь отъехала в сторону, и я тотчас почувствовал запах жженой бумаги.
– Вы тут что-то сожгли!! – обрадованно закричал Влад, сдвигая дверь в сторону до упора и подпирая ее ногой. – Все ясно! Вот теперь нам все ясно.
Владу, как и мне, ничего не было ясно, но он брал Милу на пушку. Впрочем, его «пушка» была примитивной и даже нелепой, но Мила, которая стояла на пороге, закрывая собой вход, вдруг заметно побледнела.
– Ну, хватит кричать, – негромко сказала она, испуганно выглядывая в коридор. – Зайдите!
Мы не ожидали, что Мила начнет так стремительно «колоться». Влад нерешительно потоптался на входе, потом обернулся, словно хотел убедиться, что я следую за ним и готов в случае чего помочь ему справиться с хрупкой женщиной.
Мы с Владом сели на диваны друг против друга, а Мила аккуратно оперлась крупом о столик, где в пустой консервной банке еще тлела бумага. В купе горел только ночник и было достаточно сумрачно. Может быть, поэтому дама, наконец, сняла солнцезащитные очки и, покусывая кончик дужки, с прищуром посмотрела на нас.
– Вы ведь на кого-то работаете, – уверенно сказала она. – Я права?
Мы с Владом недоуменно переглянулись. Мила поняла это так, что она нас раскусила.
– Может быть, я вам заплачу, чтобы вы молчали? Сами понимаете, огласка мне ни к чему. Да и не стоит раздувать сенсацию из пустяка. Так ведь, господа?
Она подбирала какие-то странные слова, когда суть проблемы можно было изложить одной простой фразой.
– Вот что, – обратился к Миле Влад, опередив меня. – Платить нам не надо, мы сами кому хочешь заплатим. Ваши деньги не решают проблемы.
– А что решает? – вкрадчиво спросила Мила.
Я смотрел на нее, на небольшие, подслеповатые глаза, и ее лицо казалось мне знакомым, но мне никак не удавалось вспомнить, где я ее видел.
– Видите ли, мадам, – снова сказал Влад. – Мы с другом бизнесмены,
– А при чем здесь милиция? – насторожилась Мила. – Вы что имеете в виду?
– А вы что? – задал встречный вопрос Влад. – Зачем вы притворяетесь, будто не знаете, о чем речь?
Мила кидала быстрые взгляды то на меня, то на Влада.
– Поконкретнее, пожалуйста, – попросила она. – Я что-то не могу уловить вашу мысль. Почему вы должны оправдываться перед милицией?
– Да потому, что если мы вас отпустим, – раздраженно ответил Влад, – то сами попадем под подозрение!
– А в чем вас будут подозревать? – допытывалась Мила.
Влад посмотрел на меня и развернул кверху ладони.
– Нет, я просто тащусь! Какая же она тупая! – Он снова повернулся к Миле и, жестикулируя, словно дама была глухонемой, громко сказал: – Если мы вас отпустим – понимаете? – если отпустим и ничего про вас не скажем милиции – врубаетесь, да? – то милиция в первую очередь подумает, что это мы с другом грохнули проводницу! Въезжаете, мадам? Они на нас подумают, потому что в вагоне, кроме нас с друганом, из мужиков остается только Йохимбе, но у него алиби! У него здоровое такое, на полметра, алиби! Я понятно выражаюсь?
– Постойте-постойте! – произнесла Мила и зачем-то снова надела очки. – Значит, тут дело совсем в другом?… Я действительно сразу не поняла, о чем вы… Значит, выражаясь вашим диалектом, кто-то грохнул проводницу? И вы полагаете, что это сделала я?
Мила вдруг рассмеялась – на удивление приятно. Она запрокинула вверх лицо, и я увидел полный рот великолепных зубов. Мы с Владом с отвислыми челюстями уставились на нее.
– Вы такой забавный! – сказала Мила, скрещивая на груди руки и складывая ножки буквой X. – Сначала вам показалось, что кто-то ударил вас по голове. Теперь, значит, проводницу грохнули. Вы случайно не страдаете криминальной маниакальностью?
– Вы напрасно иронизируете, – сказал я. – Вы можете дать какое-нибудь другое объяснение тому, что видели в купе проводницы?
Мила чуть приподняла подбородок, и я понял, что она посмотрела на меня.
– А что я там должна была увидеть? – пожала она плечами.
– Постель проводницы! – пояснил Влад, разминая руки и щелкая костяшками пальцев.
– Я не смотрела на постель! – безапелляционно ответила Мила. – Во всяком случае, когда я туда зашла, никакого трупа в купе не было!
– Может быть, хватит притворяться? – произнес Влад, не поднимая глаз. Он напоминал паровой котел. – Может, хватит валять дурочку?
Мила оказалась крепким орешком.
– Что? – переспросила она, привставая со стола. – Что вы сказали? Валять дурочку? Это вы мне сказали?
Я был уверен, что она сейчас врежет Владу промеж глаз. Но дама, нависая над ним, как строгая учительница над двоечником, выдержала недолгую паузу и властно сказала:
– Прошу вас немедленно очистить мое купе! Немедленно выйдите отсюда! Убирайтесь!
Влад не заставил Милу повторять. Он резко встал, первым вышел в коридор, но там круто обернулся и, грозя пальцем, произнес: