Баламут
Шрифт:
Девушка фыркнула и заявила, что оставила комм в сейфе самолета, а вместо него взяла муляж. Муляж я на всякий случай отправил по тому же адресу. Вместе с коммом Шаховой. Затем сел на свободную половину дивана, собрался с мыслями и снова уставился на Великую Княжну:
— Рин, нам надо обсудить пару-тройку вопросов, но по ряду причин я бы хотел получить клятву Силой о нераспространении информации.
Долгорукая озвучила все необходимые слова так спокойно, как будто знала, что я этого потребую, и превратилась
— Спасибо. А теперь перейдем к делу. Не знаю, в курсе ты или нет, но твоя матушка сделала мне очень серьезный подарок. Я собираюсь ответить тем же, но не ей, а тебе. Подойди, пожалуйста, сюда, и посмотри на картинку, которую я покажу.
Принцесса перебралась к нам и прикипела к голограмме, появившейся над моим коммом.
— Это трехмерная схема плетения под названием волчий скок, то есть, скорость передвижения природника или природницы и, в какой-то мере, шанс на жизнь.
— Класс!!!
— И еще какой! — усмехнулся я и продолжил: — Я скоро отъеду по делам. Ориентировочно на час. За это время ты должна вбить эту схему в подсознание и научиться строить ее «насухую». Повторю еще раз: экспериментировать с заливом Силы, находясь в помещении — это полный и законченный идиотизм. Кстати, имей в виду, что без этого плетения, освоенного на «Ять» и в теории, и на практике, за Стеной тебе делать нечего.
— Поняла. Освою… — пообещала она.
— Далее, я оставлю новое плетение и Язве. Оно для воздушников, тебе не пригодится, и запоминать его не надо: во-первых, потеряешь время, которого и так мало, а во-вторых, если оно тебе понадобится, то ты его получишь. Но только в личное пользование и под клятву. И последнее. Пока последнее: для того, чтобы понимать, в чем ты можешь пригодиться нашей мини-группе, мне надо увидеть список твоих заклинаний с кратким описанием дальности действия, объема требуемой Силы и так далее. Понимаю, что прошу ли-…
Ярина потемнела взглядом еще на фразе «можешь пригодиться», а на слове «заклинаний» мрачно усмехнулась:
— Я могу пригодиться только для скоростного выращивания цветов, травы, злаков и тому подобной дребедени!
— Твое отношение к школе Природы предвзято. Я сам на треть природник и, как ты уже слышала, бывает, неплохо воюю. В общем, выброси из головы все прежние представления и подготовь для меня эту информацию, ладно?
Принцесса кинула ошалелый взгляд на Лару, увидела подтверждающий кивок и вспыхнула от радости:
— Подготовлю! И очень-очень быстро!!!
— Отлично. А теперь я покажу Язве ее плетение, ладно?
Девушка кивнула и закусила губу, а я влез в директорию, в которую скопировал архив, подаренный государыней, и вывесил перед собой новую
— Лар, это плетение под названием ударная волна. Как ты, наверное, догадываешься, отработка в помещении должна вестись только «насухую».
Женщина коротко кивнула, взяла протянутый комм и, поколдовав над вкладкой «последние использованные голограммы», развернула обе схемы.
Я сообщил, что ухожу, пообещал поторопиться, вышел в коридор, запер дверь, спустился по лестнице, вышел на улицу, добрался до входа в подземный гараж и смалодушничал. В смысле, и набрал Довголевского, находясь между минус вторым и минус третьим ярусами. Чтобы заболтаться и пережить «встречу» со своей машиной хоть немного легче.
Полицмейстер ответил практически сразу и обрадованно воскликнул:
— Доброе утро, Ратибор Игоревич! Я надеюсь, что вы звоните сообщить о скором прибытии?
Моя вторая натура не смогла не воспользоваться представившейся возможностью, и я притворно вздохнул:
— Здравствуйте, Аристарх Иннокентьевич. К сожалению, нет: я звоню сообщить, что… уже в «Девятке» и хотел бы вас навестить.
— А-ха-ха-ха!!! — расхохотался он. — А вы, батенька, и верно Баламут! И меня это радует ничуть не меньше, чем факт вашего прилета. Вы на машине, или прислать?
— На машине! — ответил я, забираясь в «Манула», и невольно сглотнул.
— Тогда подъезжайте в присутствие. Прямо сейчас. Пропуск я закажу… хотя нет, отправлю за вами Раечку — она и встретит, и проводит…
После того, как он отключился, я заставил себя сосредоточиться на обдумывании Очень Важной Темы. В смысле, попытался представить лицо и фигуру этой самой Раечки. Фантазия быстро подкинула десяток вариантов внешности знойных красоток всевозможных мастей и с формами, как у Лары, Дарьи Ростиславовны или Ярины, но реальность оказалась намного суровее — секретарем-референтом полицмейстера оказалась сухая, жилистая и желчная урядница лет сорока. Я ей однозначно не понравился, но она, недовольно поджав тонкие и бесцветные губы, все-таки сделала одолжение — проводила от дежурки до лифта, прокатила до четвертого этажа и «отконвоировала» до приемной ее любимого начальника. Но в кабинет запустила только после уточнения, нужен я там или нет.
— Да, Цербер. Зато толковый, исполнительный и преданный… — негромко сообщил Довголевский, когда эта особа, одарив меня взглядом «Я вижу тебя насквозь!», вышла наружу и затворила за собой дверь. Потом свернул какую-то рабочую оболочку, бодренько выбрался из-за стола и от всей души пожал мне руку: — Быстро вы! Или я заработался?
— Наверное, и то, и то… — дипломатично заявил я, сделал шаг к столу и выложил на него подарки: — Это чурчхелы и тклапи для ваших внуков, это вино для детей, а это коньяк лично для вас.