Ава
Шрифт:
— Многие мои старые знакомые, например, осознали достаточно рано, еще в детстве, — запахивая белый банный халат, уточнила свой вопрос Ава. — А как было у тебя?
— Наверное, когда еще был подростком, пришло первое осознание, что что-то со мной не так, — пояснил Рид, зачесывая подсушенные полотенцем волосы назад небольшим гребешком с короткими зубчиками. — Странно было понимать, что насилие привлекает меня чуть больше и в несколько иной форме, чем других сверстников, даже самых отпетых хулиганов… Да и мой интерес был очень узконаправленный, распространялся только на определенных людей. Животных я никогда не трогал и не мучил. Разве только крылышки
— Но практиковать, я так понимаю, начал сравнительно поздно, — напомнила Ава, принимаясь за влажные спутанные волосы своей личной большой круглой расческой, которую всегда носила с собой, так как те, которые были у Рида в доме, совсем не справлялись с ее непослушной и густой копной. — Почему так получилось? Развод подстегнул?
— На самом деле Темой интересоваться я начал задолго до того, как встретил Кэтрин, — пояснил Роберт и, отложив гребешок в сторону, вытер полотенцем остатки воды с плеч. — Но первые попытки приобщиться к БДСМ прошли неудачно, и, пускай обошлось без серьезных жертв, я на долгое время завязал со своими экспериментами. Мне казалось, что я перешел определенную грань, и одно время чувствовал себя настоящим чудовищем, жутким монстром. Поэтому, когда в моей жизни появилась Кэтрин, я даже подумать не смел о том, чтобы хотя бы руки ей связать в постели, и долгое время был искренне уверен, что больше никогда не ударюсь в садомазохизм.
— Но в итоге все-таки сорвался, — с улыбкой заметила Ава, отвлекшись на секунды от битвы с особо упрямым и непокорным локоном.
— Скорее перестал себе врать о том, кто я есть на самом деле, — ответил Рид и повесил мокрое полотенце на сушилку. — Я сдерживался, будучи вместе с Кэтрин, которая всегда предпочитала только самые нежные ласки и никогда не стремилась экспериментировать в сексе, но от своих фантазий избавиться все равно не мог и в конечном итоге перестал даже пытаться.
— Поэтому у вас с ней все пошло наперекосяк? — закончив воевать со своими волосами и уперев локти в край раковины, поинтересовалась Ава.
— Нет, — коротко произнес Роберт и ненадолго вышел из ванной. Вернулся он через минуту уже в темных пижамных штанах и прислонился боком к другому краю раковины.
— На самом деле расстались мы совсем по иным причинам, разрешить которые так и не смогли, — объяснил он. — Она только один раз поймала меня на том, как я искал фотографии связанных девушек в интернете, но возмутило ее в первую очередь именно то, что я просто смотрел на других обнаженных женщин, а на детали она не обратила особого внимания. Но тот раз был всего лишь каплей в море. Мы и так уже были на грани разрыва, так что не велика беда.
Рид прервал свой рассказ и с задумчивым видом немого помолчал. Только тогда Ава твердо убедилась в том, что старые раны все еще давали о себе знать, и развалившийся брак — совсем не та тема, которая давалась Роберту легко. Но она прекрасно могла его понять.
— Как бы то ни было, именно после развода я решил послать все к черту и пустился во все тяжкие, — приободрившись, продолжил Рид. — Благо на сей раз обстоятельства были на моей стороне, и мне повезло найти тех, кто меня всему научил.
— Действительно повезло, — одобряюще отметила Ава и, выпрямившись, положила расческу с краю от раковины, где уже были припрятаны до завтрашнего утра маленькая открытая упаковка из-под тампонов и зубная щетка в походном футляре. Понаблюдав за тем, как его гостья скромно устраивает себе временный
— Вот. Можешь использовать для своих личных вещей, — предложил Рид. — А щетку поставить рядом с моей.
— Ты уверен? — подозрительно сдвинув брови, уточнила Ава.
— Да, почему нет? — пожал плечами Роберт. — Ты и так приходишь ко мне каждую неделю, а с ночевкой остаешься не в первый и, думается, не в последний раз. Так будет проще, чем если ты постоянно будешь таскать с собой гору личных вещей, рискуя забыть что-то важное.
— Я ведь зубной щеткой и парой тампонов точно не ограничусь, — с лукавой улыбочкой предостерегла его Хейз.
— О, поверь, я вовсе не из тех холостяков, которые любую мелочь, забытую в ванной их любовницами, считают полномасштабным захватом территории, — закатил глаза Рид и миролюбиво улыбнулся. — Можешь у меня потом в том числе и что-нибудь из одежды оставить. Зато я со спокойной душой смогу наконец-то на тебе блузку с колготками и трусами порвать.
— Ах вот в чем твой хитрый план! — громко прыснула Ава и шутливо ткнула мужчину кулачком в плечо.
— А ты думала! — весело ответил Рид, избегая ее тычка. — Но, серьезно, можешь оставлять свои вещи у меня. Я не против.
— Ладно, уговорил, — снисходительно улыбнулась девушка и переложила свои скромные пожитки в предложенный ящик. Идея немного обжиться в лофте Роберта, с одной стороны, действительно была вполне разумная, с другой же обещала в будущем неприятные хлопоты, когда придет пора расставаться. Но до разрыва было еще далеко и у них с Ридом все только начиналось, так что можно было пока не думать о последствиях. Да и вряд ли она успеет основательно обустроиться, а собрать и вынести пару мелочей из ванной не такая уж сложная задача, чтобы о ней серьезно задумываться. Так что Ава была полностью спокойна.
— Кстати, все хотела спросить, — вспомнила она, когда они с Ридом вышли из ванной. — Почему именно «Ночь нежна»?
— Мне нравится слог Фицджеральда, — пояснил Роберт. — Далеко не у каждого автора настолько поэтичный и тонкий стиль, как у него. Так что даже несмотря на то, что я знаю сюжеты всех его книг вдоль и поперек, мне он никогда не надоедает. Хотя, все-таки признаюсь, вначале я подумал о совсем другом авторе…
— Каком же? — с неподдельным любопытством спросила Ава.
— Книга лежит рядом с кроватью, — загадочно ответил Роберт. Закусив губу, дабы спрятать игривую улыбку, Хейз быстро засеменила в спальню. Искать пришлось не долго — книга на прикроватной тумбочке сразу же бросилась в глаза. Но только взяв ее в руки, Ава прочитала то, что было написано на обложке. Озорная улыбка медленно сползла с ее лица, и щеки слегка тронул румянец. Почувствовав, как Роберт подошел к ней и встал рядом, она с трудом оторвала глаза от книги и посмотрела на мужчину.
— Захер-Мазох. «Венера в мехах», — глядя ему в глаза, повторила она прочитанное.
— Да, знаю. Слишком очевидно, — скептически произнес Роберт и с нескрываемой нежностью посмотрел на Аву. — Но ничего не могу с собой поделать. Стоило мне только познакомится с тобой, как на меня не переставая находят ассоциации. Будто ты и вправду моя собственная Афродита.
На последней фразе он протянул руку и заботливо убрал выбившуюся рыжую прядь девушки за ушко. Ава в ответ зарумянилась еще больше и вновь посмотрела на книгу в своих руках.