Багровое небо

Розенберг Джоэл

Но настанет день, когда он воткнет «Покорителя великанов» сначала в запястье врага и заставит его выронить оружие, а затем вгонит меч между ребрами Братца Лиса.

Йен повернулся спиной к Локи, и они с Арни помогли Фрейе доковылять до дома.

Глава 30

Багровое небо

Яркие и веселые лучи утреннего солнца заливали пространство перед домом, где всего лишь несколько часов назад произошла резня. О лужах крови и трупах напоминали только темные пятна в траве и вонь

волчьего дерьма, которая уже начинала выветриваться.

Куда Локи подевал трупы и части тел? Наверное, кое о чем лучше не знать.

Йен откинулся на спинку грубого стула. Он для мягкости подложил под себя тарнкаппе, рядом стояла дымящаяся чашка с кофе… Пусть Фрейя спит.

– Сходить посмотреть, как она там?

Арни Сельмо улыбнулся; старик сидел на соседнем стуле с Мьёлльниром на коленях, как будто не мог расстаться с молотом ни на минуту.

– Конечно, Йен. С ней все в порядке, но сходи глянь.

Йен зажал под мышкой тарнкаппе и зашел в дом. Он не стал ждать, пока глаза привыкнут к полумраку, а вместо этого снял со стены лампу.

Вытянувшись как труп на мостовой, Фрей неподвижно лежала на их с Арни кровати, укрытая тонкой простыней. Ее грудь вздымалась и опадала ужасно медленно. Если бы белое перышко, которое кто-то – Арни, больше некому – подвесил на невидимой нити на стропило, не колебалось в воздухе каждые несколько секунд, Йену бы захотелось приложить к ее носу зеркало, чтобы проверить, дышит ли она.

Простыня обрисовывала все выпуклости ее идеального тела, но никакой эротики в этом не было.

Она больше не привлекает Йена?

Да нет. Невозможно противиться очарованию твоей первой богини плодородия.

Но она лежала такая безжизненная и неподвижная, что возбуждение при виде этого зрелища попахивало своего рода извращенной некрофилией.

Следы когтей на ее шее и лице уже затягивались. Через день или два останутся малозаметные шрамы, через неделю – всего лишь воспоминания. Фрейе есть что вспомнить.

Арни был прав, с ней все в порядке.

Йен задул лампу и вышел обратно на крыльцо, на мгновение сощурившись от дневного света. Высоко в небе кружил Мунин – надо полагать, следил, не появятся ли Сыны, хотя Йен был уверен, что теперь Сыны еще долго будут обходить этот холм.

…если, конечно, Локи не пошлет их за алмазом.

Что ж, раз он не собирается забирать алмаз у Фрейи, значит, алмаз останется здесь, а раз он останется здесь, это будет ее проблема.

Или кого угодно.

– Дерьмо, – сказал Йен.

Арни поднял бровь:

– Это ты о ситуации в целом или о чем-то в частности?

– О ситуации в целом.

– Тогда да, дерьмо. – Арни взмахнул флягой. – Он все убрал, как и обещал.

Двор-то Локи привел в порядок, но что до остального… Отпрыск умирает из-за проклятия, которое наслал на него Локи, а Йен, Арни и Фрейя сильно изранены. Нет, она-то через пару дней поднимется на ноги, как будто ничего не случилось.

– Я такого не ожидал, – сказал Арни. – Я всегда

думал, что он… ну, больше похож на дьявола, а не на политика, который направо и налево всем руки пожимает. – Старик поморщился и снова отхлебнул из серебряной фляжки. – В обаянии ему не откажешь.

– В обаянии?

– Угу. – Арни кивнул. – Обаяние – это каким ты кажешься, а не какой ты есть на самом деле. Он выглядит вполне свойским парнем, – тут Арни покачал головой, – но когда небо наливается кровью и все накрывает тьма, думаешь, сидящий в темноте Локи должен улыбнуться и произнести «Да будет свет»?

– Нет.

– Я тоже так не думаю. – Арни повернулся к Йену. – Не хочешь пробыть тут еще пару деньков?

– Конечно. Почему бы и нет?

– Знаешь, – промолвил Арни, глядя на фляжку, – что-то меня тянет напиться в стельку, нажраться по-свински. Твоей фляжки мало, но в сундуках есть несколько бутылочек кой-чего совершенно замечательного, и я собираюсь опустошить немало этих бутылок. Я не обычный пьяница, я глупый пьяница… Как, переживешь?

– Конечно.

Арни поглядел Йену прямо в глаза.

– Нет, серьезно, переживешь? Я могу подождать, пока она не встанет с постели. Просто хочется покончить с запоем, пока она не проснулась, понимаешь?

– Да все в порядке, Арни.

Было бы неплохо провести пару дней, обдумывая, что предпринять дальше, да и Йен не в состоянии сейчас путешествовать. К тому времени, как он оправится, Арни тоже будет готов. Они, конечно, вернутся в Старую Крепость, поделятся с Отпрыском плохими вестями и доставят Осию домой в целости и сохранности.

А что потом?

Он чертовски хорошо знал, что потом. Нечего жалеть о прошлом, но Йена уже не вдохновляла идея отдать Фрейе остальные самоцветы. Однако еще меньше его вдохновляла идея оставить самоцветы Брисингамена на милость Локи и ему подобных.

Хорошо ли охраняют изумруд и сапфир? Наверное, очень хорошо. Но сможет ли Локи добраться до них?

Нет. Это даже не вопрос – сможет ли. Правильный вопрос – как именно он до них доберется?

Вот об этом стоит поразмыслить.

Йен откинулся на спинку стула и закрыл глаза. Сначала поспать, потом полечиться… Хорошо бы уметь забываться сном без сновидений, теплым и успокоительным, чтобы проснуться свежим и отдохнувшим…

Кольцо Харбарда слегка сжало его палец.

Глава 31

Гости

Кофе был горячий, а сандвичи – очень вкусные, даже на морозе. Так, свежевыпеченный хлеб, салат-латук, маслины… но что это за солоноватый привкус рыбы, который гармонизирует все компоненты? Джефф снова откусил от сандвича. Не сардины. Может, анчоусы?

Да не так уж и холодно на этой неделе. Даже к морозу привыкаешь, приспосабливаешься к нему и душой, и телом. После того как неделю простоял мороз за минус двадцать, сейчас установилась просто теплая погодка. Даже хочется выйти на улицу в одной рубашке.