Аврора
Шрифт:
— Я не отсюда, — собралась наконец с силами Ирэн, — Издалека.
— Говори, — наклонялась над разбросанными по столу бобами гадалка.
— Сначала скажи, кто ты?
— Легион, — смеялось существо, сидящее через стол. — Я легион! Говори…
— Врёт, — рвалась на внешнюю сторону служанка, — Она так шутит. Не бойся её, рассказывай, а то дальше не пройдем.
— Я из другого времени, — решилась, наконец, Ирэн.
— Как попала сюда? — не удивлялась перекинувшаяся Арина.
— С молитвой. Через
— Вижу, — неожиданно прикрыла служанка ладонями глаза, — Ты не одна пришла. Втроем. А причем Аврора тут? — задала она неожиданный вопрос.
— Неважно, — сопротивлялась Ирэн.
— Неважно, — соглашалась та, и спрашивала еще и еще. Замирала, ерошила волосы. Вглядывалась в Ирэн.
— Обман, — шептала она над бобами, — Обман. Сегодня обманули тебя. Но обман тебе на счастье выйдет. Получается — делали для себя, а выйдет для тебя. Но тяжело будет до конца пройти, хоть и по-разному. Снова Аврора. Что это?
— Богиня утренней зари, — освоилась Ирэн, — Тебе неважно.
— Неважно, — соглашалось существо, — Только ничего не выйдет, — неожиданно закричала она, — Не выйдет, как ни старайся! Случай никем не прописан, а менять ничего не дадут. Везде слом!
— О чем это ты? — удивлялась девушка.
— Неважно тебе, — смеялась гадалка, — Так почему Аврора?
Разговор уже шел по кругу. Ирэн не заметила, как часы перевалили за полночь и шум праздничного города понемногу затихал.
Где-то еще выводил вдали рулады хор нестройных голосов и звучал женский заливистый хохот на первом этаже гостиницы. Тишина валилась на город. Тишина и ночной звон.
— Заплети мне косу, — неожиданно приказала Арина, — Скорее. Делай с молитвой, или она тебе не позволит.
Осознавая, что лучше не рассуждать, Ирэн схватила с пола свалившийся голубой бант и принялась искать гребень.
— Так плети, — бормотала служанка, — Не удержу ее да не слушай, что говорить будет! Молчи!
Девушка разделила всклокоченные волосы на три пряди, но как только улеглись первые завитки косы, проявилась странная сущность.
— Не делай этого, — зашипело существо, — Я тебе еще расскажу, а так я слепну.
Ирэн молча орудовала, заплетая криво-косо вместе с голубой лентой.
— Кто научил тебя? Кто? — шипела над столешницей с бобами гадалка, — Арина-сволочь?
Ирэн давно ввязалась бы в диалог, если бы не инструкции и не молитва, которую она повторяла уже в третий раз. Закусив губу, девушка старалась быстрее закончить работу.
Шипение и клекот становились все тише, и появилось ощущение, что существо засыпает.
— Так почему Аврора? — были ее последние слова.
Тело обмякло. Дрогнуло. Выпрямилось и снова опало.
Ирэн придержала служанку за плечи и старалась, чтобы та не свалилась на пол. Наконец тело дрогнуло, и Арина мягко убрала руку со своего плеча.
— Всё, —
Ирэн без сил опустилась на стул. Глаза поднимать было страшно.
— Не бойтесь, барыня, — тихо заговорила служанка, — Не бойтесь. Все закончилось.
Гадалка сидела, отодвинувшись от края стола, и устало пристроила свои руки на коленях. Взгляд ее ничего не выражал, и лишь крайнее утомление поселилось в уголках ее глаз.
— Что это было? — тихо спросила Ирэн.
— Я по роду такая, — с трудом поднялась девушка, — Мои предки — фламандцы. Мы всего сто лет как живем в России и можем не только гадать, но и делать, если надо плохо-хорошо. Ведьмы, иными словами.
— А почему переехали?
— Инквизиция достала. Сейчас проще, а тогда… Сколькие из нас закончили на кострах — не счесть. Здесь про меня мало кто знает, а кто знает — боятся и лишнего не болтают. Ты, я гляжу, не сильно напугалась?
— А чего бояться-то? Я после событий этих ничего теперь не боюсь.
— Ой ли? — усмехалась Арина, — А косу-то вязала, руки дрожали.
Ирэн дрогнула.
«Неужели снова начинается», — мелькнула паническая мысль.
— Не бойся, — сонно потянулась служанка, — Это же всегда я, только разная.
— А если косу расплести?
— Сейчас ничего не будет. Только при гадании. Так ты поняла, что ничего изменить все-таки не сможешь?
— Не смогу? Точно?
— Точно! Лишь по мелочам подправить. Вроде как мы.
«Эх, за обман на счастье не спросила, — перевернулась в постели Ирэн, — Что за обман и на какое счастье? — стрелки настенных часов показывали четыре утра.
Страшно захотелось спать. Усталость очередного необычного дня свалилась пудовой ношей на девушку, и неожиданный сонный морок увёл ее ночную темень.
Новый день начался громким стуком в двери номера Ирэн.
«Десять утра, — с неудовольствием глянула она на циферблат, — Кто в такую-то рань-то? Сергей Васильевич сказал выходной».
— Ироида Семеновна, — прозвучал неожиданно-настойчивый голос Зубатова. — Вставайте! По нашему ведомству беда! Служанка через пять минут будет, экипаж у крыльца. Завтракаем в управлении.
«Беда? — присела на кровати Ирэн, — По ведомству? О чем это он?»
Глянула в зеркало.
Забавные рюши на ночной рубашке развеселили девушку и она рассмеялась. Глядя на свое смеющееся отражение, она почувствовала, нрасколько эта русоволосая молодая женщина в полотняной ночнушке и с распахнутыми-живыми глазами не боится ни этого времени, ни грядущих событий.
«Сейчас бы в таком виде и домой, — улыбнулась Ирэн и неожиданно вспомнила о закрытом переходе, — Странно, — прислушивалась к себе она, — Никаких переживаний».