АУТ

Кирино Нацуо

Делать было нечего, думать не о чем, заботиться не о ком, и Масако хотела только одного: упасть на кровать, вытянуться и дать отдых усталому телу. Интересно, чем сейчас занимается Кадзуо? Может быть, лежит в своей полутемной комнатушке, не находя сна, беспокойно ворочаясь с боку на бок. А может, все кружит и кружит вокруг серых стен автомобильного цеха. Представив эту картину, она впервые за все время почувствовала симпатию к человеку, разделяющему с ней ощущение одиночества и оторванности от мира. Пожалуй, пусть

оставит тот ключ себе.

Зазвонил телефон. Кому это вздумалось звонить в… в восемь часов утра? Стараясь не обращать внимания на раздражающие сигналы, она закурила, но телефон не утихал.

— Масако?

Голос в трубке принадлежал Яои.

— О, привет. Что случилось?

— Я уже пыталась дозвониться раньше, но тебя не было.

— Только что вернулась. Были кое-какие дела по дороге.

Масако решила не говорить, куда ездила. В конце концов, это никого не касается.

Впрочем, Яои и не стала расспрашивать.

— Ты уже заглянула в утреннюю газету?

Голос ее звучал почти весело.

— Нет, еще не успела. — Она обернулась — газета лежала на столе. Наверное, ее оставил там Йосики.

— Советую посмотреть, — продолжала Яои. — Найдешь кое-что интересное. Я бы сказала, приятный сюрприз.

— Что там?

— Посмотри. Прямо сейчас. Я подожду.

Чему она так радуется? Масако положила трубку на стол и подняла газету. Сюрприз, о котором говорила Яои, оказался на третьей странице. Набранный крупным шрифтом заголовок гласил: «В деле о расчлененном теле из парка Коганеи появился подозреваемый». Пробежав заметку глазами, Масако узнала о задержании некоего владельца ночного клуба, который часто посещал Кэндзи Ямамото. Мужчину арестовали по другому обвинению, но в ходе следствия вскрылись обстоятельства, давшие полиции основания связать его с убийством. Она нервно поежилась — уж больно хорошо все складывалось.

— Прочитала.

— Нам крупно везет, верно? А ты что думаешь?

— Думаю, что радоваться слишком рано, — осторожно ответила Масако, все еще держа газету перед глазами.

— Кто бы мог представить, что все получится так удачно! В газете написано, что они подрались в тот вечер, но я это уже знала.

Судя по тому, что Яои говорила громко и свободно, она была одна.

— Откуда? Как ты узнала, что они подрались?

— Он пришел домой в грязной, разорванной рубашке и с разбитой губой. Я еще тогда подумала, что ему крепко досталось, но не знала от кого.

— Не знаю, я ничего такого не заметила, — пробормотала Масако и вдруг поймала себя на том, что Яои говорит о живом человеке, а она — о трупе.

Впрочем, подруга все равно ее не слушала.

— Интересно, какое наказание его ждет? Хорошо бы смертная казнь, — почти мечтательно проговорила она.

— Я бы на это не рассчитывала, — холодно сказала Масако. — Более вероятно,

что его отпустят из-за отсутствия доказательств.

— Жаль, — пробормотала Яои.

— Не говори так!

— Но у него был еще один клуб, где работала та шлюха, за которой таскался Кэндзи. Это там он спускал наши деньги!

— Что еще не делает его убийцей, не так ли? — возразила Масако.

— Я и не говорю, что он убийца, — горячо запротестовала Яои. — Но и невиновным его трудно назвать.

— Может быть, тебе стоит подумать, почему твой муж влюбился в другую женщину, — небрежно заметила Масако, гася сигарету.

Реплика слетела с губ сама собой, и она, в общем-то, не ждала ответа, однако Яои ответила.

— Я уже думала. — Теперь ее голос был тих и почти бесстрастен. — Потому что он устал от меня. Я ему наскучила, потеряла привлекательность.

— Ты действительно так считаешь?

Масако вдруг подумала, что было бы любопытно задать тот же вопрос Кэндзи и послушать его ответ. Ей хотелось бы узнать, почему людей тянет друг к другу. Да только есть ли такая причина…

— Иногда кажется, что он как будто искал возможности отомстить мне.

— Отомстить тебе? За что? Ты же всегда была образцовой женой.

Последовала пауза.

— Может быть, именно поэтому, — сказала наконец Яои. — Именно потому он меня и ненавидел.

— Почему?

— Наверное, потому, что женщина начинает надоедать мужчине, когда становится примерной женой.

— Но почему? — задумчиво повторила Масако.

— Откуда мне знать, — почти со злостью ответила Яои. — Спроси об этом Кэндзи.

— Пожалуй, ты права, — пробормотала Масако, удивленная резким тоном подруги.

— И вообще, что с тобой сегодня? Я тебя просто не узнаю.

— Ничего, просто устала.

— Конечно, — тут же ухватилась за поданную мысль Яои. — Конечно, ты устала. Я уже стала забывать, как себя чувствуешь после ночной смены. Извини. Как дела у остальных? Что у Йоси?

— Ее не было вчера на работе. И Кунико тоже. Похоже, мы все дошли до предела.

— До какого предела? — Масако промолчала. — Извини. Это ведь все из-за меня, верно? И если… О, подожди! Я же собиралась сказать, что скоро получу деньги по страховке Кэндзи и тогда смогу расплатиться со всеми.

— Сколько ты собираешься заплатить?

Вопрос вырвался сам по себе, неожиданно для нее самой.

— По миллиону каждой. Как по-твоему, этого достаточно?

— Вполне. Даже слишком. Кунико и Йоси хватит по пятьсот тысяч. Кунико на твоем месте я бы вообще ничего не дала.

— Нет, что ты! Они же с ума сойдут от злости. Тем более что я получу целых пятьдесят миллионов.

— Советую о страховке вообще не распространяться. Просто отдай им деньги и забудь. Но… не могла бы ты дать два миллиона мне?