Айс
Шрифт:
— Сядьте и пристегнитесь. Пора убираться отсюда. — Он срывает обшивку с одного из боковых окон, чтобы открыть вид на море и усмехается мне: — На случай, если дамы захотят насладиться видом…
Голубые глаза Мелиссы сияют. Она широко открывает их и улыбается Айсу, будто он бог.
Затем он уходит в кабину.
Я сажусь в первом ряду между мамой и Мелиссой, мы пристёгиваемся, и я обнимаю маму:
— Я так рада, что ты это сделала. Как твоя нога?
Она тяжело дышит, и её трясёт.
— Просто растяжение.
Когда шаттл взлетает, Мелисса перегибается через мои колени и смотрит в окно:
— Взгляните! Это море?
Пока мы удаляемся от острова, и мама с сестрой зачарованно смотрят в окно, я рассказываю им, что произошло в Уайт-Сити. Когда рассказ доходит до казни и опасностях, которые нам всем грозят, на безупречном лице мамы появляются тревожные морщинки. Она сделала косметическую операцию и легко могла бы сойти за нашу сестру.
— Что с нами теперь будет? — спрашивает она.
— Мы отвезём вас в Резур. Это город аутлендеров.
Она округляет глаза.
— Не волнуйся, там ты будешь в безопасности, по крайней мере в большей безопасности, чем в Уайт-Сити.
Она скептически хмурится и прищуривается:
— А радиация?
— Она в норме.
— Ты не останешься с нами?
Я вздыхаю и качаю головой:
— Мне ещё так много надо сделать. В Уайт-Сити полный хаос.
— Не уверена, что хочу жить в этом городе аутлендеров.
Я люблю свою маму больше всего на свете, но иногда она бывает очень упрямой.
— Тебе не обязательно там жить, это только на первое время.
Думаю, мама так и не оправилась от того, что отец казнил её любовника. С тех пор она иногда кажется отсутствующей и больше никому не доверяет.
Когда корабль уже находится в режиме экстра ускорения, я отстёгиваюсь. Надо поблагодарить Айса.
— Собираешься пойти к нему? — Мелисса понимающе улыбается мне. — Он по-настоящему горячий.
Мама с улыбкой закатывает глаза и отворачивается к окну, а я уверенно отвечаю:
— Да, он такой.
— Вы вместе? — сразу же спрашивает Мелли.
Я ей подмигиваю:
— А ты как думаешь?
Она по-девичьи хихикает, а я захожу в кабину.
— Привет, мой герой, — я наклоняюсь через стул и обнимаю Айса со спины. — Спасибо за спасение моей семьи. И меня. — Я провожу руками по его груди и чувствую его мышцы. — Даже не знаю, как я могу отплатить за услугу.
— Я могу придумать достаточно способов, — улыбаясь, Айс тянет меня к себе на колени.
Я сажусь и обнимаю его.
— Нет, правда. Ты всё делаешь для меня.
Я глажу его поросшую щетиной щёку и смотрю ему в глаза. Мне никогда не надоест этот серый цвет. Айс выглядит уставшим. Как бы я хотела, чтобы всё это уже осталось позади.
— Если бы мог, я бы даже достал тебе звезду с неба, — его голос звучит смертельно серьёзно, но серые радужки
— Эти слова придумал не ты, — говорю я и целую его в кончик носа.
Айс поднимает брови:
— Ты считаешь меня не поэтичным?
— Хм… — ухмыляюсь я и стучу пальцем по подбородку.
— Ну ладно, — преувеличенно вздыхает Айс. — Я взял это из книги.
— Ты любишь читать? — Я понимаю, что до сих пор так мало знаю о нём.
Айс просовывает руку под мои ягодицы и придвигает меня к себе ещё ближе, если такое вообще возможно — я и так почти сливаюсь с ним.
— Мне приходилось на что-то отвлекаться во время долгих часов одиночества.
Он делает вид, что это смешно, но моё сердце сжимается.
Вздохнув, я прижимаюсь лицом к изгибу его шеи.
— Тебе больше никогда не придётся быть одиноким, мой крепыш.
Я чувствую внутреннее спокойствие, которого не чувствовала уже давно — своего рода душевный покой, и тем не менее каждый мой нерв трепещет.
— Жаль, что нам ещё через многое предстоит пройти, и теперь у нас есть компания, иначе я бы…
Айс шепчет мне на ухо самые ужасные вещи, и я хихикаю, как это делала Мелисса. О, как я хочу наконец побыть с ним наедине, в спокойном месте, где никто не наблюдает за нами и никто не контролирует нашу жизнь.
* * *
Мы высадили маму и сестру за пирамидой, предварительно отправив радиосообщение мэру. Он лично позаботится о них обеих.
Теперь мы направляемся к восточному аварийному выходу и приземляемся за куполом во внутреннем круге стены, в так называемой «полосе смерти». Думаю, эта стена изначально была построена для того, чтобы в случае эвакуации горожане не заметили, что снаружи снова возможна жизнь. Также она держит подальше от купола аутлендеров. Здесь валяется строительный мусор, гильзы и разлагающиеся туши животных. К счастью, я почти ничего не вижу, потому что уже поздний вечер, и солнце скрылось за стеной. Воздух застоявшийся, воняет падалью.
Первым официальным актом после падения режима было открытие всех выходов из-под купола, снос этой стены и демонтаж оружия.
Несколько минут назад мы с Айсом связались с Эндрю и Джексом — пока им пришлось просто отключить автоматические системы стрельбы, прикреплённые к основанию купола. Бесчисленные стволы ружей торчат в нашу сторону, словно копья. Поскольку у нас есть коды доступа, связь находится под нашим контролем. За время нашего с Айсом отсутствия многое произошло.
Джекс, Хром и Эндрю впускают нас в город. Мы попадаем внутрь через две стальные двери. Воины выглядят потрёпанными. Их одежда грязная и рваная, у Джекса царапина на носу, а у Хрома синяк под глазом. Они прошли через несколько сражений. Не все солдаты перешли на нашу сторону. Были убитые и много раненых.