Айя
Шрифт:
Брат только хмыкнул в ответ.
— Но ты забыл о чем-то очень важном.
— О чем? — не понял Оттерри.
— Ты — такой же раб, как и все ami, только прикован золотыми оковами к своему трону. Когда ты станешь не нужен, они избавятся от тебя, как избавились от отца с матерью.
— Да, как ты смеешь?! — закричал Оттери, и осадил Айю на пол одним взмахом своей руки.
— Смею! — прохрипела Айя. — Я поняла, зачем ты искал меня. Для создания этих тварей тебе нужен органический материал. Ты можешь все, но не можешь создавать органику, в отличие от меня. На I-ho органический запас органичен. А достать необходимые элементы
— Я предлагаю тебе целый Мир! Возьми, вот он. Бери и правь! Строй свои порядки, выбирай для них путь, потому что сами они загубят себя! Этого тебе мало?!
— К чему весь Мир, Оттери, если ты в нем все равно никому не нужен?
Брат захохотал так громко, что Айя пригнулась к полу.
— Ты бы слышала себя! Одиночество? Тебя это гнетет?! Я найду тебе мужчину! Много мужчин, если захочешь! И все они подарят тебе то, чего тебе хочется!!!
— Сразу видно, что ты никогда никого не любил.
— Любовь — это для глупцов, Айя. Ложное чувство заботы, счастья, одухотворенности. Секс. Хороший секс даст тебе все это. Даже прожив там, ты так и не поняла этого? Айя, ты вообще с кем спала? На тебя будут смотреть все! Они будут восхищаться тобой и твоей красотой! На тебя уже пускают слюни! Знаешь, что останавливает их?
Оттери внимательно посмотрел на сестру и прищурился.
— Но, я ведь могу и изменить свое решение… Один, два, три… Десять, двадцать мужиков! Посмотрим, что ты скажешь, когда все они, по очереди, будут трахать тебя!!! В рот, в задницу, — им будет все равно! Где тогда окажется вся твоя любовь и ценности?! Не желаешь править вместе со мной — будешь пресмыкаться! Как тебе такая идея?!
— Ты не мой брат… — прошептала Айя. — Мой брат никогда бы не произнес подобного… Он бы даже не смог подумать об этом…
— Ты права. Того семилетнего мальчика, которого отец подставил ради спасения сестрички больше нет!
— Как ты смеешь!
— Смею! Вспомни! Вспомни, кого отец накрыл полем, а кого оставил умирать беззащитным в деревне!!!
— Ты болен…
— Нет, это ты больна! Они заразили тебя своими идеями о равновесии. Нет никого равновесия, Айя. Только хаос!!! Выигрывает тот, кто сильнее. Выживает тот, кто перегрызет глотки остальным. Ты не знаешь, как твоя мать стала Пастырем? Она спала с нашим папочкой, а когда он решил уйти, просто подарил город ей, своей шлюхе!!! Ваш ничтожный Совет Праведников преклоняется перед ней лишь по одной причине: она знает, как уничтожить Изон всего за один миг.
— Что?
— Что слышала! Отец сконструировал все семь городов и в каждом заложил механизм самоуничтожения. Когда три города пали, остались только четыре! Ты никогда не задумывалась, почему этими городами стали управлять женщины? В Ероне — Кора, в Тарто — Азефа, в Солероне — Нелия, и твоя мать в Изоне. Потому что только бабам, которых трахал, наш папаша открыл тайну уничтожения городов! Теперь тебе все понятно?!
— Ты бредишь…
— Неужели? Просто, здесь своим воспитанникам принято говорить правду. А в Изоне — нет, — улыбнулся Оттери. — Не веришь мне — спроси у Райвена Осбри, почему
— Ри Сиа не собирался возвращаться!
— Неужели? Почему тогда он убивал себя каждые две недели? Дети удерживали его от облучения. Но, однажды, он явился на Сатрион несколько не вовремя. Твоя приемная мамочка в это время как раз обслуживала нашего с тобой папу. Вот и вся история. Вот и весь твой прогнивший мирок!
— Я ненавижу тебя, — прохрипела Айя. — Ненавижу…
— Да, брось. Секс правит многими вещами в жизни. Почти всеми. Не знаю, почему папаша в один прекрасный день бросил все и ушел, но, подозреваю, что ему пригрозили остальные Семьи. Позорит род, все-таки, — засмеялся Оттери.
— Может, и прогнил мой мирок, но в нем не убивают безнаказанно.
— Ладно, я устал. Ну, так что ты решила? Звать мужиков или ты предпочитаешь помогать добровольно?
— Добровольно, — ответила Айя, протягивая брату руку, чтобы он помог ей подняться.
— Ничего не меняется, — усмехнулся Оттери. — Думаешь, я подам тебе ладонь, предоставив возможность проникнуть под поле? Я похож на идиота, Айя?!
— Я всего лишь прошу тебя помочь мне подняться!
— Как скажешь, — улыбнулся Оттери и протянул к ней обе свои руки.
Айя подалась вперед, когда ее пальцы сковали металлические тиски, с хрустом ломая тонкие кости.
Айя взревела, выгибаясь на полу. Слезы брызнули из глаз девушки, и голос сорвался в какой-то момент. Тиски исчезли, и Айя широко распахнутыми глазами уставилась на окровавленные деформированные руки. Так больно… И невозможно даже пошевелить ни одним из пальцев… Ее руки… Ее дар…
— Посмотрим, как ты сможешь творить без них, — засмеялся брат, хватая ее за запястье и сжимая своими пальцами. — Я переломаю тебе все кости. Я не оставлю на твоем теле ни одного живого места, если ты еще раз попробуешь обмануть меня. Ты все поняла?!
Айя закивала в ответ.
— Ты все поняла?! — прокричал Оттери, глядя на нее.
— Д-д-да, — простонала девушка.
Он отбросил ее руку от себя, толкая ногой в плечо и прижимая слабое тело к полу.
— Если бы для того, чтобы творить, тебе не нужны были пальцы, я бы отрезал их. Но, они нужны, — вздохнул брат. — Заберите ее и исправьте все! Немедленно!!! — прокричал Оттери, удаляясь от нее по коридору вперед.
Айя увидела, как белые стены превращаются в стекла. А за ними — его творения. Бесконечная стена из отдельных комнат и такое же бесконечное множество порабощенных оболочек. Впереди, из-за угла, показались люди в костюмах — белые штаны и рубахи. Инициированные. Айя закрыла глаза, позволяя им поднять ее с пола и понести куда-то вдаль. Солерон. Она в Солероне.
Айю занесли в лифт и нажали кнопку «тридцать два». По сильному толчку, она определила, что они движутся вниз. Сигнал на панели быстро замигал от «десяти» к «тридцати двум». Двери распахнулись, и Айю вынесли в широкий коридор, усыпанный дверями на каждом шагу. Люди в черном и белом не обратили внимания на присутствие Айи. Все они следовали куда-то по своим делам.
Девушку внесли в просторную комнату и уложили на кушетку в центре. Высоко под потолком висел странный прибор, напоминающий пушку с узким дулом. Руки Айи развели по сторонам, причиняя невообразимую боль, и пристегнули ремнями к подлокотникам.