АУТ
Шрифт:
— Спасибо. Ты молодец, что пришла сама.
— Все в порядке, — ответила женщина.
Она была китаянка с Тайваня, и звали ее Рэйка Цзё. Хотя в голосе ее иногда проскакивали непривычные интонации, Рэйка прекрасно говорила по-японски, что было одной из причин, по которым Сатакэ сделал ее менеджером своего клуба. Ей было около сорока, но она по праву гордилась гладкой белой кожей и предпочитала блузки с глубоким вырезом. Ее макияж ограничивался ярко-красной помадой. На высокой белой шее Рэйка носила изящную подвеску из жадеита
— Извини, что отвлекаю. Я знаю, как ты занята.
— Вовсе нет. Что может быть важнее встречи с Сатакэ-саном?
Тон, которым это было произнесено, содержал намек на флирт, но Сатакэ, сделав вид, что ничего не заметил, опустился в кресло по другую сторону от столика и с удовольствием оглядел зал. Выполненная в стиле рококо мебель покрыта темно-розовым лаком. Неподалеку от входной двери стояли музыкальный центр с караоке и белое пианино, окруженное четырьмя столами. Еще двенадцать столов размещались в нижней части зала. В общем, довольно просторное, стилизованное под старый Шанхай помещение.
Сложив перед собой бледные руки с длинными, тонкими пальцами, Рэйка посмотрела на владельца клуба. Один палец украшало широкое кольцо из жадеита. Однако вместо того, чтобы перейти прямо к делу, Сатакэ неожиданно для собеседницы указал на одну из ваз с цветами, которые стояли по всему залу.
— Рэйка-сан, я бы хотел, чтобы вы не забывали менять воду в цветах.
В подобранных со вкусом букетах самым неожиданным образом сочетались лилии, розы и орхидеи, но вода уже успела помутнеть, и цветы начали увядать.
— О! Да, вы правы, извините, — растерянно пробормотала китаянка, скользнув взглядом по залу.
— Уж с этим-то, по крайней мере, ты способна справиться, — добавил Сатакэ, оборачивая упрек в шутку, хотя для себя уже сделал определенный вывод.
В прочих отношениях никаких претензий к ее работе у него не было.
— Вы хотели что-то обсудить? — спросила Рэйка с улыбкой, спеша как можно скорее перевести разговор на другую тему. — Какие-то проблемы с отчетностью?
— Нет, дело касается одного клиента. У вас были в последнее время какие-то проблемы?
— Какого рода проблемы вы имеете в виду?
Китаянка напряглась, и Сатакэ подумал, что если прислушаться, то можно будет услышать, как вертятся колесики в ее голове.
— Я слышал от Анны… — сказал Сатакэ, слегка наклоняясь вперед.
Анна Ри, китаянка из Шанхая, работала в клубе хостесс и являлась одной из причин популярности заведения. Рэйка знала, как ценит, опекает и прислушивается к ее мнению хозяин.
— Что же она вам рассказала?
— Известен ли тебе клиент по фамилии Ямамото?
— Фамилия распространенная, у нас таких несколько… О, подождите, я, кажется, знаю, о ком вы
— Вот и она то же самое говорит. Мы обычно ничего не имеем против, если человек платит по счету, но этот, похоже, поджидает ее потом возле клуба, преследует и даже пытается навязать свою компанию.
— Вот как?
Рэйка откинулась на спинку кресла и удивленно вскинула бровь.
— А вчера она позвонила мне и сказала, что он каким-то образом узнал ее адрес и заявился к ней на квартиру, — добавил Сатакэ.
— Теперь, когда вы об этом рассказали, я вспомнила, что у него и с оплатой бывают проблемы, — озабоченно промолвила Рэйка.
— Я уже предупреждал тебя относительно парней с большими глазами и пустыми карманами. В следующий раз, когда он появится, постарайся избавиться от него, не поднимая лишнего шума. Не хочу, чтобы Анну цепляли такого рода типы.
— Понимаю. Но что мне ему сказать?
— А вот это уже решай сама. Такая у тебя работа.
Отповедь шефа, похоже, задела китаянку за живое; выражение ее лица изменилось, губы сжались в тонкую изломанную линию.
— Понимаю, — повторила она. — Предупрежу распорядителя. Самым строгим образом.
Обязанности распорядителя исполнял молодой тайванец, последние два дня не появляющийся на работе по причине простуды. Сатакэ согласно кивнул и поднялся. Рэйка проводила его до двери.
— И, Цзё-сан, не забывайте о цветах, — напомнил он.
Заметив, как рассеянно, словно размышляя уже о чем-то другом, улыбнулась китаянка, Сатакэ подумал, что, пожалуй, в скором времени придется подыскивать другого управляющего. Одно дело хостессы — их выбирали по таким критериям, как красота, молодость и способность придать заведению некоторый шик, а потому для Сатакэ они были не более чем живым товаром, и совсем другое — менеджер, который в данном случае исполнял обязанности продавца.
Выйдя из «Мика», Сатакэ поднялся по лестнице на третий этаж и остановился у двери. Здесь тоже размещался клуб, называвшийся «Площадка», и стояли карточные столы. Наняв управляющего, он заглядывал сюда нечасто, несколько раз в неделю. Чуть более года назад прогорел находившийся над «Мика» салон для игры в маджонг, и Сатакэ, арендовав помещение, открыл ночной карточный клуб для посетителей «Мика». Не имея лицензии на ведение игорного бизнеса, он не мог рекламировать свое заведение и поначалу рассматривал его всего лишь как дополнение. Но слухи расползлись, клиенты потянулись, и «Площадка» стала настоящим хитом. Начинали с малого, двух столов для мини-баккара, но постепенно, с ростом популярности, Сатакэ нанял профессиональных крупье, поставил настоящие столы и изменил режим работы клуба, который открывался теперь в девять вечера и закрывался на рассвете. Так что деньги текли рекой.