Баффер
Шрифт:
– Где я!
Из носа все-таки закапало темно-красное.
Весь дом. Черт, у меня слишком маленькая голова для таких объемов!
Кое-как я встал, кинул взгляд на часы. Всего две минуты?! А казалось, что пара дней…
В дверь методично молотили.
Так, можно было бы просто поддерживать оцепенение на этих двоих, но в доме почти две сотни народа, а при таком количестве монстров найдется тот, кто сможет прорвать «печать»… При таком количестве людей в смысле. Я не в игре. Я не в игре!
Голова
– «И дух поднял меня и перенес меня».
Придумывать маскировку не было сил. К тому же все мозги были заняты перевариванием полученных ненужных сведений.
Коридор. Тот самый, по которому меня вели. Впереди, метрах в десяти, группа бойцов ритмично колотится в дверь. Ну и хрена я четыре раза зону узнавал, если все равно только по этажу переместило? Вечная проблема с «прыжком» – не знаешь, куда закинет.
Зато я знал, куда мне нужно.
Мимо пробегали люди, что казалось странным. Звенел сигнал тревоги, по нему было бы логично разбежаться по своим местам, чтобы в коридорах оставались лишь те, кто должен ловить нарушителя, но все метались, как звери на пожаре.
Люди. Часы.
– Замри.
Бежавший мимо мужик замер на полушаге и упал. Часы… вот. Срывать неразъемный браслет пришлось с силой, оцепенелый бежал, сжав кулак, кажется, я ему руку расцарапал. Хорошо, что это не посчитало атакой и не убрало невидимость.
Второй, точнее вторая, девушка в макси-юбке попалась в конце коридора. Кажется, у нее светилось желтым ожерелье на шее, но мне было не до того – оцепенение, снять с руки маленькие часики на кожаном ремешке, уйти.
Лестница. Еще одна. Решетка. Мне мимо. Сюда, в этот закуток, тут на самом деле черная лестница. Архитектор был из «бывших» и предусмотрел специальный ход для прислуги. Вниз, вниз. Где-то на половине лестницы меня толкнуло, верх свитера и рубашки разлетелись клочьями, а два ярких пластиковых полукружья, мелькнув, исчезли, улетая. Даже дыма не почувствовал, только запах.
Вот дурак, ну кто же прячется с маячком-гранатой на шее?
Голова гудела невыносимо.
Вниз. Холодно, тянет от двери. Наружу, к сожалению, не выйти, везде решетки, моих пяти стрелок не хватит перепилить засовы. Значит, вниз. В подвал. Две комнаты, используемые под мастерскую. Вот эта дверь. Прижать палец.
– Остры стрелы твои.
Замок сдался только на четвертой стреле, я шагнул внутрь. Стеллажи, верстак, высокий столик с закрепленным мини-станком. На стене еще одни часы. Эта комната основная, но вон там еще одна, поменьше. Там хранят материалы, ну и тюфячок есть, на предмет подрыхнуть в рабочее время, хлебнув водки… она вот тут стоит.
Машинально проведя рукой
– «Ибо положена печать, и никто не возвращается».
Снова это гадское ощущение иности, смещающей проходы. Зато теперь знаю – печать ставится на место. Вон в ту комнату теперь никто не войдет… ну, если не сможет преодолеть заклинание. А я – в этой.
– «Ибо положена печать, и никто не возвращается».
Теперь «им» надо пройти две преграды подряд. Правда, больше у меня «печатей» нет, и список запоминания на три часа.
Со стоном я сполз по стене. Ох, бедная моя головушка-а…
Для слабого человека оружие губительно. Способ выживания слабого – страх, а оружие внушает ложное ощущение силы. Вот, к примеру, я – получил магию, начал чудить. Раньше бы меня из леса бульдозером пришлось выковыривать, а следователю я бы в рот глядел и с рук ел, он бы мной уж так доволен был! И я бы однажды по-тихому ушел. Без этих мозголомных штучек.
Время – девять двадцать пять. Пальцы тряслись, но не так сильно, как я боялся, да и голова постепенно приходила в порядок. Сверил все имеющиеся часы, сравнил расхождения – в пределе полуминуты. Сейчас открывать врата нельзя, они на полчаса тут останутся, за это время успеют прочесать подвал, тем более что на двери сейчас видны, если быть внимательным, выгрызенные стрелами дырки. Найдут меня, найдут, надо продержаться тридцать четыре минуты.
Может, они вообще не смогут в дверь войти, все же две печати?
Ну да, как же. Что-то не оправдываются мои надежды в последнее время, надо готовиться тщательнее.
Следующие десять минут я готовился, передвигая железяки и деревяшки в одно место так, чтобы образовалось хоть какое-то укрытие. Мало ли, вдруг пули смогут пролетать, они же объекты, а не существа? При этой мысли я занервничал, а потом успокоился – ну, значит, будут пролетать, делов-то.
В девять тридцать три кто-то попытался открыть дверь. Ну ничего себе, восемь минут? Ах, черт!
Матюкнувшись, я начал раздеваться, полностью, догола. Получается, что не всего, а целых восемь минут меня искали по маяку. Жаль, нет времени искать электронных блох в одежде, придется голым идти. И чего я не полетел в Турцию врата ставить, там, наверное, тепло? Хотя ноябрь же.
Девять сорок четыре – дверь из коридора затрещала и рассыпалась, через порог перевалился странный механизм. Черт, если не может войти человек, то может войти предмет!
– Михайлов! Выходите! Вам некуда деваться!