Айя
Шрифт:
— Да, — ответила Айя и вошла в кабинет, закрывая за собой дверь.
— Присаживайся, — улыбнувшись, попросила учительница. — Со своими одноклассниками ты познакомишься позже.
Айя опустилась на свободное сидение и положила свою сумку рядом с собой на полу. Такой важный день для нее, а она опоздала. Один из белых бантов, завязанный неумелой рукой ее матери, повис на бок, сползая с ее волос. Айя не привыкла носить такие украшения, и, сместив его назад на макушку, попыталась закрепить. Кто-то на задних партах засмеялся, но был тут же предупрежден учительницей о
Два года потребовалось Айе, чтобы выучить чужой язык и начать говорить на нем свободно. Ее произношение стало практически идеальным, и, не будь ее внешность столь яркой, никто бы не смог распознать в ней коренную жительницу этих мест.
— На прошлом занятии мы узнали, как устроен Внешний Мир. Начиная с сегодняшнего дня, мы начнем изучать планету Дереву. Кто знает, сколько человек населяют ее?
Все молчали, глядя на учительницу, и только одна Айя, знающая ответ на этот вопрос, подняла свою руку вверх.
— Да, Айя, — улыбнулась госпожа.
— Около восьми миллиардов дерев и трех миллиардов представителей других рас. Всего — одиннадцать миллиардов жителей.
— Прекрасно, Айя. А кто скажет, кто управляет этой планетой?
Опять все молчали. Айя вновь подняла руку, и госпожа позволила ей ответить:
— На Дереве — две формы правления. Есть парламент и президент, но фактически, все они подчиняются Совету Зрячих.
— Тогда, что такое Ассоциация Зрячих? — спросила учительница, глядя при этом на Айю.
— Это организация, в которую входят все, успешно окончившие Академию Зрячих.
— И как же утроены взаимоотношения Совета Зрячих и Академии?
— Совет зрячих — это группа из пятидесяти человек, которые руководят Ассоциацией Зрячих. Один из этих людей — Глава Совета, остальные сорок девять — парламентеры. За Главой закреплено последнее слово, однако, каждый парламентер Совета может создать объединение и наложить на окончательное решение Главы свой запрет. Такое объединение должно быть представлено голосами не менее десяти человек. Выборы в Совет зрячих проходят каждые десять лет. И не каждый зрячий может принять участие в них.
— И кто же удостоен такой чести?
— Только те, кто находился на службе Совета более пяти лет. Последние двадцать лет Советом руководит господин Роэли Гвен. Через три года на Дереве должны состояться новые выборы, и тогда состав парламентеров может измениться, и место Главы сможет занять другой зрячий.
— Прекрасно, Айя. А сколько матриати входит в Совет Зрячих?
— Матриати? — повторила Айя и поникла на глазах.
Конечно, мама часто рассказывала ей о Совете, о тех Великих людях, которые входили в его состав. Но мама не рассказывала, кто из них зрячие, а кто их жены…
— Ни одной, — улыбнулась госпожа и посмотрела на Айю. — Матриати не имеют права избираться в Совет вот уже более двухсот лет.
Все дети в классе расшевелились и начали активно обсуждать такую несправедливость.
— То есть, жены не могут быть избраны в Совет? — задала свой вопрос Айя.
— Не «жены», Айя, а матриати. Жены зрячих, как раз таки, занимают свои
Все дети смолкли и уставились на учительницу.
— Конечно, все Вы привыкли к тому, что «матриати» и «жена зрячего» — равнозначные понятия. Если у зрячего есть матриати, значит, она — его жена. Но в их Мире, матриати — это телохранитель. И очень редко зрячие женятся на своих телохранителях.
— Почему матриати терпят это? — не выдержал кто-то и выкрикнул на весь класс.
— Между зрячими во Внешнем Мире не существует равнозначной связи. Один сильнее — другой слабее. И слабого называют «матриати». В отличие от нас, где тренировки и усилия позволяют паре связанных вступить в равновесие, люди Внешнего Мира не стремятся к совершенству и используют друг друга так, как могут.
Айя на этот раз подняла руку, потому что, откровенно говоря, не уловила сути.
— Да, Айя.
— Но в паре связанных более слабым может быть мужчина… Как тогда они называют его?
— Для всех слабых есть только одно слово — «матриати». Мужчина это или женщина — значения не имеет.
Опять в классе повисла тишина. Безобразными, чудовищными для этих детей были подобные речи. Но, впереди их ожидали еще более жестокие открытия. Несправедливость, подковерная возня и игры тех, кто приходил в этот Мир всего на несколько часов и уходил, дабы обрести новое тело. Только спустя несколько лет этим детям расскажут, что из себя представляет «Возвышение» и кто такие «платные» матриати. Они узнают, что аркаины не принимают обет воздержания, а став зрячими, могут насиловать своих матриати столько, сколько захотят. И не только своих. Чужих тоже. Госпожа Паола раскрасит для них Внешний Мир в темные тона и покажет этим детям, насколько Сайкайрус лучше того места, откуда пришли такие, как она. Она воспитает в них презрение и ненависть к тем, кто порочит своими поступками святость связи. Она вырастит новое поколение праведников, хранящих истинные традиции людей, некогда назвавших себя «Vizetriz».
Два года спустя. Сатрион.
Айя стояла в самом углу тренировочной комнаты и смотрела на мужчину, который пришел преподать очередной урок. Все девочки в классе были без ума от этого посвященного. Высокий, сильный, бесподобно прекрасный и, в то же время, принявший обет безбрачия, он был объектом тайных фантазий многих девушек. Каждая из молодых особ, стоящая напротив него, внимала любому его слову и искренне верила, что именно ей он подарит свое сердце и возможность стать совершенством.
Айя ненавидела его уроки. Самооборона… К чему самооборона такой, как она? Нет, конечно же, Айя понимала, что в определенных ситуациях ее дар может подвести ее, и придется применять другие, более привычные для окружающих, навыки выживания. Но, придумать тысячу отговорок, только для того, чтобы убедить себя в бесполезности данного рода занятий, Айе не составляло труда.
Учитель подошел к ней и цокнул языком.
— Айя, ты до сих пор не размялась. Остальные уже пробежали несколько кругов, в то время, как ты прохлаждалась в сторонке.