Бац!
Шрифт:
Виггилей сперва огляделся по сторонам с заговорщическим видом, который сразу же должен был привлечь внимание любого постороннего наблюдателя, и затем открыл дверь в сарай.
Внутри сидела крупная фигура. — Коммандер! — радостно взревела она. — Что за потеха, а? Рыцари плаща и кинжала?
Голос аркканцлера Чудаккули, когда тот пребывал в веселом настроении, мог заглушить только сильный ливень.
— Нельзя ли немного потише, аркканцлер? — сказал Ваймс, торопливо закрывая дверь.
— Прошу прощения! То есть, прошу прощения. — ответил волшебник. — Садитесь.
— Не могли бы мы сразу согласиться, что ничем? — спросил Ваймс.
— Интригующе. Продожайте. — сказал Чудаккули, наклоняясь поближе.
— Вы знаете, что я не разрешаю применять магию в Страже. — продолжил Ваймс. Пока он усаживался в полутьме, сверху на него упал свернутый шланг, который он после некоторой борьбы отшвырнул на пол.
— Я знаю, сэр, и уважаю вас за это, хотя есть и такие, что считают вас невероятным тупицей.
— Ну… — сказал Ваймс, стараясь выбросить из головы "невероятного тупицу", — Суть в том, что мне надо попасть в Кумскую Долину как можно быстрее. Э… Очень быстро, правда.
— Можно сказать — магически быстро? — спросил Чудаккули.
— Некоторым образом. — ответил Ваймс, ерзая на сидении. Как ему не хотелось говорить об этом. И на чем это таком он сидит?
— Мммм. — сказал Чудаккули. — Но без всяких, я полагаю, фокусов-покусов? Вам как будто что-то мешает, сэр!
Ваймс победно вытащил большую луковицу. — Прошу прощения, — сказал он, отбрасывая ее в сторону. — Нет, точно без фокусов. Разве что немного покусов. Мне нужно небольшое преимущество в скорости. Они опережают меня на день.
— Понимаю. Вы путешествуете один?
— Нет, нас будет одиннадцать. Две кареты.
— Однако! И исчезнуть в клубах дыма, чтобы появиться еще где-то…
— Об этом не может быть и речи. Мне только нужно…
— Преимущество. — повторил волешбник. — Да. Что-то магическое по дейстию, но не по проявлению. Ничего слишком очевидного.
— И никаких превращений в лягушку или чего то в таком духе. — быстро добавил Ваймс.
— Разумеется. — ответил Чудаккули. Он хлопнул в ладоши. — Что же, коммандер, боюсь, мы вам помочь не в состоянии. Волшебники такими вещами не занимаются! — он понизил голос и продолжил.
— Мы в особенности не сможем вам помочь, если вы оставите пустые кареты на задах Университета, скажем, через час?
— А? Ээ… точно. — сказал Ваймс, пытаясь ухватить мысль. — Вы ведь не собираетесь заставить их летать, нет?
— Мы ничего не собираемся делать, коммандер. — весело ответил Чудаккули, хлопая его по спине. — Я думал, что мы уже договорились об этом! И я думаю, что вам пора идти, хотя, конечно же, на самом деле вас здесь и не было. Так же, как и меня. Здорово придумано, все эти шпионские штучки, а?
Когда Ваймс ушел, Маструм Чудаккули снова сел, разжег трубку и с запозданием решил использовать последнюю спичку, чтобы зажечь свечу в фонаре, стоящем на столе с горшками. Садовник выходил из себя, когда в его сарае устраивали беспорядок, так что не помешает немного прибраться…
Он уставился на пол, где кольцо шланга и упавшая
Дождь успокоил Ваймса. Он так же успокоил улицы. Чтобы бунтовать под дождем, нужен неподдельный энтузиазм. К тому же новости о событиях вчерашней ночи разошлись по всему городу. Конечно, никто ничего не знал наверняка и последствия Ерша и Большого молота были таковы, что не особо отягощенное интеллектом большинство не могло разобраться, что же произошло. Они проснулись в плохом самочувствии, верно? Не иначе, как что-то случилось. Да еще и дождь зарядил, так что не лучше ли посидеть в кабачке?
Ваймс шел сквозь мокрую, шепчущую темноту, его мозг был в огне.
Как быстро могут передвигаться эти скальты? Судя по голосам, среди них были весьма старые дварфы. Старые, но и двужильные. Но даже так, хороших дорог в том направлении не было и тряску долго не выдержишь.
И Сибил собирается взять с собой Малыша Сэмми. Это было глупо, не считая того… что не было, после того как дварфы ворвались в твой дом. Против всемозможного здравого смысла он согласился с Сибил. Дом там, где они вместе. Она уже послала срочную семафорограмму к старой приятельнице, что жила неподалеку от Долины. Похоже, она считает, что они собираются на своего рода семейную прогулку.
На углу топталась компания тяжеловооруженных дварфов. Может в барах не было свободного места, а может им захотелось немного прохладиться. Слоняться по улицам не запрещено законом, правильно?
Не правильно, прорычал Ваймс, приближаясь. Подходите, ребята. Хватайтесь за оружие. Только двиньтесь. Вдохните слишком громко. Дайте мне хоть что-то, чтобы я смог сослаться на "действия в целях самозащиты". Да, это будет мое слово против вашего, но поверьте, ребята, вы вряд ли будете в состоянии сказать хоть одно.
Дварфы кинули один взгляд на приближающееся видение, окруженное светящимся ореолом в тумане, и бросились наутек.
Вот так!
Существо, известное, как Призываемая Тьма, мчалось по улицам бесконечной ночи, минуя туманные воспоминания зданий, которые колыхались, когда оно проносилось мимо. Оно добьется своего, оно добьется. Ему приходится менять тысчелетние привычки, но оно найдет вход, даже если он будет не больше замочной скважины. Никогда раньше ему не приходилось так тяжело, никогда не приходилось так мчаться. Это… опьяняло.
Но каждый раз, когда оно задерживалось около зарешеченного отверстия или неохраняемого дымохода, оно слышало погоню за собой. Преследование было медленным, но никогда не останавливалось. Рано или поздно, его настигнут.
Скальт Скормняк снимал комнату в разгороженном подвале на Дешевой улице. Рента была скромная, но он должен был признать, что и качество жилья тоже: лежа на своей весьма узкой кровати, он мог дотянуться до всех четырех стен или, скорее трех стен и тяжелой занавески, что отделяла его от остального подвала. Но в стоимость была включена еда и хозяева уважали его уединенность.