Бальзам Авиценны
Шрифт:
Старый табунщик настороженно поднял голову, и его слезящиеся глаза вопросительно уставились на гостя: наверное, он шутит?
– Масымхан честолюбив, - прищурился Нафтулла.
– Он хочет во всем быть первым и щедро наградит тебя за хорошую новость.
– Какую новость?
– осторожно поинтересовался Балтай.
– У твоего хозяина будет праздник, приедет множество гостей, - словно и не слышал вопроса Нафтулла.
– Соберутся старейшины всех родов, но истинным украшением праздника станет приезд урус-тюры.
– Урус-тюры?
– ошарашенно переспросил старик.
– Ты говоришь о начальнике из
– Нет, я говорю о настоящем урус-тюре, - усмехнулся лжекупец.
– Урус-тюре с далекого севера, приближенном самого Белого царя!
Табунщик раскрыл рот от изумления и прошептал: «О Аллах!» Но как этот большой русский начальник попадет на пир его хозяина?
– Через несколько дней на юго-восток пройдет отряд Денис-бала. Он охраняет урус-тюру, - будто подслушав мысли Балтая, сказал Нафтулла.
– Масымхан сам найдет, как пригласить их к себе, и тогда аксакалы и сердары увидят, насколько он велик и почитаем, если к нему приезжают такие гости. За эту весть хозяин не пожалеет для тебя барана или жеребенка.
Это была сущая правда: за подобную новость Балтай мог рассчитывать на хорошую награду, обстоятельства просто заставят Масымхана стать щедрым.
– Почему ты не хочешь сделать это сам?
– простодушно удивился старый табуншик.
– У меня другие заботы, - хитро усмехнулся лжекупец.
– Не сомневайся, поезжай к Масымхану, я не обманываю тебя.
Балтай сдвинул набок драную войлочную шапку и грязными ногтями поскреб в затылке. Отправить к хозяину кого-нибудь из сыновей, помогавших ему пасти табуны, или сделать все самому? Пожалуй, лучше самому. Сегодня же он заседлает резвого жеребца и поскачет в ставку хозяина.
Нафтулла с ехидной улыбкой наблюдал за стариком: все сомнения отражались на лице табунщика, как в зеркале, и без особого усилия лжекупец мог прочесть каждую мысль Балтая. Тот был человеком его мира, ясным и понятным. Да и сам Масымхан - пусть он богат и знатен, пусть у него множество лошадей и овец и юрта устлана коврами, а вход в нее охраняют вооруженные нукеры, но он тоже прост и понятен Нафтулле. Не то что урус-тюра или Желтый человек.
И тут Нафтулла привстал с кошмы и от волнения чуть не расплескал кумыс из пиалы: как он раньше не догадался? Облезлый ишак, вообразивший себя мудрецом! Зачем искать внешнее сходство между Миртом и русским офицером, зачем сравнивать их лица и одежду, коней и оружие? Все это ничего не значит - их роднит совсем иное! Русский пришел с далекого загадочного севера, он появился из чужого, непонятного для Нафтуллы мира словно некий дух, вырвавшийся из потусторонних царств. Именно это и роднит его с Желтым человеком! Пусть Мирт носил одежду кочевников и говорил на их языке, но его сущность все равно оставалась сущностью пришельца - такой же чужой и непонятной, как у русского. Действительно, сама судьба столкнула урус-тюру с Нафтуллой, чтобы наконец развеять тревожившие душу сомнения относительно Мирта и дать выход давно скопившимся подозрениям. Вот оно что! Однако кто же тогда Желтый человек, какие ветры и откуда занесли его на землю степей и пустынь?
– Что с тобой?
– встревожился Балтай. Нафтулла опустился на кошму и постарался принять безмятежно-спокойный вид: он был сердит на себя за то, что позволил чувствам вырваться наружу, что не сумел совладать с
– Ничего, - небрежно махнул рукой лжекупец.
– Просто вспомнил кое-что... Так ты едешь к хозяину?
– Сегодня же!
– Балтай растянул в улыбке беззубый рот...
Глава 2
Мерно постукивая тростью по плитам тротуара, Мирадор медленно шел по бульвару Мальзерб. Парижский воздух пьянил, навевая приятные воспоминания молодости. Светло-серое небо с полосками розовых от закатного солнца облаков, яркие пятна света из окон кафе, сверкание сбруи и лакированной обшивки карет, отражавшей блики газовых фонарей, яркие пятна дамских туалетов, причудливая архитектура высоких домов, легкие порывы ласкового теплого ветра - все создавало ощущение праздника. Вернее, предвкушение праздника и большой удачи, которая непременно ждет впереди.
Мирадор отыскал улицу Монсо и остановился перед воротами особняка, спрятавшегося от досужих взглядов в глубине густого сада. Позвонив, он дождался появления привратника и объяснил ему, что желает видеть господина секретаря, который назначил встречу на этот час. Привратник молча открыл калитку и проводил гостя в дом, передав его ливрейному лакею. Тот провел Мира-дора в приемную, где за столом из красного дерева сидел бледный молодой человек в темном платье. Подняв глаза на вошедших, он небрежным жестом отпустил лакея и улыбнулся визитеру:
– Чем могу служить, мсье?
– Я хотел бы видеть господина Лантье.
Секретарь быстро окинул взглядом дорожный костюм Мирадора, и улыбка на его лице стала похожей на кислую гримасу.
– Господин Лантье очень занят. Не могли бы вы, мсье, изложить мне суть вашего дела?
Мирадор вынул из кармашка жилета визитную карточку и положил ее на стол перед секретарем. Взглянув на нее, молодой человек моментально вскочил и поклонился:
– Прошу извинить, мсье! Будьте так любезны подождать, вас сейчас примут.
Он юркнул за тяжелую бархатную портьеру, скрывавшую двери кабинета, и тут же появился вновь:
– Входите, мсье, входите! Господин Лантье ждет вас.
Мирадор прошел в кабинет, неслышно ступая грубыми башмаками по толстому ковру. Его встретил высокий седой человек с пышными бакенбардами на холеном розовом лице. Он крепко пожал руку гостя, усадил его в кресло и предложил сигару.
– Я рад видеть вас, брат. Великий Мастер предупредил о вашем приезде.
– Все ли готово?
– сухо поинтересовался Мирадор, не обратив внимания на раскрытый ящичек с сигарами.
– О да!
– заверил Лантье. Он вытянул из кармана связку ключей на цепочке, открыл стоявший в углу кабинета сейф и достал из него небольшую шкатулку.
– Здесь все необходимое.
– Отлично!
– Мирадор взял из его рук шкатулку и приоткрыл крышку. Внутри лежали чек Лионского банка и несколько украшенных перламутром безделушек.
– Отлично, - повторил гость и захлопнул крышку шкатулки.
Лантье подошел к столу, черкнул несколько строк на листе бумаги, сложил его и подал Мирадору. Тот спрятал листок в карман, а шкатулку убрал в портфель. Потом протянул руку и нетерпеливо пошевелил пальцами. Ьез слов поняв его, хозяин вернул визитку.